Каким запомнили царя Давида

Сын за отца отвечает, еще как.

Разговаривая недавно с сыном, очередной раз подумал о том, что останешься в будущем только в том виде, в котором тебя представит твой собственный сын. То есть то, что твой сын о тебе будет рассказывать — то и будет правдой.

Вот, например, легендарный еврейский царь Давид (тот самый, который запулил камнем в лоб Голиафу) остался в глазах потомков таким выдающимся деятелем и красавцем только благодаря своему сыну Соломону.

Сын за отца отвечает, еще как.

(на картинке красавчик Давид работы Микеланджело)

 

А сам Давид, надо сказать, был еще тем перцем: бесчестным, кровожадным и подлым даже по меркам того нелицеприятного библейского времени.

После победы на великаном Голиафом, кстати, филистимлянином, Давид предал своего благодетеля иудейского царя Саула и бежал к врагам иудеев — филистимлянам. Благодаря их военной поддержке он завоевал сначала Иудею, а потом и сам Израиль, выкосив кровавой косой огромное количество мужей, женщин и детей богоизбранного народа, включая царя Саула и его сына, своего близкого друга и наследника израильского царства — Ионафана.

Став царем в формате "марионетка филистимлян" он, естественно, кинул и своих новых благодетелей, чем в последствии весьма гордился.

Прекрасно характеризует Давида также история любви с матерью Соломона — Вирсавией. Увидев случайно это красивую, но замужнюю женщину, Давид дал команду затащить ее к нему в постель и несмотря на то, что ее муж Урия был одним из его лучших солдат и храбро сражался в это время на войне, на глазах у изумленного и негодующего народа Израиля затеял предаваться с ней разврату.

Для того, чтобы Урия не мешался, Давид прямым текстом написал его командиру просьбу во время боя отступить и оставить Урию в окружении врагов. По его команде все и случилось, Урия погиб. Народ Израиля совершенно охренел от такой подлости.

О царе Давиде много еще можно рассказать неприглядного, но дело не в этом.

Сделал Давида таким выдающемся деятелем, красавцем и удачником именно его сын Соломон, который возвел щит Давида в виде шестиконечной звезды (могендовид) в ранг вечного символа еврейского государства, прославил "Песнь песней Давида", а также построил Иерусалимский храм, в котором, помимо разных религиозных целей, преследовалась еще одна важная цель — прославление отца. В храме хранилось оружие Давида — стрелы и щит.

 

Сын за отца отвечает, еще как.

 

Соломон, как нам известно из массы источников, считается образцом правителя. А также специалистом по мудрости и справедливости. Но вершиной его мудрости было, конечно, в первую очередь возвеличивание своего папы, что наверняка оценили еще современники, отцы подрастающих сыновей.

Вот такая история о правильном воспитании. Записал, чтобы не забыть.

Читайте также:  Вся Из-Торы-я великого Израиля – ложь!

]]>Источник]]>

 

Сегодня мы прочитаем «Вторую книгу царств» и узнаем о том, как взошёл на трон и как правил «великий» Давид. (Фрагмент книги "Библейские картинки")

«Вторая книга царств» продолжает знакомить нас с безусловно «священными» фактами биографии второго еврейского царя – бывшего пастуха Давида, с его, не менее «священными», методами восхождения на трон и правления.

Предыдущая книга закончилась на том, что, Давид, вместе со своей бандой, находились в политической эммиграции на земле филистимлян. И, пока они занимались своими делами – разбоем, царь Саул воевал.

В результате войны, царь Саул и трое его сыновей, в их числе и любовь Давида – Ионафан, погибли в битве с филистимлянами. Давид с приспешниками, по этому случаю, разодрали на себе одежды, плакали и постились, аж до вечера.

Того же, который принёс роковое известие, вместе с царским венцом и браслетом, и прихвастнул, что он сам убил Саула, Давид приказал отправить вслед за погибшим царём.

Не первый раз Давид показывает, какую ценность представляет жизнь помазанника Божьего. Интересно, откуда у простого пастуха такие воззрения. Не иначе о своём будущем пёкся?

Страна раскололась на два лагеря – Иудею и Израиль. Давид правил Иудеей, со столицей в Хевроне, 7 лет. Израилем формально правил, неизвестно откуда взявшийся, четвёртый сына Саула – Иевосфей, возведённый на престол военачальником покойного царя – Авениром.

Авенир и Давид постоянно враждовали друг с другом. В одной из битв Авенир, не желая того, убил Асаила, одного из трёх братьев, преданно служивших Давиду ещё в бытность им атаманом шайки. Двое других, Иоав и Авесса стали кровными врагами израильского военачальника.

В Израиле, по сути, правителем был Авенир. Почувствовав себя полновластным хозяином, он взял себе одну из наложниц умершего Саула. Вероятно, это было из ряда вон, поскольку даже пугливый Иевосфей, преодолев свой страх, выразил ему недовольство в весьма резкой форме.

Оскорблённый Авенир поклялся, что отнимет царство от дома Саулова и отдаст его Давиду. Выполняя угрозу, он направил послов к Давиду с предложением о мире. И о себе не забыл – запросил место, чуть ли, не соправителя...

Давид согласился, но с одним условием – ему вернут царевну Мелхолу, его первую жену. Иевосфею пришлось отобрать сестру у законного мужа и отправить её вымогателю.

Мелхола особо-то и не нужна была Давиду, однако, в борьбе за власть, Давид использовал всех и вся.

А Авенир, заручившись поддержкой израильских старейшин, с делегацией приехал к Давиду. Сделку заключили, попировали и Авенир отбыл на расправу с Иевосфеем. Однако, как Вы понимаете, далеко не уехал. Его догнал, и заколол Иоав, отомстив за смерть брата.

Прослышав про это, Давид немедленно объявил себя невиновным в крови Авенира и обрушил на голову Иоава кучу проклятий.

Как водится, одежды разодрали, поголосили, а также, попостились до вечера. А, как же был наказан убийца мирного посла? А никак. Иоав так и остался во главе Давидова войска.

В этом случае, невиновность Давида стоит под вопросом. Весьма сомнительно, чтобы устранение первых лиц враждебного государства происходило, как минимум, без одобрения, а то и по прямому приказу царя.

Другими словами, Давид просто расправился с Авениром, набивавшимся к нему в компаьоны, руками Иоава, а потом, ещё лицемерно плакал над его гробом.

Однако, народ, на которого и был расчитан весь этот спектакль с траурным постом, просто заобожал такого благородного и благочестивого царя. Лживость и лицемерие остались за кадром.

На пути к трону объединённого царства стоял один Иевосфей. Оставшись один, без военачальника, он был полностью беззащитен. С ним расправились два предводителя его же войска. А голову, надеясь на вознаграждение, принесли Давиду.

Однако, просчитались. За то, что эти двое убили «человека невинного в его доме, на его постели», их четвертовали и повесили. «Благородные» слова и действия Давида можно было бы принять за чистую монету, если бы ему не была так выгодна смерть законного царя Иевосфея.

Весьма примечательна и сама сцена убийства царя Иевосфея. Убили его во сне, во время сиесты, т.е., среди бела дня. Из охраны у царя был привратник, очищавший пшеницу. Получается, что царь спал не в царских хоромах, а в каком-то амбаре, куда убийцы зашли, якобы взять пшеницы.

Привратника они тоже убили и убежали, а потом вернулись и отрубили голову царю. Позже, с отрубленной головой, пошли к Давиду. И никто их не задержал. Да и с чего это, мало ли кто к царю в амбар среди бела дня шастает.

В итоге, Давид стал править объединённым государством. Столицу он решил перенести в Иерусалим. Осталось только выдворить из него его коренных жителей – иевусеев, которые жили там испокон века.

Иерусалим был взят, а за насмешки иевусеев над своим войском, мол, вас погонят наши немощные хромые и слепые, Давид приказал перебить всех хромых и слепых. Обиделся дюже.

«Посему и говорится: слепой и хромой не войдёт в дом Господень». (2 Цар. 5:8) Весьма милосердно, а также, свидетельствует о любви к ближнему.

Филистимляне периодически воевали с Давидом. Он разгромил их в нескольких битвах, советуясь, естественно с Иеговой перед каждым сражением, а тот подсказывал, с тылу, али с фронту заходить на врага.

Давид решил перевезти ковчег с сидящим на нём Иеговой в столицу. Однако, он не был уверен, как тот отреагирует, тем более, что, при переезде, один из сыновей первосвященников погиб. Иегове не понравилось, что, отрок дотронулся до ковчега, придерживая его, чтобы он не упал.

Поэтому, осторожный Давид решил перестраховаться и подставить другого под возможный Божий гнев. Он оставил ковчег у некоего Аведдара. Через три месяца с тем ничего не случилось, более того, «Господь благословил дом Аведдара».

Ковчег привезли в Иерусалим. По этому случаю закатили неслыханные торжества. А сам царь так «скакал и плясал пред Господом», что Мелхола даже сделала царю замечание – не гоже царю скакать обнажённым среди рабов и рабынь.

Однако, «взятый от стада овец» был готов плясать перед Господом и вообще делать всё, что угодно за то, что Иегова назначил его «вождём Израиля». «Унижаясь, возвышаюсь».

Давид покорил филистимлян и моавитян. Большая часть этих народов была истреблена. Количество людей, подлежащих уничтожению измерялось верёвками.

«И поразил Моавитян и смерил их веревкою, положив их на землю; и отмерил две веревки на умерщвление, а одну веревку на оставление в живых». (2 Цар. 8:2).

Кроме того, Давид подчинил себе Сирию и Идумею и заставил платить дань. В Иерусалим стекалась военная добыча: золото, серебро, медь. Воевал он и с аммонитянами. И расправлялся с ними весьма жестоко.

«А народ, бывший в нем, он вывел и положил их под пилы, под железные молотилки, под железные топоры, и бросил их в обжигательные печи. Так он поступил со всеми городами Аммонитскими». (2 Цар. 12:31).

А ведь, аммонитяне и моавитяне, как потомки Лота, племянника Авраама являлись тоже семитами, так сказать, братьями, но поклонялись только, другим богам.

Интересно, что на взятие аммонитского города Раввы Давида пригласил Иоав. Он послал Давиду гонца с просьбой поспешить, пока город не пал. Потому что, в этом случае, вся слава достанется не царю, а ему, Иоаву. (См. 2 Цар. 12:27-28)

И царь поспешил, и во главе войска вошёл в город. Так Давид свершал «великие подвиги».

К слову, о приписывании царю великих подвигов. Некий Елнахан сын Ягаре-Оргима Вифлиемского убил Голиафа Гефянина, «у которого древко копья было как навой у ткачей». (См. 2 Цар. 21:19). Давид, на заре своей карьеры, тоже сражался с неким Голиафом из Гефа, у которго древко копья тоже было, как навой у ткачей. (См. 1 Цар 17:4-7).

Интересно, правда? Несомненно, где-то библеписцы соврали? Где же?

Давид жестоко расправлялся не только с внешними, но и с внутренними врагами. Почти весь род Саула, за исключением хромого сына Ионафана, и все его приближённые были истреблены.

Хилый Мемфивосфей не представл для Давида опасности, поэтому его великодушно решено было оставить в живых. Вроде, как в память о той клятве, которую Давид когда-то дал любимому другу Ионафану.

Потомок Саула получил землю, рабов и место за царским столом, что, в то же время, позволило Давиду держать его под постоянным присмотром.

Занимаясь упрочением престола и расширением границ, Давид, однако, не забывал и о своей личной жизни.

Как-то раз, прогуливаясь по кровле царского дома, он увидел купающуюся женщину (!?). Она ему понравилась и он послал слуг взять её.

Всё бы ничего, но она была женой Урии Хеттеянина – преданного и ответственного военного, сражавшегося вместе с Иовавом. Пока муж рисковал своей жизнью ради царя, царь развлекался с его женой. И доразвлекался. Вирсавия забеременела.

Назревал скандал. Царь, конечно, по идее, мог спать, с кем ему заблагорассудится – и с Вирсавией и с Урией, причём одновременно.

Однако, во-первых, по Моисееву закону, любовников должны предать смерти. Во-вторых, опорой его власти служили военные и неизвестно было, как они отреагировали бы на унижение одного из них, даже со стороны царя.

Давид предпринимает отчаянную попытку спасти ситуацию – не хотел он портить свой тщательно созданный образ, да и с военными шутки плохи.

Он вызывает Урию, якобы для ознакомления с ситуацией на фронте, подпаивает его и надеется, что тот сразу же побежит домой к жене и её беременность будет законной. Но, не тут-то было.

Преданному солдафону, видите ли, неудобно было почивать на перинах, когда его соратники пребывают в поле. План Давида сорвался.

Тогда он посылает Урию с письмом к Иоваву, гда приказывает поставить рогатого мужа на самый опасный участок. Урия погибает.

По окончании траура Давид забрал Вирсавию в свой гарем. Родившийся ребёнок умер на 7 день, якобы, за преступление, совершённое Давидом. Однако, вскорости Давид утешил Вирсавию ещё раз, и она родила ему сына – Соломона.

Сыновья Давида, видя перед собой достойный пример для подражания, поступали соответственно. Самый старший Амнон изнасиловал свою сестру Фамарь (дочь Давида от другой жены), а потом возненавидел её. И ему ничего не было.

Однако, Авессалом, родной брат Фамари, затаил обиду и искал возможности рассчитаться с насильником. Через два года он устроил вечеринку по случаю стрижки овец, куда пригласил и всех своих братьев. Во время пира слуги Авессалома убили Амнона.

Авессалом, спасаясь от гнева Давида, сбежал. Через три года царь его простил, он вернулся и начал плести интриги против отца (достойнейший сынок!).

С несколькими приспешниками Авессалом въехал в Хеврон и провозгласил себя царём. Давид вдруг чего-то забоялся и рванул из Иерусалима на перекладных, оставив свой гарем «для хранения дома», а попросту, на произвол судьбы.

Авессалом вошёл в столицу. Однако, совершил несколько ошибок и поддался влиянию старейшины Хусия, который притворился, будто предал Давида. А на самом деле, был им оставлен, чтобы выведать планы заговорщиков и расстроить их.

В конечном итоге, заговор был подавлен, а Авессалома убил Иоав.

После гибели Авессалома, Иерусалим продолжал оставаться в руках заговорщиков, которых возглавлял Амессай, новый главнокомандующий. Однако, и в этот раз, Давид не сплоховал. Он послал к Амессаю гонца с депешей, в которой поклялся, что поставит его, главнокомандующим вместо Иоава. (2 Цар. 19:13) И Амессай клюнул.

Первое, что сделал Давид, когда возвратился в столицу – наказал своих жён и наложниц, которые не сохранили его дом и позволили Авессалому войти к ним. Он посадил их под замок и, до самой их смерти, обходил их своим вниманием.

А с Амессаем, как водится, расправился Иоав – заколол его. Верный соратник, без слов, понимал желания царя.

Тут случилась напасть – голод в течение 3 лет. Иегова пошептал Давиду, что всё зло идёт от кровожадного дома Саула, который хотел как-то (только хотел!) истребить гаваонитян.

Гаваонитяне – это те аммореи, которые, не желая быть вырезанными войском Иисуса Навина, хитростью вынудили его поклястся, что он оставит их вживых.

Саул, конечно, не обязан был следовать этой клятве. Однако, нигде в Библии не упоминается о каких-либо намерениях Саула в отношении этого народа.

Так вот, якобы теперь, через 40 лет, после правления Саула, они пришли к Давиду и стали требовать у него смерти оставшихся в живых потомков Саула за какие-то мнимые его грехи перед ними.

Давид срочно удовлетворил их просьбу – 7 человек потомков Саула были повешены.

Ситуация – весьма фантастическая. С чего это вдруг еврейский царь вприпрыжку побежал исполнять пожелания каких-то аморреев, которые даже семитами не являлись?

Просто Давид, следуя своей давней традиции, использовал (или придумывал) любой повод, чтобы убрать врагов. Так он «творил суд и правду».

Теперь и мы имеем представление, какую «правду» творил Давид и чему можно у него поучиться...

]]>Источник]]>

 

Загрузка...

Вы можете воспользоваться любой из двух НЕЗАВИСИМЫХ веток комментирования: первая - только ВКонтакте, вторая - остальные способы авторизации.

Развернуть комментарии