Ложные воспоминания. Как в реальной жизни работает нейтрализатор Людей в Чёрном?

Существуют ли ложные воспоминания

В современной психологической науке память определяется как психический процесс, в функции которого входит фиксация, сохранение, преобразование и воспроизведение прошлого опыта. Обилие возможностей нашей памяти позволяет использовать приобретенные знания в деятельности и/или восстанавливать их в сознании. Однако в нашу память можно имплантировать воспоминания о событиях, которых на самом деле не было.

Многозначность термина «память» раскрывается даже в разговорной речи. Под словами «я помню» мы подразумеваем не только определенные теоретические знания, но и практические навыки. Однако особого внимания заслуживает та сторона психической жизни, которая возвращает нас к событиям из прошлого, — так называемая «автобиографическая память». В. В. Нуркова определяет этот термин как субъективное отражение пройденного человеком отрезка жизненного пути, состоящее в фиксации, сохранении, интерпретации и актуализации личностно значимых событий и состояний [Нуркова, 2000].

Один из важнейших парадоксов автобиографической памяти состоит в том, что личные воспоминания достаточно легко поддаются искажениям, к которым относятся следующие: полная потеря доступа к информации, достройка воспоминаний путем включения новых элементов (конфабуляция), соединение фрагментов различных воспоминаний (контаминация), конструирование нового воспоминания, ошибки в установлении источника информации и многое другое. Характер подобных изменений определяется эндогенными и экзогенными факторами. Под эндогенными факторами понимают искажение воспоминаний самим субъектом. Это может произойти под влиянием особенной мотивации, внутренних установок, эмоций, индивидуальных личностных особенностей. Так, в состоянии грусти легче вспоминаются печальные события, в приподнятом настроении — радостные. Иногда искажения вызываются действием защитных механизмов памяти, таких как вытеснение, замещение и пр. В таких случаях человек замещает реальные воспоминания о неприятных событиях вымышленными, но более приятными для него [Нуркова, 2000].

Иногда люди, напротив, фиксируются на травмирующих воспоминаниях. Этот селективный эффект памяти рассматривался в исследованиях, посвященных влиянию эмоционального состояния на мнемические процессы. Группу испытуемых, страдающих от депрессии, и контрольную группу просили вспомнить события из жизни, связанные с нейтральными словами («утро», «день», «яблоко»). Испытуемые из первой группы чаще вспоминали негативно окрашенные ситуации, тогда как в контрольной группе преобладали воспоминания о позитивных и нейтральных событиях. Затем испытуемых из обеих групп просили вспомнить конкретные жизненные ситуации, в которых они чувствовали себя счастливыми. Испытуемые из первой группы вспоминали о таких ситуациях гораздо медленнее, без желания и реже по сравнению с испытуемыми из контрольной группы [Bower, 1981].

Под экзогенными факторами понимаются внешние воздействия на воспоминания субъекта. В своих ранних работах американский когнитивный психолог и специалист в области изучения памяти Э.Ф. Лофтус утверждала, что наводящие вопросы способны влиять на воспоминания человека искажающим образом [Loftus, 1979/1996]. Позднее Лофтус пришла к аналогичному выводу и по поводу целенаправленной дезинформации: обсуждение слухов с другими людьми, предвзятые публикации в СМИ и т.д. способны сформировать у человека ложные воспоминания [Loftus & Hoffman, 1989].

В 2002 году было проведено исследование, посвященное сопоставлению убеждающей силы дезинформации и гипноза. Трем группам испытуемых, среди которых были лица, легко поддающиеся ложным убеждениям, практически не поддающиеся таким убеждениям, и лица, поддающиеся ложным убеждениям от случая к случаю, предложили выслушать историю, после чего им были заданы вопросы по ее содержанию различного характера — нейтральные или вводящие в заблуждение. Та группа испытуемых, которая во время просушивания истории пребывала в обычном состоянии, практически не совершала ошибок при нейтральных вопросах, но в ответах на вопросы, вводящие в заблуждение, количество ошибок было велико. Ошибками в данном эксперименте считались ответы, содержавшие ложную информацию о событиях, произошедших в рассказанной истории; ответ «не знаю» в качестве ошибки не засчитывался.

В свою очередь испытуемые, которые во время прослушивания истории пребывали в состоянии гипнотического сна, в ответах на нейтральные вопросы совершали чуть меньше ошибок, чем предыдущая группа при ответах на вопросы, вводящие в заблуждение. В случае же суммарного воздействия состояния гипнотического сна и вопросов, вводящих в заблуждение, было зафиксировано максимальное количество ошибок памяти. Любопытно, что предрасположенность к внушаемости не повлияла на количество ошибок памяти, совершаемых при ответе на вопросы, вводящие в заблуждение, или вследствие пребывания в гипнозе. Это позволило авторам сделать вывод, что практически любой человек подвержен изменению содержания своей памяти [Scoboria, Mazzoni, Kirsch, & Milling, 2002]. Таким образом, дезинформация оказывает большее влияние на количество ошибок памяти, нежели гипноз, тогда как суммарный эффект этих двух условий приводит к наибольшему количеству таких ошибок, что еще раз подтверждает пластичность воспоминаний.

Итак, мы подступаем к вопросу о возможности формирования новых воспоминаний, раннее не существовавших в автобиографической памяти: можно ли имплантировать новые воспоминания?

Возможность создания целостного воспоминания о событии, ранее никогда не происходившем, была впервые доказана в исследовании Лофтус. Участникам этого исследования рассказывали о некоем событии, которое якобы происходило с ними в детстве, а затем предлагали вспомнить подробности о нем. Поверив в то, что им говорят правду, многие испытуемые действительно дополняли эти «воспоминания» собственными красочными подробностями [Loftus & Pickrell, 1995]. В другом эксперименте Лофтус, также посвященном манипуляциям с автобиографической памятью, принимали участие пары братьев и сестер. Сначала старший сообщал младшему псевдореальный факт из его детства. Через несколько дней младшему предлагали рассказать, что он или она «помнит» о событии, которое на самом деле с ним не происходило. Известность приобрел случай Кристофера и Джима. 14-летний Кристофер выслушал от Джима историю, как в возрасте пяти лет он потерялся в большом уни­версальном магазине, но спустя несколько часов пожилой мужчина нашел его и доставил родителям. Через несколько дней после того, как он услышал эту историю, Кристофер представил исследовательнице полную детализированную версию ложного события. В его воспоминаниях встречались такие уточняющее фразы, как «фланелевая рубашка», «сле­зы матери» и т.д. [Loftus & Pickrell, 1995].

В серии последующих экспериментов Лофтус с коллегами сумела достичь 25-процентного уровня внушения испытуемым воспоминаний о вымышленных событиях из их детства. Для этого были разработаны различные приемы: апелляция к личностным проблемам испытуемого («ваш страх может быть результатом пережитого в детстве нападения собаки»), тол­кование сновидений («ваш сон говорит мне, что вы перенесли погружение на большую глубину»). Наиболее сильно внушению ложных воспоминаний способствуют «документы». Их наличие обеспечивает формирование автобиографических воспоминаний, имеющих высокую степень субъективной достоверности. Так, в работе Уэйда, Гарри, Рида и Линдсея (2002) описывается, как с помощью компьютерной программы PhotoShop ученые создавали детские «фотографии» испытуемых, на которых те были участниками каких-то вымышленных ситуаций (таких как, например, полет на воздушном шаре). Затем испытуемым предлагали рассказать об этом событии более подробно, и большинство из них «вспоми­нало» множество точных деталей несуществующей ситуации [Wade, Garry, Read & Lindsay, 2002].

Еще один метод позволяет имплантировать ложные воспоминания о маловероятных или практически невозможных событиях. Его, в частности, продемонстрировали в ходе исследования, связанного с имплантацией воспоминания о встрече с кроликом Багзом Банни в Диснейленде. Испытуемым, ранее бывавшим в Диснейленде, демонстрировали поддельный рекламный ролик студии Disney с Багзом Банни в главной роли. Через некоторое время с испытуемыми проводили беседу, в ходе которой их просили рассказать про Диснейленд. В результате 16 процентов испытуемых были убеждены в личной встречи с Багзом Банни в Диснейленде. Однако едва ли такая встреча могла иметь место, так как Багз Банни — персонаж другой студии, Warner Brothers, и поэтому не мог находиться в Диснейленде. Среди тех, кто описывал личную встречу с Багзом, 62 процента говорили о том, что пожали кролику лапу, а 46 процентов припомнили, как обняли его. Остальные вспоминали о том, как потрогали его за ухо или за хвост или даже услышали его коронную фразу («В чем дело, Док?»). Данные воспоминания были эмоционально окрашены и насыщены осязательными подробностями, что говорит о признании ложного воспоминания в качестве своего собственного [Braun, Ellis & Loftus, 2002].

Доказав, что имплантация ложных воспоминаний возможна, психологи задумались над следующим вопросом: влияют ли усвоенные ложные воспоминания на мысли и дальнейшее поведение субъекта. Был проведен эксперимент, в ходе которого у испытуемых вызвали уверенность в том, что в детстве они отравились определенными продуктами [Bernstein & Loftus, 2002]. В первой группе испытуемым сообщили, что причиной отравления стали сваренные вкрутую куриные яйца, а во второй — маринованные огурцы. Чтобы испытуемые поверили в это, им предложили пройти опрос, а потом сообщили, что их ответы проанализировала специальная компьютерная программа, которая пришла к выводу, что они в детстве пострадали от отравления одним из этих продуктов. Убедившись, что у обеих групп испытуемых сформировалось стойкое убеждение в том, что отравление действительно имело место в прошлом, ученые предположили, что это ложное воспоминание повлияет на дальнейшее поведение этих людей, в частности, заставит их избегать определенного продукта. Испытуемым предложили пройти еще один опрос, в ходе которого им надо было представить себе, что их пригласили на вечеринку, и выбрать угощения, которые им хотелось бы съесть. В результате выяснилось, что участники эксперимента склонны избегать блюд, в приготовлении которых используется тот продукт, от которого они якобы пострадали в детстве. Так было доказано, что формирование ложных воспоминаний действительно может повлиять на последующие мысли или поведение человека.

Таким образом, человеческая память демонстрирует необычайную гибкость, что напрямую отражается на структуре наших воспоминаний. Все люди способны стать жертвами ложных воспоминаний, вплоть до того, что в нашу память можно имплантировать воспоминания о событиях, которые на первый взгляд кажутся совершенно невозможными. Эти воспоминания способны изменить наши представления о собственном прошлом, прошлом других людей, а также могут значительно повлиять на наши мысли и поведение.

Кристина Рубанова

]]>Источник]]>

 

Загрузка...

Нецензурные и оскорбительные комментарии удаляются. Вы можете воспользоваться любой из двух НЕЗАВИСИМЫХ веток комментирования: первая - только ВКонтакте, вторая - остальные способы авторизации.

Развернуть комментарии