Последние новости с Украины и Новороссии за 21 ноября 2014

О независимой денежной системе Новороссии. Интервью Проханова со Стрелковым. Президент Сербии отказался вводить санкции против России, а литовская Даля грязно ругается от бессилия и немощи. Видео-сводки и другие последние новости с Украины и Новороссии сегодня 21 ноября 2014.

 

Израильское лобби США поддержало украинских неонацистов

Лоббисты из двух влиятельных еврейских групп отказались прекращать поддержку украинских неонацистов, предусмотренную законом о национальной обороне США на 2015 год. Об этом сообщает Russia Today.

Представители организаций считают, что экстремисты, некогда прославлявшие коллаборациониста Степана Бандеру и предлагавшие освободить Украину от «москальско-жидовской мафии», одумались и стали более умеренными, а значит, заслуживают помощь Соединенных Штатов.

В конгрессе США мнения по поводу финансирования украинских экстремистов разделились, причем именно представители крупных еврейских групп влияния выступили в поддержку агрессивных неонацистов, с недавних пор ставших «более умеренными», сообщает портал AlterNet.

Чтобы уменьшить конфронтации между украинскими силами и пророссийскими «сепаратистами», представитель демократической партии Джон Коньерс предложил поправку к закону о национальной обороне США на 2015 год, запрещающую помощь, финансирование, вооружение и обучение крайних экстремистов на Украине, «восхваляющих нацизм и его коллаборационистов».

Данную поправку представили на рассмотрение лоббистам из двух крупнейших и наиболее влиятельных еврейских групп — Антидиффамационной лиги (ADL) и Центра Симона Визенталя. Но, несмотря на их «установленную миссию — бороться с антисемитизмом и крайним экстремизмом», организации отказались поддержать предложение Коньерса, потому что правые партии на Украине — такие как «Свобода», известная своими «задокументированными расистскими высказываниями», стали более умеренными.

Представители из ADL заявили, что «лучше сфокусироваться на России», а Центр Симона Визенталя отметил недавние встречи между лидерами крайних правых и членами посольства Израиля на Украине, что свидетельствует о том, что «Свобода» и «Правый сектор» избавились от своего экстремизма, подчеркивает автор статьи Макс Блюменталь. Комментировать свои высказывания организации отказались.

Как пишет журналист, еще год назад лидер ADL Авраам Фоксман отмечал антисемитское прошлое «Свободы» и призывал ее отказаться от прославления «национального героя» Степана Бандеры, коллаборациониста времен Второй мировой войны. В память о печально известной Украинской повстанческой армии Бандеры сторонники крайне правых даже устроили марш в октябре этого года, который закончился уличными беспорядками с применением самодельного оружия. Как видно, память о тех славных днях еще жива, а вот слова Фоксмана украинские неонацисты пропустили мимо ушей, отмечает автор.

Тем временем Блюменталь напоминает, что совсем недавно лидер партии «Свобода» Олег Тягнибок хотел освободить свою страну от «москальско-жидовской мафии» и выражал почтение Ивану Демьянюку, обвиняемому в смерти почти 30 000 человек в одном из концлагерей во время Второй мировой.

Однако после «евромайдана» партия неожиданно решила пересмотреть свой образ — Тягнибок встретился с послом Израиля на Украине Реувеном Дин Элем. Лидер «Свободы» выразил надежду, что израильтяне поймут патриотические чувства украинцев, учитывая, что в израильском кнессете чуть ли не каждая партия — националистическая. Лидер «Правого сектора» Дмитрий Ярош тоже встретился с израильским послом, пообещав на радость Фоксману, что его партия будет всячески бороться с антисемитизмом, отмечает журналист.
 
На парламентских выборах на Украине ультранационалисты показали не лучшие результаты, что заставило местные еврейские общины поверить в светлое будущее страны, отмечает Блюменталь. По мнению автора, поражение «Свободы» и «Правого сектора» на голосовании случилось, потому что партии потеряли протестный голос — голос, который обычно отдается за кандидата, не имеющего шансов быть избранным. Как объясняют политологи, «Свобода» перестала быть единственной «патриотической» партией, которой она была в 2012 году — теперь все демократические партии патриотичны.

Однако вместе с лидирующей партией премьер-министра Арсения Яценюка «Народный фронт» в парламент все-таки просочились некоторые довольно влиятельные представители крайне правых военных, в числе которых соучредитель Социал-националистической партии и руководитель Самообороны Майдана Андрей Парубий, командир ультраправого украинского батальона «Азов» Андрей Билецкий и его заместитель Вадим Троян, которые «даже не притворяются умеренными». Например, Билецкий недавно писал, что его нации пора отправиться в «крестовый поход против возглавляемых семитами недочеловеков», — цитирует автор.
 
И пока на Украине царит политический хаос, на востоке, куда «власти не осмелились бы послать регулярные войска», военными действиями заправляет как раз батальон «Азов», отмечает Блюменталь.

«Именно такие неонацистские организации, как „Азов” лишились бы поддержки США, если бы поправка Коньерса была принята». Но еврейские группы отказались поддержать это предложение, поэтому все остается в силе, заключает журналист.


Лента новостей Новороссии

Украинские войска продолжают обстреливать Донбасс. Снова были обстреляны аэропорт Донецка, Горловка, Углегорск, Кировское.

Пожары на станции техобслуживания в Киевском районе и на шахте Северная в Макеевке.

Сотрудники Донецкого городского управления полиции задержали группу грабителей.

В Луганске состоялось вручение Боевого знамени Отдельной бригады особого назначения народной милиции Луганской Народной Республики.

И другие новости Новороссии.

 

 Нацбанк объявил дефолт двух известных банков

Национальный банк Украины отнес ВиЭйБи Банк (VAB Банк) и CityCommerce Bank к категории неплатежеспособных.
Об этом регулятор сообщил у себя в фейсбуке.

 

Ополчение Новороссии создает Харьковскую дивизию

В составе армии Новороссии, в рядах которой сражается множество выходцев их первой столицы Украины, планируется создание отдельной Харьковской дивизии.

Об этом сообщил один из лидеров Харьковского ополчения Константин Долгов. Организацией дивизии занимается актив харьковского Сопротивления, костяк которого составляют экс-узники киевского режима, вынужденно пребывающие сейчас в Донецке, уточнил Долгов на своей странице в соцсети.

«А мы тем временем решаем вопрос о создании отдельной Харьковской дивизии, а то харьковчане есть чуть ли не в каждом подразделении от Донецка до Луганска, а отдельного — нету. И тут многое зависит от вас: хлопцев надо одеть, обуть.

По остальному вопрос практически решён», — написал Долгов. Он также сообщил, что Харьковская дивизия обязательно вернется в родной город. Долгов также выразил искреннюю благодарность всем землякам, которые помогли ополченцам зимним обмундированием и «прочими необходимыми штуковинами».

 

 Независимая денежная система Новороссии

Выход из банковского рабства

Сергей Данилов, известный по своей работе в сфере организации местного самоуправления, которое ранее было известно под названием "копное право", с группой соратников начинает очень масштабный и нужный проект для Новороссии.

Ближайшая встреча с Сергеем Даниловым состоится в Петербурге, в это воскресенье 23 ноября. Тел. для записи +7953-364-8703 Иван.

 

Президент Сербии отказался вводить санкции против России

Президент Сербии Томислав Николич сегодня заявил, что его страна не собирается вводить санкции в отношении России. Об этом он сообщил журналистам по итогам беседы с прибывшим в Белград комиссаром ЕС по политике добрососедства и вопросам расширения Йоханнесом Ханом.

 

Литовская Даля грязно ругается от бессилия и немощи

Президент Литвы Грибаускайте в своих высказываниях в адрес России превосходит экстремистские заявления национал-радикалов в Киеве. Это затрудняет урегулирование украинского кризиса, заявил официальный представитель МИДа России Александр Лукашевич.

"Президент Литвы Д.Грибаускайте 20 ноября в интервью местной радиостанции вновь разразилась уже традиционными грубыми нападками в адрес России, договорившись до того, что назвала нашу страну в контексте украинских событий «террористическим государством». Она также без обиняков призвала к поддержке, в том числе военной, нынешнего украинского режима, заявив, что если «агрессию России» не остановить, то, мол, «агрессия» может распространиться по Европе и дальше", - сказал Лукашевич.

"В своих высказываниях Д.Грибаускайте превосходит даже наиболее экстремистские заявления, звучащие из уст национал-радикалов в Киеве. Все, что она говорит, не способствует, а наоборот, лишь затрудняет поиск решений по урегулированию украинского кризиса. Здравомыслящие политики большинства стран, которые не пытаются понравиться маргиналам, а действительно обеспокоены ситуацией на Украине и положением дел в Европе и мире, руководствуются иным, ответственным подходом", - добавил он.

 

Сообщение от ополчения.

"В Станице Луганская продолжаются ожесточённые бои. Украинские военные, как и обещал их генштаб, получили новое вооружение, по всей видимости, "Гиацинты" на гусенечном ходу и еще что-то более дальнобойное, чем пушки и "Грады" ополчения. Вечером в стороне н.п. Авдеевка и Пески шли стрелковые бои, было слышно применение КПВТ. С 18:35 (мск) со стороны н.п. Пески украинскими военными вёлся артобстрел из гаубиц по позициям ополчения в районе Ясиноватского блокпоста. Со стороны н.п. Марьинка украинские военные провели обстрел с танковых орудий (два т-64) и САУ по окраинам Донецка. В небе над аэропортом замечен украинский беспилотник."

 

 Сообщение пресс-центра ДНР.

"ВНИМАНИЕ! Жителей Донецкой Народной Республики просят не поддаваться на провокации.
Появившаяся в социальных сетях информация о якобы изданном постановлении Совета Министров ДНР от 19.11.2014 о назначенной на 21 ноября регистрации всех лиц пенсионного возраста на центральных площадях городов проживания является фальшивкой и провокацией! Просим всех граждан нашей республики сохранять спокойствие, не поддаваться на провокации и следить за официальными сообщениями на официальном сайте Правительства и Народного Совета Донецкой Народной Республики".

Пресс-центр ДНР.

 

Сообщение от Стрелкова Игоря Ивановича.

"Это моя пятая война. Были две чеченские, Приднестровье и Босния. Хочу подчеркнуть её схожесть - сценарную схожесть - с боснийской войной. Начало боснийской войны очень похоже на то, что происходит в Новороссии. Когда распалась Югославия и начался парад суверенитетов республик Сербии, несколько регионов не захотели уходить в мусульманскую Хорватскую федерацию и подняли восстание. Эти республики боснийские мусульмане, хорваты подавляли вооружённой силой. И вот, тогда на помощь им пришла Югославская народная армия, но была остановлена под Сараево, под Вуковаром, под Дубровником. Остановились не потому, что встретили серьёзное сопротивление, а потому, что это могло вызвать прямое вмешательство НАТО. Армия была выведена и оставила своё вооружение сербам. Сейчас ситуация очень похожая. И не дай Бог, чтобы она так же закончилась. Потому что когда ЮНА вышла, сербы не смогли организоваться. Потом шла очень длительная, изматывающая война. А потом она быстро закончилась — хорваты разгромили всех по очереди."

 

Интервью А. Проханова с Игорем Ивановичем Стрелковым.

"Игорь СТРЕЛКОВ: Поначалу никто воевать не хотел. Первые две недели проходили под флагом того, что обе стороны хотели убедить друг друга. Первые дни в Славянске и мы, и они крайне осторожно подходили к применению оружия. Первая стычка была с сотрудниками СБУ, которые попытались нас зачистить, но попали на засаду. Даже не совсем на засаду, а на встречное столкновение, к которому они оказались не готовы. Понесли потери и убрались. После этого наступило спокойствие. Украинская сторона начала выставлять блокпосты, в наших окрестностях появилась аэромобильная 25-я бригада. Но она не рвалась воевать. Нам удалось разоружить сначала разведвзвод, потом колонну. Это было именно разоружение — под стволами автоматов, под угрозой сожжения техники они не решились вступать в бой и были нами разоружены.

Но всё равно долгое время мы не трогали их блокпосты, и они не проявляли агрессии. Это первые шаги.

Затем "Правый сектор" начал забрасывать к нам диверсионные группы — начались перестрелки. Ещё Нацгвардии не было — только "Правый сектор". Украинская сторона очень осторожно себя вела, шаг за шагом прощупывала, как себя поведёт Россия. Первый месяц не было обстрелов города. Первый обстрел Славянска — в конце мая. До того они обстреливали сёла, но сам Славянск не трогали. Но по мере того как они понимали, что Россия не отреагирует, обстрелы становились всё более сильными, действия бронетехники и авиации — всё более массированными. В начале июня они окончательно уверились, что Россия напрямую не вмешается, и пустились во все тяжкие. Первая массированная атака на Славянск была второго мая. Следующую — с применением всех сил и средств вооружения — бронетехники и танков — они провели 3 июня. Между этими атаками были бои, локальные стычки.

Июнь, июль были самыми тяжёлыми. Если в апреле-мае всё шло по восходящей, то есть расширялась территория восстания, мы постепенно ставили под контроль населённые пункты Донецкой республики, распространяли движение, то в июне мы начали отступать. Нас со всех сторон стали поджимать, силы противника колоссально превосходили по всем параметрам. И у противника стала появляться мотивация к боевым действиям. Начала срабатывать пропаганда. И чем дальше, тем больше эта мотивация увеличивалась.

Батальоны нацгвардии стали прибывать на поле боя. Они изначально были мотивированы: рассматривали противника, то есть нас, как московских наёмников. Они были уверены. что мы все присланы из России. А то, что у нас в Славянске 90% были местные, донбассовцы, не хотели даже верить.

В июне-июле, когда помощи было крайне мало, противник подогнал огромные силы. Вообще несопоставимо было нарастание сил. Например, к нам за это время пришло 40 добровольцев, а к противнику пришло 80 машин. Что в них — другой вопрос. Но в каждой машине — минимум по человеку.

В август — на пике кризиса — мы сражались в условиях почти агонии. Просто лихорадочно латали дыры, затыкали какие-то прорывы. Мы находились в полном оперативном окружении. И не могли его прорвать. К тому же нас уже начали, как классический котёл, резать на более мелкие котлы. Постепенно отрезали Горловку…

Александр ПРОХАНОВ. Вы говорите о фазе, когда ушли из Славянска в Донецк?

Игорь СТРЕЛКОВ. Да. В той фазе тоже было две части. Когда мы вышли из Славянска в Донецк, это была фаза полной растерянности украинской стороны. У них был полностью прописан сценарий, а мы не вписались, перемешали им всё. И подозрительно гладко всё складывалось у них по этому сценарию. Очень подозрительно.

Что касается ситуации со Славянском…. После того как украинская сторона прорвала фронт под Ямполем, мы уже висели на волоске, заткнуть дыру между мной и Мозговым было невозможно, для этого не хватало сил — как минимум нужна была бригада. А у нас не было резерва.

И когда они взяли Николаевку, у нас не осталось никаких шансов. Был бы шанс, если бы нам массово поставили технику, вооружение. У меня было три танка, один из них был абсолютно неисправен, он не сделал ни одного выстрела. Лишь два танка были боеспособны. С их помощью мы разгромили один блокпост. Но сразу после разгрома этого блокпоста противник на всех блокпостах поставил по четыре танка. В Славянске у укров было семь блоков, и на каждом — по четыре танка. Любой блок укров по технической вооружённости и по численности был сильнее всего славянского гарнизона. На конец осады у меня было 9 бронеединиц, включая эти два танка, а у противника на каждом блоке — по семь-восемь единиц, включая четыре танка. И у меня была альтернатива: или сесть в полную осаду без снабжения, или выходить. До этого снабжение по полевым дорогам проходило. А когда противник взял Николаевку, у нас осталась одна полевая дорога, но они и её перерезали: если мы ночью прорывались по этой дороге, то уже днём у них был пост.

Итак, варианты. Садиться в осаду. Боеприпасов к стрелковому оружию на хорошие бои у меня бы хватило на двое суток. На средней интенсивности — на неделю. А после боёв под Николаевкой у меня осталось на 8 миномётов 57 мин — меньше, чем по 10 мин на миномёт. Не хватало и всего остального: на тяжёлое вооружение не хватало боеприпасов, хуже всего было с противотанковым вооружением. Бои были серьёзные, израсходовали много, а пополнения не поступало. Это всё было 5 июля. "Отпускники" пришли через 40 суток. Мы бы до их прихода никак не продержались. У нас бы и продовольствия не хватило. А самое главное — украинская армия не шла на контактные бои. Когда мы сами навязывали контактный бой, то у них были потери. А они со времён Ямполя предприняли тактику: выдвигаясь от рубежа к рубежу, бросали вперёд только бронетехнику без пехоты. Перед бронетехникой шёл огневой вал. Если бронетехника наталкивалась на сопротивление, она отходила. Снова огневой вал. Потом снова бронетехника. Опять огневой вал — и опять техника.

В результате Николаевку они начали методично разрушать. Наносили удары "ураганами", "градами", тяжёлой артиллерией. Никто не ожидал такого массивного обстрела. Некоторые пятиэтажки в городе попросту сложились. Действительные потери мирного населения мы даже не знаем — они огромны.

После этого противник просто обошёл Николаевку, и мне пришлось вывести остатки гарнизона. Ясно было, что то же самое повторится в Славянске — уже без всякой жалости его громили. Но я им ответить не мог, потому что снарядов не было. Они бы нас огородили колючей проволокой, обложили минами, как они сделали с другими, взяв их в кольцо. И ждали бы, когда мы или с голоду сдохнем, или полезем на прорыв. А прорыв в таких условиях сопровождался бы огромными потерями, и неизвестно, удался бы или нет. А ведь в Славянске было ядро нашей бригады — полторы тысячи человек, из них больше тысячи — бойцов. В Краматорске было около 400 бойцов, в Константиновке чуть больше сотни, в Дружковке пятьдесят, на других направлениях небольшие гарнизоны по 20-30-50 человек. И я знал, что извне ко мне никто не прорвётся. Ни "Оплот", ни "Восток" мне не подчинялись. У Безлера, который в Горловке базировался, на тот момент было около 350-400 человек. Если я не мог разорвать кольцо со своими полутора тысячами, то уж он-то тем более не смог бы. Получалось: если я останусь в осаде, то через какое-то время укры обложат меня, после этого начнут брать населённый пункт за пунктом. Что, собственно, и началось: я и выйти не успел, уже Артёмовск захватили, где у них свой человек был. И за один день полностью зачистили Артёмовск.

В момент, когда выходили из Славянска, уже намечалось второе окружение с отсечением полностью Краматорска, Дружковки, Константиновки. Это к слову о том, почему я, выйдя из Славянска, не стал обороняться в Краматорске: там тоже не было боеприпасов.

Учитывая глубокий прорыв противника к Артёмовску (он уже вышел к Горловке практически, в нашем глубоком тылу находился), цепляться за Краматорск не имело смысла. Выиграли бы мы ещё трое-четверо суток, но в результате всё равно выходили бы. Любой прорыв, тем более — неорганизованный, сопровождается потерями.

Несмотря на то, что из Славянска мы выходили очень организованно, у нас вся бронегруппа погибла. Трагическая случайность. Они должны были вместе с артиллерией, отвлекать на себя внимание огнём с места — с окраины Славянска. Потом, пропустив мимо себя все автомобильные колонны, уйти последней — замыкающей колонной. Но тут сработал человеческий фактор, и бронегруппа пошла на прямой прорыв.

Чтобы не создавать толкучку, у нас все были разделены на шесть колонн. Каждая колонна должна была выходить с интервалом в полчаса. Я совершил серьёзную ошибку, что вышел со второй колонной, а не остался до конца. У меня были свои резоны: в Краматорске я сразу развернул штаб. Но надо было, конечно, выходить последним.

Этого не случилось бы, если бы я сам присутствовал на месте. А так можно в мой адрес сказать, что смалодушничал, поторопился выскочить.

Вообще наши потери могли быть намного больше. Но украинская сторона ночью воевать никогда не любила, поэтому артиллерию мы вывели полностью, а также 90% пехотных подразделений и тыловых.

У нас в строю находилось 11 миномётов и две "Ноны" были на ходу. Знаменитую "Нону" пришлось оставить, потому что она, хотя укры её ни разу не подбили, вся в осколках была. Из-за износа у неё вышла ходовая часть. Её всё время таскали туда-сюда, под конец и пушка вышла у неё из строя. Как шутили бойцы украинских подразделений, которые к нам перешли, она за всю жизнь столько не стреляла, сколько в Славянске.

Так вот — бронегруппа пошла напрямую, и её всю сожгли. Перегородили дорогу. Первый танк подорвался на минах, второй попытался объехать — свалился в овраг. А остальных расстреливали гранатомётами. Некоторые люди уцелели — выскочили, прорвались.

Если бы хотя бы техника вышла — можно было бы как-то действовать, но вся броня сгорела. В Краматорске у меня было три БМП и два БТР. Это слишком мало — против нас выступали две батальонные механизированные тактические группы и танковый батальон.

И если мы могли действовать в застройке, то противостоять противнику на открытой местности не могли.

В Ямполе наш укрепрайон прорвали за один день, несмотря на то, что мы там вкопались, были огневые точки, блиндажи. У нас нехватка противотанкового вооружения — не было ни одной противотанковой пушки. Будь тогда хоть одна противотанковая пушка, хоть одна "Рапира", не прорвали бы они нашу оборону, несмотря на всю артподготовку. Но с одними "безоткатками" мы не могли воевать. Я понимал, что принимать бой на открытой местности — только терять людей.

Александр ПРОХАНОВ. Вы сказали, что для противника ваш выход из Славянска был совершенно неожиданным.

Игорь СТРЕЛКОВ. Да, он их обескуражил. Ведь у меня был приказ категорический — не сдавать Славянск. А когда я сообщил о том, что намерен выйти, мне несколько раз повторили приказ не выходить, оборонять Славянск до последнего. "Вас обязательно деблокируют, обороняйте Славянск". Спрашиваю: "Чем поможете?" Молчание. А у меня — тысяча человек и тысячи членов их семей. Положить их я права не имел. Поэтому я принял решение на прорыв.

Вот ещё какой момент. Когда я был в Крыму во время крымских событий, посетил 35-ю батарею. Мощнейшее впечатление на меня произвело. Чалый — просто молодец, он восстановил практически всё своими силами. Не меньшее впечатление произвело и то, что все командиры украинской севастопольской обороны: все адмиралы, генералы, лётчики — сбежали .Оставили за себя командиров полков, батальонов. Те гибли вместе с солдатами. И когда я был в Славянске, решил: либо я не выйду совсем, либо я выйду со всем гарнизоном. Я принял решение выйти и считаю его правильным.

Глубоко уверен, что если бы мы не вышли из Славянска, потом не удержали бы и Донецк. Когда мы вошли в Донецк — всё там было замечательно. Сидел киевский мэр, УВД по-прежнему подчинялось Киеву — двоевластие классическое. Город совершенно не был подготовлен к обороне. Блокпосты оборудованы плохо, дороги не перекрыты, можно были зайти как угодно. И сил там было крайне мало, они были раздроблены, разбросаны, никто никому не подчинялся: отдельно была Русская православная армия, отдельно — батальон "Восток", отдельно — "Оплот". Каждый отряд оборонял свой район, единого управления не было.

Проблема была даже не в этом, а в том, что с юга Донецк был почти охвачен, противник занял Амвросиевку. В принципе он уже отрезал нас от границы. ДНР была полностью под контролем противника. И большая часть ЛНР была под контролем противника. Действовал единственный пункт — Изварино, куда отошла одна из моих рот из Краматорска, и они значительно усилили там оборону.

И просто бы Донецк в итоге отсекли вообще от Шахтёрска, от агломерации Тараевский-Шахтёрск-Антрацит. На том участке было лишь несколько не очень мощных блокпостов на дороге и Саур-Могиле. А между ними были огромные дыры, куда можно было войти. Иловайск был пустой — не было гарнизона. В Оспино не было ни гарнизона, ни блокпостов.

Прибыв в Донецк, я в городе оставил только штаб, комендантскую роту. Один батальон перебросил в Петровский район — это юго-западная оконечность, которая была пустая. Остальные силы, и Краматорска, и Славянска, были сведены в бригаду, разбиты на три батальона и разведбат. Они сразу были брошены на Иловайск, Оспино. И я сформировал линию фронта.

Александр ПРОХАНОВ. Из своих частей?

Игорь СТРЕЛКОВ. Именно из своих частей. Потому что "Восток" мне не подчинялся. На личных контактах, с ними удавалось наладить взаимодействие. Они обороняли район Ясиноватой, район Авдеевки, Песков, Карловку. На Карловке сборная солянка была: сначала там были люди Безлера. Потом они ушли, мне пришлось туда посылать своих. Потом я приказал отходить, прорываться оттуда, потому что их отрезали от нас, не было смысла в окружении две роты терять.

Если бы мы не сформировали этот южный фас, думаю, что всё бы закончилось очень быстро. Если бы мы остались в Славянске, то через неделю, максимум через две, Донецк бы пал. А выйдя, мы сорок суток держали Донецк до прихода "отпускников". Хотя последние дни были просто отчаянные. Когда мы вышли из Донецка, то пробили коридоры на Россию в районе Марьинки, Кожевино, Бровки. Одновременно пробили себе коридоры для снабжения и отсекли в Яково всю группировку противника.

Мы коридор продержали с очень большими потерями, погиб цвет Третьего штурмового батальона в этих боях. Когда мы пробивали коридор, в боях под Марьинкой потеряли убитыми и ранеными 120 человек за двое суток — в основном от артиллерийского огня, от авиаударов. Убитых было более 30. Для меня это гигантские потери.

И на момент прорыва "отпускников" у меня батальон КЭПа был рассечён на две части: часть оборонялась в Снежном, а часть, вместе с разведбатом, оказалась прижатой к границе, отрезана.

К тому же мне постоянно приходилось снимать роты с Донецка, бросать на другие участки. К примеру, сначала мне роту шахтёров и противотанковый взвод пришлось бросить в Дебальцево. Потом то же самое пришлось делать с Красным Лучом. Потом начались бои под Иловайском. На момент прорыва нас настолько растащили, что у меня и военная полиция в бой пошла — в Шахтёрске воевала. В Донецке из нашей Славянской бригады остался практически только один батальон из двух рот, который прикрывал Петровский район. Батальон Каменска тоже почти весь ушёл из Донецка. И остались тылы: снабжение, комендантская рота, которая в основном состояла из стариков и необученных, боевая ценность которых могла быть только в городе в уличных боях, а не в активных боевых действиях.

Какие-то резервы были у "Оплота" и "Востока", но "Оплот" мне подчинялся частично, "Восток" вообще не подчинялся. Меня упрекают, что я не навёл там порядок. Но у меня был простой выбор, когда я из Славянска зашёл: либо срочно формировать фронт против противника, либо устраивать переворот. Но Донецк на тот момент был совершенно мирный город. Народ загорал, купался, спортсмены тренировались, люди в кафе пили кофе. Как в Москве летом, так и в Донецке было. И меня бы никто не понял. Хотя мои солдаты рвались всех этих тыловых арестовать, разогнать. Но я понимал: стоит развернуть гражданскую войну — тут-то нас всех и хлопнут! Я решил, что худой мир лучше доброй войны, и сознательно ушёл от этого."

 

Видеобращение Игоря Ивановича Стрелкова о бедственном положении Новороссии с призывом к всесторонней помощи.

Помощь народу Новороссии. Помощь Ополчению. За Новороссию! За ополчение! За победу! Новороссии быть!
Подробности на сайте «Движение Новороссия Игоря Стрелкова» ]]>]]>http://novorossia.pro]]>]]>

 

Сообщение от блогера "Эль-Мюрида".

"У любого решения есть цена. Цена минского сговора по данным ООН - 1000 погибших за время "перемирия". При этом уже никто не скрывает, что в Минске Запад и Киев просто получили передышку. Что означает только одно: эта тысяча погибла ни за что. Будут новые жертвы.
Понятно, что есть неубиваемый аргумент про то, что наверху все знают и видят, что это геополитика, и не куриными мозгами охлоса проникать в заоблачные дали. Вот только эта тысяча человек об этом имела бы свое мнение - если бы могла."

 

Видео от Анатолия Шария:  

 

 

Короткая видео-сводка новостей Новороссии за минувший день + обзор карты боевых действий:   

 Подробная карта боевых действий на 19 ноября в максимальном разрешении ]]>]]>]]>]]>по этой ссылке.]]>]]>]]>]]>

Материалы по мере поступления несколько раз в течение суток добавляются в начало страницы, следите за обновлениями.

Ниже в комментариях читателей также много свежей и актуальной информации.

Все события на Украине, хронология гражданской войны

 

Варианты помощи:
]]>]]>]]>]]>Гуманитарные войска]]>]]>]]>]]> (много городов для сбора вещей)
]]>]]>]]>]]>Фонд помощи Новороссии и Донбассу]]>]]>]]>]]> (Глеб Корнилов)   ]]>]]>]]>]]>Народное ополчение Донбасса]]>]]>]]>]]> (Губаревы)
Через ]]>]]>]]>]]>Александра Жучковского]]>]]>]]>]]> Карта Сбербанка: 4276 8520 3612 6178Webmoney R576729266146, отчёты в группе https://vk.com/strelkov_info
Лично: ]]>]]>]]>]]>Как поехать на экскурсию в Новороссию?]]>]]>]]>]]> или ]]>]]>]]>]]>Русские добровольцы]]>]]>]]

 

Загрузка...

Вы можете воспользоваться любой из двух НЕЗАВИСИМЫХ веток комментирования: первая - только ВКонтакте, вторая - остальные способы авторизации.

Развернуть комментарии