Я был на этой войне

Роман Вячеслава Миронова описывает события 1995 года в Грозном. Автор выражает простую истину о коллективной ответственности народа, которая прямо говорит о том, что, вне зависимости от частных случаев, чеченское племя всегда втыкало нож в спину русского народа. Так поступают только враги...

Мы познакомились три года назад. Слава принес тогда свою рукопись о том, как воевал в Чечне. Прочитав первые страницы, я поняла, что судьба не шутит, а играет в открытую. Всерьез. Это бывает редко.

Наша газета опубликовала фрагмент из его книги. С тех пор Миронову удалось преодолеть издательские лабиринты. Книга "Я был на этой войне" свершилась. Серо-зеленый томик продается в лучших книжных магазинах. В web-сети ]]>]]>на сайте Мошкова]]>]]> "Я был на этой войне" стабильно держится в бестселлерах. Слава прославился. На его книгу написаны блестящие рецензии. В них литературные люди пытаются определить место Миронова во времени и пространстве. Группа "Любэ" выпустила свой последний "военный" альбом "Давай за..." с персональной благодарностью "Славе Миронову, автору книги "Я был на этой войне". На презентации диска Игорь Матвиенко объяснил, что без этой книги они не смогли бы все понять. "Как будто на своей шкуре" почувствовали. Московская журналистка Анна Политковская публично заявила, что собирается подать в Гаагский суд на целый ряд своих соотечественников - военных преступников. Среди них, сказала она, и автор книги "Я был на этой войне" капитан Миронов. Разноречиво. Как есть.

Пробежав метров семьдесят, я ясно увидел, что в окнах Дворца стоят, висят привязанные, прибитые к рамам наши. Мертвые были раздеты, и их желтые тела повисли... Многие были еще живы. Кричали, плакали. Духи, прикрываясь телами, стреляли в нас. Я вдруг с ужасом понял, что не смогу стрелять. Не уверен, что не попаду в своего. Не смогу! За телами скрывались снайперы. Они почти не прятались. Их оптические прицелы поблескивали на солнце. Нельзя было из подствольника разнести эту мразь на куски. Ничего нельзя было cделать.

Таким увидел город Грозный в 1995г. боевой офицер, автор бестселлера 'Я был на этой войне' Вячеслав Миронов. Сегодня Грозный - мирный город, столица светской республики, усмиренной президентом Рамзаном Кадыровым.

- Да, патриотом государства себя не считаю. После того как оно меня предало, продало, бросило. И если б только меня... На войне я научился ценить тех, кто рядом. Офицерское братство. Пережил горечь потерь. И понял в конце концов, что все мы держимся и стремимся выжить ради семьи. А родина - это все-таки Родина. Это не государство. Вот Ельцина или Чубайса я не отношу к понятию "Россия". Они пришли, посидели в кресле - ушли. А Россия - это для меня... Березы, облако, река. 

- Как в фильме "Брат-2" - "в поле каждый колосок"? 
- Да. Между прочим, "Брат-2" - самый патриотический фильм! 

- Раз уж мы об искусстве - как ты познакомился с группой "Любэ"? 
- Я вообще с ними не знаком! Никогда не видел! 

- А почему же они тебе "объявили благодарность" на обложке нового диска? 
- Я сам узнал об этом из газеты, из "Комсомольской правды" - там интервью Игоря Матвиенко было. А потом прапорщик мой - он воевал в Югославии - пошел и купил этот диск, страшно горд был. И я тоже рад. Песня "И за Сибирь, и за Кавказ" стала просто гимном всех спецподразделений. Конечно, хотелось бы познакомиться с мужиками - и с Расторгуевым, и с Игорем Матвиенко... 

- Слава, ты был на этой войне. Относишься ли ты к чеченцам как к врагам сейчас? 
- Да. Весь мой опыт, все, что я чувствую, заставляет меня так относиться. Существует коллективная ответственность нации. Они сами избрали Дудаева. Они сами допустили в свою жизнь работорговлю и воровство. Украденные машины где искать? В Чечне. Сбежавших бандитов - где искать? Там же. 

- Не могу принять эту точку зрения. Для меня они люди. Как все люди - разные. Пострадавшие от войны. 
- Ты из другой жизни. Ты не воевала и еще помнишь, что все люди - братья. Я в советское время с отцом-офицером жил - и сам потом служил - в Азербайджане, в Марий Эл, Молдавии, Бурятии, Грузии. Тоже видел, что люди разные. Национальная политика в СССР стремилась к тому же, что и американская доктрина "плавильного котла". Приветствовались смешанные браки. Парней из южных областей посылали служить на Север и так далее. Не срослось. 

- Но все равно есть ведь дети. И мирные люди. - А в Палестине в военных лагерях шахидов обучают детей с пяти лет. 

- То, что сейчас обострился так называемый национальный вопрос, скинхэды на улицах появились, - это ты не связываешь с войной в Чечне? 
- Да нет. Мне кажется, что это дымовая завеса. Знаешь, когда проводили приватизацию, такой завесой была публикация в толстых журналах массы ранее запрещенной литературы. Люди были просто упоены свободой слова и не заметили, как их обобрали. Мы свой приватизационный чек продали, чтобы еды купить. Вот и сейчас зачем-то нужна дымовая завеса, хоть и совсем другая. Наше внимание отвлекают на негодный объект. А скинхэды эти - если адреналина не хватает, пусть на войне воюют. Там сзади будет стоять прокурор и следить за каждым их шагом. За всеми нарушениями закона.

 - А как ты относишься к процессу полковника Буданова?- Если бы это случилось в первую кампанию, в моем подразделении... Нас называли "бешеными псами". Мы не щадили ни себя, ни других. Так вот, если бы мы потеряли от рук снайпера хоть одного бы солдата - от деревни бы ничего не осталось. Пусть односельчане этой Эльзе Кунгаевой памятник поставят, что не всю деревню уничтожили, а ее одну.

 - Но почему - если это не она?! - Потому что снайпер был в этой деревне! Потому что коллективная ответственность! Американцы применяли ее в Югославии, применяют и в Афгане. А мы стесняемся. А вот представьте, что у вас 3 тысячи человек. И шестерых из них вы потеряли не в бою, не на растяжке - а просто так. Когда боец поесть шел или умыться... И вот теперь полковника судят, как будто войны нет. Как будто это случилось в мирном городе. Как будто его солдат не отстреливали одного за другим - просто так. Никто не разработал правовой нормы. Что это у нас? Война? Или мы имеем дело со спецоперацией? На что военные имеют право, на что нет? Что они не могут делать, а что обязаны - кроме того как погибать? Они там, в Америке, сразу это сделали. Конгресс за три дня принял 20 законов. Все регламентировано - что они могут, компетенция, средства реализации, уровень решения задач. И после этого они отправили войска в Афган. Теперь, если они будут судить своего полковника, тот будет знать, за что его судят. А коллективная ответственность - это справедливо. Все, кто живет там, воюют с нами начиная с пяти лет. Почему так много снайперов-женщин? Обыскивать их трудно - одежду носят свободную. У нас на блок-постах допускается личный досмотр только мужчин. А у женщин под одеждой скрываются и боеприпасы, и оружие. Тем более женщины меньше вызывают подозрение. Идет она из села в село - ну и идет... Но когда их ловят на деле, какая звериная ярость у них появляется! Национализм, замешенный на вере, - адская вещь. С 91-го года Дудаев учил грабить, убивать, торговать рабами. Кому было десять лет - стали двадцатилетними, кому пять - пятнадцатилетними. Все воюют. 

- Но естественное состояние людей - это мир. Как бы наивно это ни звучало, но не лучше ли русским уйти из Чечни? - Нельзя уходить отсюда. Это только отсрочит решение вопроса. Когда заключили перемирие в Хасавюрте, это сильно осложнило дело. Лебедь же стал тогда большим чиновником. И, как все большие чиновники, он делал то, что было выгодно в той ситуации. Он должен был заключить мир любой ценой. И заключил. А мы видели, как уходили чеченцы из тупика, в который мы их загнали. И не могли стрелять! Потому что там заседал какой-нибудь совет старейшин. Заключал перемирие. А воевал Лебедь и в Баку, и в Афгане - жестко, правильно. Тогда он был боевым генералом. 

- Что же теперь, так и погибать там? - Да стоит убрать у этой войны экономическую составляющую - и кончится она. Завтра же! Война выгодна. Но не тебе, не мне. Не нашим мальчишкам.

]]>]]>Читать книгу "Я был на этой войне" онлайн]]>]]>

]]>]]>Скачать книгу "Я был на этой войне"]]>]]>

 

Загрузка...
Развернуть комментарии