Рождение Тартарии

Продолжать чтение дальнейшего повествования не имеет смысла, если читатель не усвоил достаточно твёрдо всё, что было в предыдущей главе. Ниже я представлю изложение одного очень любопытного документа, который представлен во многих библиотеках и никогда не скрывался от историков и широкого круга читателей.

Давно известно мудрое правило, гласящее: «Если хочешь что-то надёжно спрятать – положи это на самое видное место». В данном случае мы наблюдаем эффективность этого метода. Невзрачный двухтомник с ничего не говорящим, скучным названием просто не привлекает ничьего внимания. Но если знать, как правильно интерпретировать всё то, о чём в нём говорится, то глаза раскрываются, и приходит ясное понимание, что этот текст - бесценный кладезь знаний об истории восточной части Великой Тартарии.

 

]]>Монеты Великой Тартарии]]>

Монеты Великой Тартарии, конца XVIв. Как видим, надписи на двух языках, русском и... Каком-то из тартарских.

Язык, которым изложена книга, довольно нелёгок для восприятия современного читателя по нескольким причинам. Кроме того, что он написан дореволюционным языком и шрифтом, стиль изложения по-восточному вычурный и витиеватый, изобилует множеством повторов, многократных отступлений от темы, пояснений, воспоминаний и перемежается восхвалениями пророка Магомета.

Необходимо делать поправку на то, что рукопись писалась одновременно четырьмя писцами под диктовку умирающего в своей постели престарелого Хана, который, судя по всему, временами впадал в забытье и страдал от склероза и старческого маразма. Тем не менее, поражает объём сведений, который хранился в памяти этого человека. Это и даты, и цифры, и имена. И при этом старый Хан ещё постоянно извиняется за то, что не помнит некоторых деталей. Ну и, конечно, нужно принимать во внимание его крайнюю религиозность, которая, несомненно, повлияла на объективность изложения.

Кроме того, одним важнейших факторов, повлиявших на достоверность Летописи, является многократность перевода рукописи. Изначально она была на арабском. Потом её перевели на русский, и оба варианта оказались в Стокгольме. Позднее, Летопись перевели с русского языка на французский. И только в девятнадцатом веке с французского языка её снова перевели на русский. Причём, необходимо учитывать, что переводчик с французского уже сам не знал подлинной истории России. Однако мы просто обязаны снять шляпу в знак уважения к нему и почтить память о нём, ибо он сделал всё, что было в его силах, чтобы не допустить искажений первоначального текста. А это - настоящий подвиг!

Весь текст книги изобилует множеством примечаний переводчика, в которых он комментирует некоторые события, описанные автором, с его точки зрения неправильно. И в этом мне видится особая прелесть данной работы. Она наглядно демонстрирует методы и способы влияния на современную жизнь с помощью фальсификации истории. Переводчик убеждён в том, что единственно правильные знания он почерпнул в университете, и «Норманнская теория» единственно верная, а старый Хан был необразованным и рассказывает небылицы.

Но всё обстоит совершенно наоборот. Это мозг переводчика захламлён историческими мифами. А автор Летописи как раз был свободен от предрассудков. Он передал историю такой, какой её передавали из уст в уста все потомки Чингиз-Хана из поколения в поколение. И правдивость его слов теперь подтверждается современными исследованиями. Точнее будет сказать, что Рукопись лишний раз подтверждает верность наших представлений о Тартарии, возникших на основе иных источников, не связанных с рассматриваемым. И это делает Летопись поистине сенсационной находкой, которая устраняет множество противоречий и нестыковок, имеющихся в академической истории.

Работая над Летописью, я понял, что в оригинальном виде никто её читать не станет, кроме специалистов. Ну а то, что попадает в их руки, мгновенно превращается в то, что они хотят видеть. Поэтому-то я решил, что правильнее будет сделать вольный пересказ, отбросив в сторону все хвалебные речи и незначительные отступления. Двухтомник, который содержит без малого одну тысячу страниц, мне удаётся «сжать» до размеров брошюры, оставив всё самое ценное. Я только постарался сохранить стилистику автора. Уж больно красиво это звучит, особенно, если читать вслух. Это одновременно былина и захватывающий боевик, воспринимающийся как нечто в стиле «фантазия».

Однако ничего в нём не выдумано. Кое-что взято из мифологии, конечно, поскольку было это столь давно, что сохранилось по большей части в мифах и религиозных писаниях. Но это относится в большей мере только к самому началу, где автор повествует о происхождении могуллов. И как ревностный магометанин, он не мог себе позволить вольностей по отношению к Корану, в котором изложена святая для каждого верующего человека история про Адама. Однако и здесь имеются некоторые вопросы, требующие изучения и осмысления. Например, технократ может разглядеть в этой части повествования описание сложнейших технологий генной инженерии.

Ну, всё. Полагаю, что теперь вы готовы читать Летопись осмысленно, обращая внимание на детали. Такие, например, как имена исторических персонажей. Они о многом могут сказать. В могуллских именах есть и совершенно русские, и европейские, и даже украинские. Избежать собственных примечаний мне не удастся, однако они будут появляться только в местах, в которых от них удержаться совершенно невозможно. Но в большинстве случаев я оставил простор для мыслей читателя. И не сомневаюсь, что вы совершите гораздо больше открытий, чем их сделал я.

Надеюсь, что вы получите огромное удовольствие от изучения Летописи Великой Тартарии. А в третьей части вас ждёт подробный рассказ об этой стране, в которой я постараюсь обобщить все известные мне сведения, полученные из всех источников, которые я изучал на протяжении последних лет. Итак, приятного свидания с запретной историей!

]]>тартария]]>

Свет от Адама до потопа

Когда Бог решил создать Адама, послал на Землю Ангела Джабраила (Гавриила), чтобы он принёс горсть земли. Его спросила Мать-Сыра Земля: «Почто тебе надобна горсть земли от меня, Гаврилушка»?

Но услышав ответ Ангела, взмолилась: «Не делай этого, Гавриил! Адамовы дети умножатся и согрешат перед Богом, а Бог прогневается и казнит их жестоко, а я вельми боюся божеской казни, потому как не стерпеть мне оныя».

С сим ответом вернулся Гавриил к Богу. Тогда Бог послал к Земле Михаила. Ангел возвернулся с таким же извинением, не исполнив божия повеления.

Тогда послал Бог Ангела Асрафила. Но и тот вернулся ни с чем.

Затем Асраил покушался на Мать-Сыру землю, а та его убедить пыталась. Но ответил Асраил: «Мне твои представления ничто по сравнению с божией заповедью». Взял горсть земли, и понёс к Богу. А горсть та была взята в том месте, где потом был построен куб Мекка. Мекка - град, защищённый горами, в месте, которое весьма не плодоносно, кроме как для некоторых трав и великих водяных дынь, называемых в России арбузами.

Бог возрадовался и наградил Асраила за исполненное завещание почётной обязанностью принимать души человеческие при разлучении их с телом и приводить пред его очи.

Как завершил Бог ваять Адама, то и положил его между домом Меккою и домом Тоиофом, где оставил его на 39 дней. На сороковой день Адам ожил, и был введён в Рай, где согрешил с Еввой, вкусив запретный плод. Адам жил тысячу лет. Имя его означает глину, которую Ангел взял в Мекке. Прозвание же ему было дано Сафи-Юла. Он видел 40000 своих потомков и назначил царствовать ещё при жизни сына своего Шисса, который владел всеми землями вокруг, наполненными людьми его отцом. Шисса прожил 412 лет, и по смерти, душу его Асраил отнёс в Арай, т.е. в Рай.

Имя Шисс было дано ему с языка Юнонского, т.е. греческого. Но арапы его называли Э-Чбучалла.

После смерти его место занял сын Анус. Правил в великой святости и добродетели. "Анус" на арапском языке значит "Добродетельный". Жил 412 лет, а после него правил сын его Шинан, который умер в 240 лет, оставив наследником сына Мелагила, который первый стал строить города.

Видя, что население умножается, Мелагил построил первый город Бабилл, который называл Сусс. Дома в городе сработаны из земли и дерева. И люди покинули ямы и горные пещеры, переселившись в Сусс.

Мелагил первый изобрёл жатву и дал подданным плодородные поля. Жил 920 лет и, умерев, оставил наследника из сыновей по имени Берди, который жил 960 лет. Юнонским языком звался Ахнухом и был вельми добродетелен. Арапским языком прозывался Идрисом. Пророчествовал, обучал подданных. Потом Ангел взял его на крыла и унёс в Рай.

После царствовал сын его Манушлаг, который был добродетелен и благочестив. Но число лет жития его неизвестно.

Его место занял сын Чамех, число лет жизни которого так же неизвестно, однако ещё при жизни он назначил наследником сына своего Нуи. Когда Нуи исполнилось 150 лет, Бог назначил его в Пророки. Через 700 лет Нуи показал людям небесный путь, но так и не смог привлечь к Богу более 80 мужчин и женщин.

Видя, что люди отложились от Бога, стал кричать, обратившись к Богу, чтоб тот истребил сей род. На то явился Ангел Гавриил, и сообщил Нуи, что Бог всё слышал и истребит род человеческий потопом. Тут же научил, как построить ковчег, и Нуи с помощью восьмидесяти правоверных построил его.

Как только закончили строительство, как разверзлась Земля, и Небо пролило дожди. Тогда Пророк взял всех животных рыб и птиц, по мужской и женской особи каждые, взошёл на ковчег. И восемьдесят правоверных с ним. Остальных зверей и птиц смыл всемирный потоп.

Здесь необходимо отметить, что в отличие от всех прочих источников, повествующих о всемирном потопе, автор утверждает, что не только с неба была вода, но и Земля разверзлась.

Но после некоторого времени Бог запретил дождям, и воды стали нечувствительными.

Возрождение

Нуи построил свой ковчег на горе Джу-ди, между городами Мучуллом и Шамом, откуда воды подняли его в первый день месяца Реджеба. Плавал он до 10 дня месяца Магарама, а потом остановился у горы. Так он носился по водам шесть месяцев и десять дней. Из всех людей на ковчеге остались в живых только он с женой, и трое его сыновей. Остальные все умерли от болезней.

Вышли на сушу, и послал Нуи сыновей на три стороны. Гама – в Индию, Сама – в Иран, а Иафиса – в землю Капипун-Шамах. И наказал сыновьям, чтоб не строили городов, пока не размножатся люди на Земле.

Иафис оставил гору, на которой ковчег пристал, и пошёл жить в место между реками Ателла (Волга-Ра) и Яик, где умер, через 250 лет, оставив 8 сыновей, и множество сородников.

Дети Иафиса:

- Турк
- Харс
- Саклап
- Русс
- Манинак
- Чвин
- Камари
- Гарих (Горох)

Вероятно, именно Гороха имел в виду Марко Поло, рассказывая о великом Хане по имени Гор, которого называли ещё и Георгием.

Прежде, чем умереть, назначил преемником Турка, которому дал прозвище Иафис-Огланы. Назначил его господином над всею фамилией, приказав, что все остальные послушны ему были.

Турк был человеком великого разума и изобрёл много наипотребнейших выгод к жизни. Сделал себе кибитки и выбрал для жизни место Изахкол. Родилось у него четыре сына:

- Таунак
- Чакале
- Берсачар
- Амлак

Умирая, определил в преемники Таунака, который был великим изобретателем. Именно Таунак познал, что жареная дичь вкуснее с солью. В то самое время Ираном правил Каюмарс.

Таунак прожил 240 лет и наследство передал сыну своему Элча-Хану. Элча-Хан жил долго и передал правление сыну Диббакуи-Хану, который тоже жил долго, правил добродетельно, и определил наследство сыну Каюк-Хану. Каюк-Хан передал наследство Аланча-Хану. По самое Аланча-Ханово время жили по законам, завещанным Иафисом. Жили богато, в достатке и глубокой тишине.

Начало междоусобиц

Предки наши говорили такую пословицу: когда через меру хорошо кормишь собаку, то та, наконец, так избалуется, что собственного господина кусать станет. Сие и случилось с подданными Аланча-Хана. Оставили они Бога и начали кланяться идолам. Начали сначала тайно приносить жертвы, а после и явно.

У Аланча-Хана было два сына близнеца:

- Тартар
- Могулл

Про меж них он и разделил свои земли. Тартар-Хан жил долго и оставил после себя Буха-Хана. Буха-Хан долго правил и оставил царство сыну Иаланча-Хану.

Затем правил Эттеле-Хан, после него Аттаичир-Хан, который вступил в кровопролитную войну. После смерти Аттаичир-Хана его место занял его сын Орда-Хан. Затем Байду-Хан, который вознамерился воевать с потомками Могулл-Хана. Не успел, умер. Но войну начал его сын Сиунч-Хан.

Мунгал – слово испорченное, прежде говорили Могулл, что значит печальный. И был он угрюмого нрава. Потомки через него царствовали через девять родов. Могул-Хан первый, а Илль-Хан – последний. Чингис-Хан государствовал по прошествии много времени от них. Один писатель Шара-Судин писал, что турки во всём отыскивали число 9 ибо, оное Бог употребил во творении.

Могулл-Хан правил долго и праведно, по прошествии оставил четырёх сыновей:

- Кара-Хан
- Аувас-Хан
- Каувас-Хан
- Кавар-Хан

Кара-Хану, как старшему, достались большие владения. Летом он жил у гор Артах и Картах (Ныне Улук-Таг и Кичик-Таг на Южном Урале), а зимой на берегах реки Сирр. И «весь свет там был в явном идолопоклонении».

От любимой жены Кара-Хан имел солнцеподобного сына, который сверкал золотом, и от рождения не принимал пищи. Мать его каждую ночь видела один и тот же сон, что младенец говорит ей, что пока вы идолам поклоняетесь, не стану грудь в уста совати. Чтобы спасти дитя, мать обратилась к истинному Богу, и тот час принял младенец её грудь.

Турки, которые жили от Иафиса до Аланча-Хана, жили в истинном законе, но в конце от излишеств оставили Бога и пошли во след за идолом. И при Кара-Хане дошло до того, что ежели отец хотел обратиться к истинному богу, его собственные дети убивали за то.

Огус-Хан - первый великий завоеватель

При Могулл-Хане был обычай не давать детям имена, пока не минет им год от рождения. Потому и сыну своему не хотел он давать имя до срока. А по прошествии года велел собрать пир, и привести младенца, говоря придворным: «Вы знаете, что моему сыну теперь год от рождения, время дать ему имя». Все замолчали. Тогда младенец закричал: «Какое имя вы дать мне хотите? Меня зовут Огус!» Удивились придворные и решили, что раз младенец сам выбрал себе имя, знать, быть ему великим державцем.

Когда мальчик стал говорить, из его уст не выходило слово «Аллаг!» Все смеялись, думая, что дитя неразумное не понимает, что лепечет. Однако вскоре поняли, что всевышний глаголет устами младенца, называя своё имя.

Когда пришло время, за Огуса выдали его двоюродную сестру, дочь Кавар-Хана. И говорил он ей, что знает того, кто их обоих создал. Но она не верила ему, и Огус от молодой жены отдалился. Перестал делить с ней ложе и всячески избегал. Тогда Кара-Хан узнал об этом, выдал за сына другую его двоюродную сестру, дочь Кавас-Ханову. История повторилась, как и с первой женой.

Однажды, через несколько лет, Огус возвращался с охоты и ехал вдоль речки. На берегу повстречал женщину, моющую платье. А при ней – третья двоюродная сестра, дочь Аувас-Ханова. Сказал он ей, что живёт по закону истинному и про своих двух жён идолопоклонниц рассказал. Позвал замуж и обещал любить всю жизнь, если отречётся она от идолов. Она согласилась, и по случаю свадьбы был великий пир.

Несколько лет Огус жил в мире и согласии со своей женой, но однажды, когда он уехал на охоту в дальние пределы, отец Кара-Хан устроил пир, на который позвал и жён сына. Спросил их, не знают ли они в чём причина того, что первых двух Огус не принял, а третью любит всей душой.

Первая жена ответила: «Твой сын иной закон держит, нежели ты и мы со второй его женой. Мы отказались его принимать и стали ненавистными. Последняя жена приняла его закон и стала любима».

Прогневался Кара-Хан. Стал людей в дорогу собирать, чтоб ехать к Огусу. А жена его послала весточку Огусу, чтоб не застали его врасплох. Огус узнал о намерениях отца и созвал к себе всех, кто поклялся ему в верности. Приехали не только родичи, но и те, кто потерял великость и родовитость, кого Огус звал Уйгурами.

Кара-Хан хоть и привёл войско великое, но был разбит малым войском Огуса. Бежал, и был ранен стрелой в голову, отчего вскорости умер. Огус занял место отца и повелел всем принять истинный закон. А кто его принимал, имел милость и подарки добрые от молодого Хана. Но тех, кто продолжил идолам кланяться, Огус истреблял нещадно.

Те же, кто продолжал пребывать в идолопоклонничестве, бежали в соседние земли, которые ранее принадлежали Могулл-Хану, но теперь вышли из подданства. Тогда Огус пошёл в эти земли и подчинил их все своей державе. В том числе и земли Тартар-Хана, который жил рядом с городом Джуржут.

Джуржут стоит при границах чинских, очень сильный, укреплённый. По-индийски и персидски назывался Чин.

Огус-Хан с великой горячностью Джуржут взял, победил Тартар-Хана и столько добыл добра, что невозможно всё и увезти было сразу. Но нашёлся в его войске человек, который изобрёл телеги. Всё добро поместилось на телеги, и больно они скрипели, за что назвали их Куннек. А изобретателя прозвали Канкли. Так что все, кто ныне прозывается Канкли, – потомки того человека умного, что изобрёл употребление телег.

Через 72 года Огус-Хан покорил всех своих соседей и привёл их к истинному закону. Взял Катайскую империю, Джуржут и Тангутское царство с Кара-Китаем. Столица Кара-Китая есть великий город, а живут в этой стране люди с такими смуглыми лицами, как индийцы.

Жительство их было у озера Могилла, что между Чину и Индиею. Оттуда идучи, оставив за спиной Чину, нашёл он на морском берегу посреди скал много отважных народов, которыми правил Итбурак-Хан. Воины хана были такие искусные и отважные, что отступил Огус-Хан в земли про меж двух рек.

]]>Дворец Дворец Великого Хана]]>

Дворец Дворец Великого Хана. Фонтан в виде трубящего ангела.

Как обычно, в походе со всеми офицерами шли и их жёны. Тех жён, мужья которых пали в битвах, принимали к себе другие офицеры. А один из убитых воинов, оставил свою жену беременной. И когда пришло время разрешиться от бремени, ушла та женщина в лес, отыскала большое старое дерево и, залезши в дупло, родила там сына.

Хан уведомился сей новостью и сразу взял к себе на попечение родившегося мальчика, потому что отец его сложил голову за него. Нарёк приёмного сына прозвищем Кипчак, что значит на старом туркском языке «пустое дерево», и учил его воинским премудростям до тех пор, пока Кипчак сам не стал отменным воином.

Самыми известными потомками рода Кипчака являлись М.И. Кутузов и Н.В. Гоголь.

Тогда Огуз-Хан дал ему доброе войско, и отправил их воевать на

- Руссов,
- Улаков
- Маджагров
- Башкирцев,

живущих на реках Тина, которое берёт своё начало из озера Иван (ныне – река Дон), Ателла (Волга), и Яиджика (Яик – Урал). Те места на века закрепились за народами, которых стали звать кипчаками, и никакие другие народы никогда больше не владели этими землями. А все казаки родом от кипчаков.

Через семнадцать лет Огус-Хан вновь пошёл войной на Итбурак-Хана, и на этот раз победил. Хана повелел умертвить, а подданных казнить только тех, кто отказывается принять закон истинный. С остальными обошёлся великосердно и по-отечески.

Затем возвратился и стал жить на индийских границах, около Талаша, Саирама, Ташкента, Самарканта и Бухарии. А сына послал с некоторым войском в грады Андижан и Туркестан. По прошествии шести месяцев сын вернулся с победой, взяв эти грады.

Тогда Огус-Хан отправился к Самарканту, взял его и учинился владыкой всей Бухарии.  Затем, в середине зимы, взял грады Балка и Хор (Ныне - юг Хабаровского края), где великая стужа была, и снегов немало выпало. Весной, когда в Хор пришло тепло, учинил Хан военный смотр, и оказалось, что не все воины в строю. Стал искать пропавших, но те пришли в скором времени и рассказали, что в пути отстали от основного войска потому, что снег так всё заметал, что следов на нём не оставалось, и они заблудились и долго плутали, пока не наши дорогу к Хору. Огус посмеялся, и дал им прозвище Карлики, что значит «снег».

Оттуда повёл своё войско Огус-Хан к Кабуллу, Гасменю и Кашмиру, городы, которые очень славны, и стоят к северу от Индии. Правитель Кашмира с именем Ягма уведомился о походе Огуса и со своим войском занял горные ущелья, проходы и реки. Целый год Огус-Хан не мог пройти через заслоны, но преодолев их, умертвил Ягму, а жителей Кашмира порубил. Затем через города Бадагшан и Самаркант вернулся в собственные владения.

Долго готовил большую армию, и собрав достаточно припасов отправился покорять Иранские городы Шам и Миссер. По пути встретил у Талаша своих воинов, отставших от войска, во время возвращения из Кашмира. Старший офицер рассказал, что в пути его жена начала рожать, и так отощала, что не стало молока для кормления младенца. Тогда он сделал остановку, чтоб добыть зверей и птиц, чтоб накормить жену, и та смогла выкормить наследника. Огус смеялся, услышав его сказ, и дал офицеру прозвище Калл-Лач, понеже калл означает остаток, а ач – голодный.

Перешед реку Аму, Огус-Хан осадил иранский город Хорассан. Правителем там был Каюмарс, но умер до совершеннолетия наследника по имени Гаушана. Вельможи за его трон воевать начали, тем Огус и воспользовался.

После взятия Хорасана пошли в земли Иранские, Адирбеинджанские и Армеенские, где города, какие сами покорились по договору, а какие приступом взяты были.

В городе Шам (Дамаск) Огус-хан тайно послал верного слугу в лес, чтоб он на востоке закопал золотой лук, так, чтоб немного виден был, а на западе три золотых стрелы. Потом позвал сыновей и отправил их на охоту, послав Киуна (Солнце), Аи (Луна) и Юлдуса (звезда) на восток.

А сыновей Кука (небо), Тага (гора) и Чингиса (море) послал охотиться на запад. Трое старших сыновей с востока вернулись с богатой добычей и золотым луком, который они нашли, и младшие сыновья с запада также принесли обильно дичины и три золотых стрелы. Хан был доволен сыновьями и приказал им находки разделить про меж собой поровну.

Затем повернул войско на родную землю, проходя через покорённые города, в которых оставались его гарнизоны, и всех повёл домой. При этом, к побеждённым проявлял любовь и великодушие. Вернувшись, приказал заколоть 900 лошадей и 9000 овец, разбить великий шатёр, украшенный золотыми яблоками и каменьями, и принести в него 99 мехов с питьём, из которых 90 с кумысом, а 9 с горячим вином (Водкой, выгнанной из кумыса. А нам говорят, что водку в Россию из Европы завезли).

Пир был на всё державство, в шатре были все сыновья Огуса, вельможи и старшие офицеры. Сыновьям напомнил, как они сыскали лук и стрелы, зарытые в лесу при Шаме, и повелел старших сыновей звать Бюссюками, что значит «переломленный», а младших – Уч-Окками, что означает «три стрелы».

И сказал, что сие есть не слепой случай, но воля Бога, а по сему старший сын Киун назначен быть Великим Ханом по смерти Огуса, и лук означает власть ханскую. Стрелы же означают послов Хана, направленных из золотого лука державного. Быть до скончания рода во главе потомкам Бюссюков, а Уч-Окковым наследникам быть их подданными во веки.

Каждого отличившегося хан наградил городами и землями с подданными, а простых воинов одарил серебром, золотом и каменьями. Мирным людям на улицах выставили телеги с яствами и питьём, и все долго пировали и славили своего Хана.

Здесь, на мой взгляд, невозможно не заметить сходства между жизнеописаниями Огуз-Хана и Александра Македонского.

Гибель царства великих могуллов

Огус-Хан умер после 116 лет правления, и великим Ханом стал Киун, по завещанию. При его дворе остался старый мудрец из Джунгаров, который был советником. Он сказал Киун-Хану, что до тех пор будет процветать царство Огуса, пока они с братьями не ссорятся. Как только начнутся распри, потеряют они всё: и города, и провинции, и подданных, а главное – честь.

По совету старейшины, Киун собрал великий пир и позвал на него всех, кого только можно, чтоб на миру, не таясь, поровну поделить наследство между шестью братьями, у каждого из которых было по четыре сына. Всего на 24 доли. Да так, чтоб по справедливости, и всем поровну было.

Поставили великий синий шатёр с золотыми яблоками, доставшийся от отца, а вокруг – шесть белых палаток. Вкопали два дерева по 40 сажен вышины, а на вершины их поставлены были золотая и серебряная курицы. Бюссюки стреляли стрелами, несясь на конях во весь опор, по золотой курице, а Уч-Окки по серебряной. Тем, кто попал, Киун-Хан дал довольное вознаграждение. А потом был пир по обычаю предков, когда кололи 900 лошадей, 9000 овец, и выставляли 99 мехов с вином и кумысом. И наследство Огус-Хана публично поделили поровну. Но досталось не только 24 прямым наследникам, но и тем из детей, которые были рождены от наложниц.

Прямые наследники Огус-Хана:

1)    Сын Киун-Хан,

Внуки:
- Каги
- Боят
- Алкаадули
- Караюли

2)    Сын Аи-Хан,

Внуки:
- Ясир
- Яфир
- Додурга
- Дутар

3)    Сын Юлдус-Хан,

Внуки:
- Ушарб
- Качик
- Бегдали
- Каркин

4)    Сын Кун-Хан,

Внуки:
- Баендер
- Бачина
- Чаулдар
- Чебни

5)    Сын Таг-Хан,

Внуки:
- Салур
- Имар
-Алаюнчи
- Ушгар

6)    Сын Чингис-Хан,

Внуки:
- Игдер
- Буйдус
- Аува
- Каннек

Каждый из шести сыновей Огус-Хана имел по четыре незаконных сына, среди которых были: Юрачи, Турунко, Корчаик, Сверчик, Каскет, Кергиз, Такин, Мурда, Шуй.

70 лет славно царствовал Киун-Хан, а после смерти его сменил брат Аи-Хан, затем Юлдус-Хан (не брат, а тёзка, но того же дому). Затем наследство взял Менгли-Хан, умерший в глубокой старости, передав правление Тиньис-Хану.

Тиньяс-Хан в старости сложил с себя корону, чтобы предаться богослужению, и передал её сыну своему Илл-Хану. А Илл-Хан долго потом царствовал над могуллами.

Илл-Хан и Сиунч-Хан государствовали в одно время. Первый был из Рода Могуллова, второй  от породы Тартар-Хана. Оба постоянно воевали друг с другом, причём Сиунч вечно проигрывал. Тогда отправил он послов к сильному государю Хану Кергизскому, чтоб выступить против Илл-Хана общим войском.

Но Илл-Хан уведомился о сговоре и занял выгодную позицию. Неприятельское войско было во много крат больше, но так и не смогло выбить из укрытия воинов Илл-Хана. На следующий день всё повторилось, только соратники сделали вид, что побеждены, побросали оружие и поскакали прочь. Воины Илл-Хана воодушевились. Думая, что сейчас догонят и разобьют тартарцев и кергизцев, и устремились догонять отступающих, но там была засада. Войско могуллово было окружено и полностью порублено.

С тех пор государство могуллов перестало существовать.

]]>Будни тартарцев из провинции Монгул.]]>

Будни тартарцев из провинции Монгул.

 

Великие моголы. Восставшие из пепла

Когда Сиунч-Хан с войском ушли с поля боя, чудом спасшиеся младший сын Илл-Хана Каян и его ровесник, сын брата отца Нагос со своими жёнами, начали собирать то, что не унесли неприятели из платья и припасов. Собрали также разбежавшихся коней и верблюдов и отправились спасаться в горах. Долго переходили с горы на гору, пока не оказались у такой горы, где не было никакой возможности идти далее.

Отыскалась еле заметная тропа, называемая в Тартарии архарой (вероятно, отсюда произошло и современное русское название диких горных баранов - архаров). И пошли по ней. Тропа была так узка, что даже пешему человеку по ней было идти крайне затруднительно, постоянно рискуя сорваться в глубокую пропасть. Так поднялись они на гору и той же архарой спустились в благодатную долину, окружённую со всех сторон неприступными скалам.

Убежище оказалось удивительно хорошо. Обширная долина, отрезанная от остального мира, изобиловала чистыми ручьями и множеством сладких фруктов, благоухала цветами, и стала настоящим ковчегом спасения для беглецов, счастливых от наступивших покоя и безмятежности.

Зимой они кормились мясом, а летом молоком и фруктами. Этому месту они дали название Иргана-Кон. На старинном языке могуллов Иргана значит «долина», а Кон – «каменная высота».

Долина Иргана-Кон в своё время была предметом пристального изучения Петра Семёнова-Тян-Шанского. Она находится в горной стране, образуемой хребтами Саянским, Алтайским, Эргик-Таргак-Тайга и Танну-Ола, на территории современного Красноярского края.

Прошли многия лета, и население Иргана-Кон увеличилось во много раз. Потомство Каяна было вельми многолюдно, и носило прозвание Каяф. Потомков Нагоса было меньше, и одну часть их назвали Нагослер, а другую Дурлаган.

Каян (быстрый источник, падающий с каменной вершины) взял себе имя отца, чтобы потомки Илл-Хана были плотны и сильны. Каян и Нагос прожили в Ирган-Коне больше четырёхсот лет. И вот однажды стало тесно им в маленькой долине. Собрали общий совет и решили выбираться из гор на родину предков, туда, где просторы широкие и степи бескрайние.

Только архары, по которой они в Ирган-Кон пришли, больше не существовало. Тогда один кузнец сказал, что то место, от которого он берёт железо, очень узкое, и можно попробовать растопить его и через растаявший проход выйти на свободу.

Всем населением носили к железной стене дрова и угли. Потом поставили 70 кузнечных мехов и разожгли огонь. Начали меха раздувать и проплавили в стене проход наружу, по которому спокойно верблюд с вьюком проходит. С тех пор каждое лето в один и тот же день народ могулов, спасшийся из каменного плена, празднует своё избавление. Разжигают костры, а в горн кладут кусок железа. А когда он начинает таять, вождь первым ударяет по нему молотом. Вслед за ним по железу бьют все главные в своих родах, а потом знатные офицеры. А затем и простой народ получает право бить молотом по разгоревшемуся железу.

В то время правил Хан из рода Курлассов, потомства Каянова, именем Бертечена. Сразу по выходе из каменного мешка послал ко всем народам послов с вестью о том, что все желающие, кто помнит своё родство с Могуллами, может добровольно придти в его подданство, чтоб возродить царство Могуллов. Тех же, кто откажутся, он поклялся порубить.

Однако потомки Тартар-Хана быстро вооружились и пошли против Бертечен-Хана. Но Бертечен уведомился о предстоящем нападении и приготовился. Войско неприятеля разгромил и воинов всех порубил. Эта битва произошла ровно в лето 450-е после того, как погибло имя Могуллское. И хотя потомков Тартар-Хана было в разы больше, Бертечен-Хан одержал неслыханную победу, чем заслужил уважение среди Аймаков (соседних племён), и те, видя его ум, власть и силу, добровольно начали переходить в его подданство.

Некий Ходжа-Рашид из города Качвик в своих писаниях утверждает, что потомок Таулай-Хана из Рода Чингисова, бывший самодержателем Земли Иранской, первым из владетелей земель Могуллских принял закон истинный магометанский:

«Слава Богу! Закон магометанский утвердился у нас с того времени, как прадед мой прибыл из Могуллских земель править здешними провинциями, и прошло две или три породы. Того ради надобно повелеть сочинить книгу фамилии, законов и обычаев наших могуллцев для известия потомкам. И понеже мне невозможно трудиться самому в том, а при том нет у меня никого, кроме тебя искуснага, который бы мог сие дело исправить; для того я тебе дам все книги в руки, которыя имею о сей материи. Но что они писаны могуллским языком; то я тебе в помощь придам одного из придворных моих господ именем Фулата, а прозванием Чабиксанга, который разумеет совершенно сей  язык, дабы ты успешно мог трудиться в сем деле. Ходжа-Рашид, исполняя повеление своего государя совершил сию книгу в 702 лето, и назвал ея Джамаставарег. Из сея то книги, и из 17 других я Абулгачи баядур-Хан взял содержания настоящия сия моея книги, которую начал я писать 372 лета спустя после Ходжа Рашида. Правда, что в расстоянии сих времён было много писателей, которые хотели в сем потрудиться. Но как они не знали различных языков, в которых им для сея дела нужда была, то много погрешений учинили, и почти все роды смешали. Я будучи принуждён для некоторых причин жить целый год в земле Колмакской, имел случай научиться могуллскаму языку.»

Как видно из дословной цитаты, современные проблемы исторической науки ничуть не отличаются от тех, которые имелись в далёком прошлом. Поражает упоминание огромного количества письменных источников на могуллском языке, которые существовали в прошлом, но не дошли до нас даже в списках.

Ныне пять Аймаков, или поколений, производят своё имя от Огус-Хана. Уйгурское произошло от потомков Могулл-Хана, а другие называются так:

- Канкли – живут на реках Иссык Куль и Талаш (Талас)
- Кипчак – живут на реках Тина (Дон), Ателла (Кубань), и Яиджик (Урал)
- Калл-Ач – живут среди туркменцев, в Земле Ма-Уреннерской, и в провинции Хорасан
- Карлик – всегда жили  в горах Могуллских (Саяны).

Карлики всегда выбирали ханов из своего поколения, и было их 20000 фамилий. Но Чингис-Хан отправил к карликам своего посла Коплай-Нояна, чтобы склонить под свою державу. Тогда правитель карликов Арслан-Хан решил отправить Чингису прекрасную девицу и подарков с нею, чтобы заручиться справедливым отношением к своему народу со стороны Чингис-Хана и тогда уже принять его подданство.

В Могуллской земле находятся две гряды гор очень высоких, которые идут с востока на запад. Между этими грядами лежит прямая Могуллская земля, а за нею на западе есть гора Кутт. Между этими тремя камнями жили прежде уйгуры. В этом месте с одной стороны 10 рек, с другой 9. Одно поколение, что жило на 10 реках, прозывалось Унами, а другое, на девяти реках, – Токосами. Оба поколения имели большое число городов и деревень, а ханов не имели. И когда начались распри меж соседями, выбрали двух царей.

Иль-Иттар царствовал над Ун-Уйгурами, а Иль-Иригин над Токос-Уйгурами. Через сто лет оба поколения объединились и имели над собой царя Иди-Кута. Иди значит «пришедший», а кут – «Святой дух». («иди» можно было не переводить, а Иа-куты есть индейцы северной Америки, и наши родные Якуты. Так же дело обстоит и с Иркутом).

Две тысячи лет жили они в покое, а потом разъединились, и одна часть осталась там, где была, а другая ушла на Иртыш-реку. Сии так же разделились на три части. Одни пошли в Бишбалык (известно только, что он находился к северу от Турфана, и вероятно, это Алтай. Бишбалык означает «пять рыб») и питались хлебопашеством.

Вторые рассыпались вокруг того места и питались скотом. А третьи остались на Иртыше и кормились рыбой и диким зверем. А одевались в шкуры звериные.

Уйгуры имели много славных учёных. А особо ценились уйгурские писцы. Они служили и у Чингис-Хана, и у сына его, Угадай-Хана.

Чингис-Хан отправил посла к Такринам, над которыми Бугаи-Чинан-Хан правил, и предложил войти в подданство. Бугаи-Чинан-Хан в ответ послал свою красавицу дочь и много подарков. Чингис-Хан подарки принял и красавицу сделал любимой женой. А когда умер, то его сын Угадай-Хан взял её себе в жёны. И любил её больше всех своих других жён.

Поколение кергизов изначально не многолюдно было, и потому, что владели они землями весёлыми с множеством рек, богатых рыбой, и плодоносными полями, многие народы, в том числе могуллы, совокуплялись с ними, что умножило число их фамилий.

Во время Чингис-Хана кергизы имели владельца по имени Русс-Иналла, к которому Чингис-Хан послал двух послов: Алтая и Тарамиша, - чтоб склонить под свою державу. Русс-Иналл предложение принял, и отправил к Великому Хану своего офицера с птицей Шунгар в подарок, у которой только ноги, глаза и нос красные, а вся она белая. Русс звал птицу кречетом.

Есть два города именем Кам-Камчут неподалёку один от другого между реками Селенга и Ирак-Муран (Орхон).

Кроме сих есть другие два города с именем Апручир. Там одно особливое поколение, называемое Ур-Манкатт, потому что живут они в местах отдалённых, в густых лесах. Там же есть ещё одно поколение, которое такой же род жития имеют, но пошли они от рода Огус-Хана, внука Могулл-Хана.

]]>Праздник в тартарской деревне]]>

Праздник в тартарской деревне

Поколение Тартар есть наидревнейшее и наиславнейшее среди всех потомков Турка. Состояло больше, чем из 70000 фамилий. Главная линия тартар пошла жить в страну Биурнавер, на границе с Катаем.

Другая линия тартар ушли на берега реки Икар, или Икран-Муран. Сия река идёт по граница кергизов, вбирая в себя многие реки, и, став вельми полноводной, впадает в горькое море Азох (судя по всему, речь идёт о Кубани и Азовском море). Близко от устья реки Икар стоит великий город Алагчин (Сорока), который владеет малыми городами вокруг.

Сорока, потому что лошади там похожи на сорок, такие пегие (пятнистые) и высокие. Настолько, что молодой жеребец так же велик, как трёхлетняя лошадь. В округе Алагчина множество руд серебряных. А у жителей посуды разной из серебра и золота бесчисленное множество.

Серебро на самом деле добывали ранее на территории нынешней Адыгеи, а на северном Кавказе было обнаружено множество археологических находок с изображением пятнистых лошадей. Поэтому можно смело предположить, что кубанские казаки, которых до конца девятнадцатого века называли черкесскими татарами, - это прямые потомки тартарского поколения, ушедшего из Сибири на запад. Название реки Икар, они, скорее всего, принесли с собой в память об одном из притоков реки Тартар, которая существует и сегодня, и впадает в Колыму ниже слияния её с Омолоном.

Скоро после смерти Чингис-Хана любимая жена Гаулаи-Хана Сурхохтны-Беги, послала по морю знатных офицеров для осведомления той земли. Не скоро возвратились офицеры, и только 300 человек, остальные 700 в дороге умерли. Рассказали, что всё, что известно о землях Алагчина за морем, всё правда. И воевать с теми нет никакой возможности. А все подводы, гружённые серебром и золотом, они бросили по пути домой, потому что мор на них напал, потому что в землях Алагчина климат и воздух дрянной, от которого все непривычные нездоровят и умирают.

Надобно мимоходом заметить, что Турки называют реки Саи, а Таджики малые реки – Рут, а большие – Рут-Канна. Арапы реки зовут Увадами, а могуллы – Муранами.

В земле Могуллской на востоке есть восемь рек, которые впали в большую реку Икар. Их общее название – Секир-Муран, что значит «Восемь рек»:

- Кон-Муран,
- Он-Муран,
- Кара-Уссун,
- Себикан,
- Икран-Муран,
- Акар-Муран,
- Чатан-Муран,
- Ходжа-Муран.

У Кубани на самом деле восемь основных притоков: Афипс, Псекупс, Белая, Лаба, Пшиш, Мара, Джегута и Горькая.

У тех рек прежде жили Уйраты. Во времена Чингис-Хана они имели владельца по имени Тоха-Беги-Хан. У него были два сына: Иналчи и Тауранчи. Хан с сыновьями долго воевали против Чингис-Хана, но в конце концов были побеждены.

Поколение Ниаманнов есть весьма древнее и богатое, но от кого оно пошло ныне не ведомо. Первым из известных владельцев Наиманнов явился Каркит-Хан, а его преемником был сын его Абеят.

]]>Гуляй-Поле. Передвижной тартарский город-крепость]]>

Гуляй-Поле. Передвижной тартарский город-крепость

В царствование Чингис-Хана державствовал у них некий Таян-Хан, у которого был сын Кутлук. Они в земле жили Могуллской, называемой Кара-Кум, что значит "чёрный песок", и не имели обыкновения, чтобы землю пахать. Слово Кара-Ит значит "смуглый" и понеже (потому, что, ибо, так как) был один муж, имевший семь сынов смуглых. От того род их прозван Караитами (мать Петра Первого была из рода Караимов). Сие поколение было старое, богатое, жило в соседстве с Наиманнами.

Один из владельцев их прозывался Маргус-Илли-Хан, имевший двух сыновей. Старший – Корзакур, по прозвищу Тай-Релл, унаследовал державу отца.

Тартарские ханы построили длинную стену с двумя железными воротами, одни для прохода купцов, другие для простых людей. Сия стена называется Сет, что значит с арапского языка «крепость». А старым турецким языком она прозвана «Турк-Урга». По китайски же называется «Унгу».

Сия стена призвана отделить народ, называемый Жаджучмаджут, дабы они не могли разорять владения в округе. У тартар есть предания о том, что люди сего рода имели собачьи рыла. И они, чтоб сделать проход в стене, лизали его аки псы, но ничего у них пока не вышло. Однако накануне судного дня они ту стену пролижут, и учинят много зла в свете.

]]>Верблюды над блокгаузом (полевым укреплением с бойницами) - часть тартарской стены]]>

Верблюды над блокгаузом (полевым укреплением с бойницами) - часть тартарской стены

Судя по всему, пришло время вернуть "великой китайской стене" её историческое название - Тартарская. Фотограф, сделавший этот снимок в конце девятнадцатого века, об этом определённо знал.

Царь Нав-Ширван также построил такую стену от георгиевских гор до Чёрного моря, и нанял армию турков, чтобы охранять её. И ворота железные поставил в Дербенте, через которые открывался путь в Иран.

Турки, которые охраняли стену, многие лета служили за большие деньги и их прозвали Унгуттами, что значит по-могульски «Богатые люди». Во времена Чингис-Хана поколение насчитывало 4000 фамилии, и владел ими принц по имени Алакус. Именно он открыл железные ворота войску Чингиса и помог ему в завоевании Катайских ханов. Империя их была поделена на две части, одну из которых назвали Кара-Китай.

Однажды жители Кара-Китая взбунтовались против своего правителя и многие ушли к кергизам, но те их обобрали. Тогда они пошли в землю Аттилл, где было много пахотных угодий. Там построили себе город и жили паханием земли. Да так, что вскоре их стало более 40000 фамилий.

В то же время правитель Джурджутов разорил Кара-Китай, а державец Кара-Китая Нузи-Таигир-Или, который был человеком великого достоинства, был принуждён удалиться к кергизам, а от них в лето 573 - в город Имилл.

Два лета спустя Иллик-Хан, правитель Камбалу, отправил посла в Имилл, чтоб просить помощи от Нузи-Таигир-Или от притеснявших его людей поколения Канкли. А взамен обещал отдать за это свой город. Нузи-Тагир-Или принял сие приглашение и стал ханом Камбалу, взявши имя Кавер-Хан. Затем он завоевал Андижан, Ташкент, и Туркестан. Только Самаркант не стал брать, потому что жители обещали платить ему высокую дань.

Вернувшись, послал одного из своих генералов по имени Ариса в город Ургенс. Тот взял Ургенс и принудил платить тамошнего Вагиш-Хана платить в казну Кавер-Хана каждое лето по 20000 золотых динаров до самой смерти.

По смерти Вагиш-Хана сын его Султан Магомет решил не платить более дани и пошёл с войском на Камбалу, и хотя его земля простиралась до земель Румских (вероятно речь идёт об Урале, который когда-то называли ещё и Рымником. Именно за победу над войском Емельяна Пугачёва на Урале А.В. Суворов получил приставку Рымникский к своей фамилии) был разбит, и бежал в землю поколения Канкли. И находился там до тех пор, пока не нашёл способ сотворить новые договоры с Кавер-Ханом.

Неизвестно, от какого поколения пошли Туркаки. Но со старого турецкого языка, "туркак" означает "караульный". У них было заведено так, что половина караульных ночью спит, а половина ходит в карауле и бьёт во что-то звонкое, дабы все слышали, что он бодрствует. С тех пор по всей Тартарии ночные сторожа ходят с досками и каждые полчаса громко стучат в них, показывая, что бдят, а заодно оповещая, который час.

Это всё было сказано о поколениях, шедших от Каяна и Нагоса. Теперь о других поколениях Могуллов.

Раньше было сказано о том, как Тартар-Хан победил Илл-Хана, и после чего сын его Каян со своим племянником Нагосом ушли в горы, где потомки Каяна прозвались Каятами, а Нагоса – Дурлеганами и Нагослерами, через что они помалу потеряли свои имена.

Некая жена из поколения Каяна родила вдруг трёх сынов, не имея никакого совокупления ни с одним из мужей. От сих сынов произошло великое поколение, названное Нирха, что значит «чистая фамилия». В память того, что основатели фамилии рождены без совокупления.

Кабул-Хан, прадед Чингис-Хана, имел шестерых сынов, которые были великими воинами, от чего всех их прозвали Каят. Старший из шести братьев назывался Бортан-Хан и имел сына Иессуги-Баядур, у которого была красная полоска между белком  и зрачком в глазе. Из-за этого его потомков прозвали Борчуган-Каят. Иессуги-Баядур-Хан был отцом Чингис-Хана.

Поколение Маркетов, которым правил Тохтабеги, во все времена воевало с Чингис-Ханом. Однажды в его отсутствие вторглись и забрали всех его жён, а так же всё, что смогли унести. А однажды Чингис-Хан, прогуливаясь на лошади, попался в полон к Тохтабеги, который прятался в засаде. Но его подданные выкупили Чингис-Хана за великие деньги.

Некоторый человек из рода Каяна имел трёх сыновей: Чурлук-Мергена, Кабайшира, и Бучджюдая. Однажды старший брат Чурлук-Мерген побранился с Кабайширой и решили они стрелять из луков верхом на конях. Как начали они съезжаться, Кабайшира предался страху великому и пригнулся к боку коня, только лук навстречу выставил. Чурлук-Мерген страшно опечалился этому, но решил наказать брата и выстрелил так, что только серьгу из уха Кабайшира отстрелил.

И сделал это столь искусно, что не только ухо не повредил, но и кольцо, на котором серьга висела, осталось в ухе.

Чурлук-Мерген имел потом сына Кункурата, от которого пошло поколение Кункуратов.

Кабайшира имел двух сыновей - Анкарага и Аллакнута. От них пошли поколения Анкарагов и Аллакнутов. Мать Чингис-Хана с именем Улун, которую прозывали Улун-Ига, а иногда Улун Кучин, произошла от поколения Аллакнутов.

Бучджюдай так же имел двух сынов. Большой назывался Каранут, а меньшому было имя Конахлот, который имел одного сына именем Меичир-Или. И сей имел двух сынов. Большой – Курлак, и меньшой - Илчигян. От сих сынов пошли поколения Курлассов, и Илчиганнов.

Поколение Умма-Утов, называлось прежде Урма-Утами. Некий человек из Умма-Утов имел трёх сынов. Большой Куннахмар, от которого пошло поколение Куннахмаров. По смерти Иессуги-Баядур-Хана, отца Чингис-Хана, один знатный человек из поколения Куннахмаров, именем Менглик-Ичка женился на вдове Улун-Ига. Когда Чингис-Хану было 13 лет, караитский хан пытался уговориться с его отчимом, чтоб умертвить мальчика и всё его владение поделить поровну, но отчим был добропорядочного нрава  и заговор пресёк. Видя такую верность от отчима, Чингис-Хан проникся к нему великой любовью и всегда держал его подле себя.

Позднее, правитель Караитов Аунек-Хан пытался вновь сотворить заговор против Чингис-Хана, но снова был изобличён, потому, как договориться хотел с братьями Чингиса, но и они не предали родную кровь Могуллов, за что Чингис-Хан пожаловал им титул Таркунов, который освобождал их и их потомков в девятом колене от всех податей.

Уишунская, так же как и Сулдусская, ветвь рода Могуллов была от потомства Каянова. Хан Бичин-Каян, имевший пять сынов, объявил, что наследником станет младший из них Кипчи-Мерген, как самый разумный. Старшие братья прогневались о решении отца и не согласились, да так, что покинули свой род.

И как на языке могуллов число четыре говорится «Дурманн», так и потомков тех четырёх братьев прозвали Дурманнами. Некий человек из рода Дурманов имел трёх сынов, старший из которых Бариен, положил основу рода Бариенов.

Третий сын не имел законных детей, но одна из наложниц понесла от него, и хотя жена била её по брюху кулаками, в полночь благополучно родила мальчика. Завернула в лоскут овечьей шкуры и отнесла в кусты. А утром отец мальчика проезжал мимо на коне, услышал детский плач и нашёл младенца. По лоскуту знакомому опознал, чей он, и отдал матери на кормление. Имя мальчику дали Сукут, что по-могуллски значит «маленькие деревья».

Поколения Курла-Утов, Буркутов и Конкраттов жили совокупно и происходили от могуллов. Оклиены так же произошли от могуллов, но неизвестно, от какой породы. Джойгереты и Аджереты произошли от поколения Аллакнутов. Баиоты разделяются на разные линии, самые знатные – Садаггин-Баиоты и Макрим-Баиоты, жили в соседстве с Уиратами, жившими у рек Садагина и Макрима. Начало имеют от Дурлеганов, потомков Нагоса.

Поколение Джалагиров очень древнее и великим числом в разных землях жившее. Особо много их было в земле могуллской, до 70 провинций, которые они называли Курены. Но когда китайские ханы на них войной пошли, все объединились в одном месте. Только всё равно катайцы их порубили, много в полон увели. Оставшиеся ушли в земли Каиду-Хана. А Каиду в то время был в чужой земле, куда уехал за невестой. Оставшиеся его восемь братьев, находились в своём отечестве. И вот однажды поехали они в поле, на котором воинскому искусству на конях обучались, а там чужие люди коренья выкапывают и едят их. Всё поле испортили.

Братья спросили их, почто их поле испорчено, а те накинулись да и убили всех восьмерых братьев и много другого люду. Возвернулся Каиду-Хан в отечество, и сильно осерчал на Джалагиров. Послал посла выяснить, зачем же те его братьев и людей побили. Джалагиры сильно испужались и послали хану всех зачинщиков со своими семья и подарков премного со словами, мол пусть Хан сам решает, что с ними делать.

Каиду-Хан принял дары, взял виновников и предложил им служить рабами, на что те с великой радостью согласились. И были преданны своему Хану аки псы. И потомки их до четвёртого колена верно служили при дворе Каиду.

Каян и Нагос жили в земле, называемой Иргана-Кон, а их потомки размножились на множество линий. В линии Курласовой был человек по имени Бертечене, а его сын Кав-Идилл наследовал владения Бертечене-Хана. Следом правил Бачин-Хан, потом Кипчи-Мерген и дальние их потомки, Белгают и Бугнат, будучи мальчиками, стали единственными наследниками по смерти батюшки своего Деюн-Баяна. А попечительствовала над ними матушка их Аланку, которая не пожелала выходить замуж за иных совершеннолетних наследников Юлдус-Хана из линии Курласовой.

]]>Дворец Великого Хана Тартарии]]>

Дворец Великого Хана Тартарии

Однажды спала она до самой зари и, пробуждаясь, видела, как нечто светлое, как Солнце, упало сверху в её комнату и приблизилось к ней в образе человека, имеющего померанцевый цвет, у которого были глаза особой красоты. Женщина онемела и обездвижилась. Находясь в сознании и при ясном уме, ничего не могла сделать, даже пальцем пошевелить. А дух тот лёг с нею рядом, полежал, да и растворился.

И настолько это событие было баснословным, что мудрая женщина никому о нём решила не говорить. Дух тот приходил ещё не раз, после чего перестал, а женщина заметила, что она очреватела. Тогда пришлось ей всё рассказать, и ей поверили, потому как день и ночь подле ней находилась неусыпная стража, и воины никого не видели.

В положенный срок родила Аланку троих сынов. Первый был назван Бокум-Катагун, от которого пошла линия Катагунова, второй Бочкин-Чалчи, от которого пошла линия Чалчутов, третий назван Бундеджир-Магог, который государствовал после над всеми Могуллами и от которого пошла фамилия Чингис-Хана.

Потомки от тех трёх Княжичей звались Нерон (Римский император?!). Магог имел двоих сыновей. Старшего звали Туму, а младший – Тоха, получил престол и после него правил сын его Дутумин. У Дутумина было девять сынов, но Джалагиры убили восьмерых, и остался один, о котором писано выше – Кайду-Хан.

От одного из сыновей Кайду-Хана произошла многочисленная фамилия Ченассов, потому что было у них прозвище Чена.

Старший сын Кайду-Хана, который правил после отца, завоевал многие города и провинции и оставил их в наследство сыну Тумене (Тюмень?)

Тумене был таким сильным, что покорил всю фамилию Неронову, и подданные его были в цветущем состоянии.

У Тумене было девять сынов, среди которых близнецы Кабулл и Качули. Кабулл был прадедом Чингис-Хана, а Качули имел сына Иедемчи-Бурласса, потомком которого является Тамурбек-Хан (Тамерлан).

 

Житие Чингизхана

]]>]]>

Чингис-Хан родился в земле Блун-Юлдук в лето 559-е по могуллскому календарю, в год свиньи (по могуллски – Тонгус), что есть лето 1162-е от воплощения Бога Слова.

Когда Чингис вышел из материнского чрева, то держал в руке сгусток крови, о чём бабка тут же рассказала отцу. Тот собрал своих офицеров, и один из них сказал, что сей знак утверждает, что быть мальчику великим полководцем, и покорятся ему многие земли. Отец нарёк мальчика Тамучином, но когда был он объявлен Ханом, то назвался Чингис, что с могуллского языка значит "море".

]]>хан]]>

Родословная Там–у–чина

- Чингис-Хан
- Иессуги-Баядур-Хан (Иессуги – Iessuhi. Почти как Йешуа, или Иисус.)
- Бортан-Хан
- Кабулл-Хан
- Тумене-Хан
- Бассикар-Хан
- Дутумин-Хан

Тут необходимо заметить, что могуллы имеют обычай считать родословную не от основателя, а напротив, и не старше седьмого колена. Но продолжим родословие Чингис-Хана.

- Тоха-Хан
- Буденджир-Магог, который родился от вдовы Аланку – внучки Юлдус-Хана
-  Отец Аланку, сын Юлдуса, имени которого никто не ведает
- Юлдус-Хан
- Менги Ходжа-Хан
- Темираш-Хан
- Каймачу-Хан
- Симчаучи-Хан
- Букбенду-Хан
- Мекоачин Борелл-Хан
- Кипчи-Мерген-Хан
- Кав-Идилл-Хан
- Бертезене-Хан

Между царствованием Бертезене-Хана и бегством Каяна в Иргана-Кон есть пресечение родословия на 450 лет, которые могуллы жили между горами Иргана-Конскими. Имена князей ныне неизвестны, однако все они были могуллскими. Далее:

- Каян (В историю он вошёл без ханского титула, вероятно потому, что официально не был им наделён, однако по факту он являлся Ханом.)
- Илл-Хан
- Тиниис-Хан
- Менгли-Хан
- Юлдус-Хан
- Ай-Хан
- Огус-Хан
- Кара-Хан
- Мунгал-Хан
- Аленча-Хан
- Каюк-Хан
- Диббакуи-Хан
- Иелче-Хан
- Таунак-Хан
- Турк
- Иафис (Иафет – Юпитер)
- Нуи (Ной)
- Чамех
- Матушлаг
- Идрис
- Берди
- Мелагил
- Шинан
- Анус
- Шисс
- АДАМ, по прозванию Сафи Юла.

Когда умер Иессуги-Баядур-Хан, Чингис-Хану было тринадцать лет. По законам могуллов, все подданные обязаны платить Хану ежегодную десятину, а таковых было до 40000 фамилий, происходящих только из одного рода. Кроме того, десятину платили многие соседние поколения.

Но поскольку Чингис-Хан был слишком молод, то некоторые подданные соседние поколения решили дань не платить. Только одна треть осталась верна Чингис-Хану, а две трети отдалились. Вот эти поколения:

- Бурганай-Карилтук
- Катагуны
- Чилчуты
- Джогереты
- Мироны
- Маркетты

Одних раньше, а которых позже, Чингис-Хан разным образом привёл в подданство.

Мать Чингис-Хана Улун по прозвищу Ига, что на могуллском языке значит "Великая" (Вот и разгадка «монгольского ига». Ига могулл – значит «Великие Моголы»). Имела она и другие прозвища. На катайском языке Кау-Чин, что значит "престарелая женщина", на тадикском - престарелая женщина (Тадиками в летописи названы таджики, вне всяких сомнений) – Бану, по усбекски – Байбиза, и всё это значит Управительница.

Она произошла породою из поколения Аллакнутов и была безмерно разумна. После смерти отца Чингис-Хана, её взял в жёны Менглик-Ичка из поколения Кунахмаров.

Далее автор летописи делает пространное отступление, в котором упоминает, что его слова у постели записывают четыре писца, и он боится, что не закончит труд до своей кончины, поэтому будет излагать далее всё как можно более кратко. Обращает внимание на себя тот факт, что он не использует труды более ранних летописцев, хотя и упоминает о существовании множества письменных источников, а диктует весь этот гигантский объём информации по памяти!

Когда Бурганай-Карилтук отвёл Тайзеутов, Неронов и другие упомянутые поколения от подданства природного Государя, тогда у него осталось мало фамилий. Чингис-Хан всячески пытался мирно предотвратить это зло, но в свои полные с небольшим 13 лет, пришлось выступить с дружиной и учинить кровавую битву, но понеже силы были равные, одолеть бунтовщиков не удалось.

В лето, называемое Барс, или Тигр, некий человек из поколений бунтовщиков уведомил Хана о том, что бунтовщики все объединились, чтобы нечаянно напасть на него.

Тогда Чингис-Хан, ставший уже отменным воином и командиром, собрал войско в 30000 от 13 поколений, которые были верны ему в подданничестве. Вывел их в поле, где поставил лагерь с пожитками, и сам расставил войска по местам.

Неприятель подошёл с войском в 5-6 тысяч и был на голову разгромлен. Чингис повелел поставить семьдесят больших котлов с водой и развести огонь под ними. Когда вода в котлах бить белым ключом начала, всех знатных зачинщиков опустили в котлы вниз головой и заживо сварили.

Затем Чингис-Хан пошёл в стан неприятеля, разорил там всё, и взял всё добро и много пленных, таким образом увеличив войско своё на великое количество воинов.

Был некоторый человек из поколения Цоигеретов, по имени Чамука-Чичен. На языке Могуллов, Чичен означает  «человек красноречивый». Сей человек прибыл к Сунгуну, большему сыну Аунек-Хана караитского, и говорит: «Вы тут с отцом думаете, что Чингис-Хан друг вам, а я могу вас уверить, что он послал просить Таян-Хана Наиманского и Байрак-Хана, чтобы совокупно начать войну против вас.

]]>великий хан, хам]]>

Аунек-Хан решил, что сии ведомости не надлежит совершенно презирать, но верить тому, что предложил Чамука-Чичен никак не возможно, ибо Чингис-Хан за много лет не раз доказал свою дружбу делами. Однако же решил быть готовым ко всему. В то же время припомнил сыну своему те великие благодеяния, которыми он одолжен двору Чингис-Хана от того времени, как он воевал против своих братьев. Ибо надлежит ведать, что Маргус, принц караитский оставил по смерти двух сынов, из которых больший прозывался Корзакур, а младший Кавер.

Сии братья договор имели, чтоб разделить наследство отца своего. Корзакур имел пять сынов:

- Аунек, или Таирелл,
- Якакаре,
- Байтимут,
- Нумиссай,
- Зукамбу.

Все они были смелые и храбрости необычайной. По смерти отца своего рассорились из-за наследства. Старший сын Аунек, совокупившись с прочими братьями против Якакаре, вынудили его бежать в земли Найманнов. А те своей помощью его в такую силу привели, что пошёл он на Аунека и прогнал его. Тот убежал к отцу Чингис-Хана. Собрал там войско, вернулся и прогнал опять Якакаре, который убежал к дяде своему Кавер-Хану.

Конец войнам положил Иессуги-Баядур-Хан. Никакого прибытку себе не поимев, окромя славы, восстановил мир на землях Маргуса Караитского и поставил княжить Аунека. Так Аунек поимел великое благопочтение к роду Чингис-Ханову.

Теперь, после получения ведомостей от Чамуки-Чичена, было решено Выманить Чингис-Хана предложением скрепить союз, через посредство брака сына его Чучи с дочерью Аунек-Хановой. Но опасаясь того, что, явившись своею особую ко двору Чингиса, Аунек будет умерщвлён без промедления, отправили с посольством самого верного офицера Букадай-Канзата, чтобы он упомянутое предложил Чингис-Хану.

Тот принял посла очень благосклонно, и, не ведая о ложном уведомлении Чамуки-Чичена, отправился в сопровождении двоих офицеров ко двору Аунек-Хана. В пути его встретился с отчимом своим Менглик-Ичкою и уведомился о злых намерениях Аунек-Хана. Немедля вернулся, обильно одарил упомянутого посла и передал с ним своё приглашение почтить свои прибытием Аунек-Хана собственной особою, чтобы равное воздать учтивство. Но понеже скотина сейчас так худа, что ему не чем достойно угостить дорогого гостя, то просит отложить посещение до тех пор, пока скотина бока не нагуляет.

Пять или шесть дней спустя после отбытия посла к Чингис-Хану пришли некто Баду и брат его Кишлик, потребовав говорить с ними наедине. И рассказали, что когда пасли лошадей одного из первых офицеров при дворе Аунек-Хана, подслушали разговор офицера с женой, из которого явствовало, что их Хан решил внезапно поутру напасть на Чингис-Хана.

Услышав сие, Чингис-Хан немедля послал Указы ближайшим своим офицерам, чтобы прибыли вскоре, отослав женщин, стариков, детей и скот в отдалённое мест Балчуна-Балак.

Сам же с дружиною в 2500 человек (всё, что удалось собрать за такой короткий срок) выступил в поле, и приказал воинам держать лошадей под уздцы, ожидая приказа в любой миг начать действовать.

Аунек-Хан Караитский приближался на восходе Солнца, имея 12000 воинов. Тогда Чингис-Хан по совету одного из своих советников по имени Коюлдар Чичена разделил войско на две части, и с одной частью спрятался в укромном месте, а другая часть храбро ожидала неприятеля в поле.

Когда передовой отряд Аунека миновал засаду и встретился с воинами в поле, началась битва. Воины Чингис-Хана ударили одновременно с двух сторон, окружив и полностью истребив передовой отряд. Аунек-Хан, видя что его воины терпят поражение, кинулся на подмогу вместе с сыном своим Сунгуном. Но не помогло им большее число воинов, и все были разбиты. Кто сумел выжить, в страхе разбежались. Сын же Аунека Сунгун тяжко пострадал от удара копьём в лицо.

Чингис-Хан имел радость великую от того, что таким малым числом воинов удалось разгромить с небольшими потерями большой отряд. Но армия Аунека была на подходе, и Хан заблагорассудил отойти прочь, и отправился прямо в Балчуну-Балаку, куда отправил загодя женщин, детей и стариков со скарбом и скотиною. Но пришедши на место, принуждён был съехать оттуда из-за нехватки воды и пойти к реке «Калассуи», где землями владело поколение Конкуратов, имевшее над собой владыку Турк-Илли, сородича Чингиса.

Чингис же послал одного своего офицера к Турк-Илли с просьбой о встрече и ведомостью о том, что ежели готов он продолжить дружбу, то пусть подчинится, а ежели воспротивится, то будет разгромлен. Услышал это Турк-Илли и рассудил, что надобно покориться Чингис-Хану и присовокупиться с его силой. Присовокупились всем поколением и вместе пошли оттуда на реку Коллануаеру.

Потом Чингис-Хан послал человека из поколения Бадургинов по имени Аркаизун-Бай-Баядур к Аунек-Хану Караитскому с сим выговором о том, что коль великую он показал неблагодарность, то надобно не забывать, что он с сыном своим Сунгуном как две оглобли одной телеги. Одна сломается, обе станут бесполезны.

А потом Чингис-Хан со всем своим войском пошёл на Аунек-Хана с Сунгуном, которые сами уже выступили против. Была битва кровавая, но счастье было на стороне Чингиса. Аунек с Сунгуном вынуждены были спасаться бегством, оставив все свои земли и всех своих подданных. Побежали к Таян-Хану Наиманскому, но на дороге попал в руки двух мурз, Куримазу и Тамика. Те, узнав о предательстве Аунека, всех людьей ханских перебили, ободрав с них всё, что имелось, а Аунеку голову отрезали и привезли Хану своему Таяну. Тот осерчал, сказал, что у такого знатного человека лучше дворовым служить, чем убить его.

Повелел запечатать голову Аунек-Хана в серебро, и укрепить на спинке его трона, так, чтоб лицо в обратную сторону смотрело. Говорят, что трижды после из серебряной маски язык вываливался и сказать что-то пытался, а изо рта что-то выпадало. Считается, что то знамения были.

Сунгун же, сын Аунек-Ханов, прознав о том, что с его отцом учинили, убежал в город Хатеен, которым владел некий вельможа из поколения Каллач, именем Кализогара, а тот вместо того, чтоб приютить его, умерщвил и послал голову его вместе с его женой и детьми к Чингис-Хану.

После этого случая все большие соседние поколения поддались Чингис-Хану. А те, которые посчитали, что могут противиться, не хотели поддаться. И вот в лето 599 по могуллскому летосчислению, назыаемое Тонгус, т.е. свинья (в лето 1202-е от воплощения Бога Слова), Чингис-Хану минуло 40 лет. Все могуллские поколения признали его своим Великим Ханом в земле Науманкура.

]]>Коронация Чингизхана. Миниатюра из книги Марко Поло.]]>

Коронация Чингизхана. Миниатюра из книги Марко Поло.

По сему случаю учинил Чингис-Хан великий пир. На тот пир явился некто по имени Кокча, прозванный "Образ Божий". Он сказал, что все потомки Тамучина, как звали Великого Хана ранее, будут отныне и во веки веков великими Ханами из рода в род. Этот Кокча ходил среди зимы босым. И в платье очень тонком, однако весьма здоров был. Сказывали, что белый конь к нему приходил в разные времена, и как скоро он на него садился, то поднимался к небу, и там беседовал с Богами. (Очень похоже на первое свидетельство об абдукции)

Между тем, Таян–Хан Наиманский, отправил посла к некоему Алакусу, главному над поколением Унгуттов, и велел объявить, что Чингис-Хан день ото дня становится всё страшнее. Берёт в подданство соседей, а знатных людей не щадит, всех умерщвляет, оставляя себе только невольников. И призвал создать союз против Чингиса. Но Алакус, не только отказался совокупиться с Таян-Ханом, но ещё послал гонцов к Чингис-Хану с предупреждением об измене.

Тогда Чингис созвал на совет всех главных над поколениями, где все поддержали начать войну против Наиманов. А Чингис-Хан с поспешением собрал войско, чтоб предупредить выступление Наиманов. Было это в лето 600, по могуллскому счислению Чичкан, т.е. мышь (1203 лето от воплощения Бога Слова).

В самом начале войны Чингис-Хан отправил верного человека по имени Ченаноян с целью взять языков, дабы уведомиться о силах неприятеля. Поймавши одного Наиманца, Ченаноян отвёл его к собственной особе Чингис-Хана, и тот его собственно допросил. Выяснилось, что Таян-Хан, совокупившись с маркаттами, Уиратами, и Цоегератами, перешёл реку Алтай и поспешает, чтобы застать в неготовности войско Чингиса.

Чингис-Хан тотчас пошёл в поход против Таян-Хана. Будучи уже много дней в походе, караульные сообщили, что передовое неприятельское войско показалось. Услышав сие, Чингис отдал команду брату своему Чучикару, командовавшему правым крылом войска. Левым крылом командовал сын Великого Хана – Чучи. Сам стал в середине и первым ударил. В самом начале сражения Хан неприятеля был тяжело ранен. Его унесли на ближайший холм, а рать его осталась без командира. Началась сумятица, и дабы спасти жизнь своим воинам, Таян-Хан послал уведомления офицерам своего войска, чтоб те сдавались Чингис-Хану.

Воины Таян-Хана были отважны и отказались покориться, поэтому все были убиты. Сам Таян умер от ран во время бегства с поля брани. Убежал только сын его Кутшлук, которого приютил Байрак-Хан.

В то время как Чингис-Хан ходил на Таян-Хана, зима близилась, потому, закончив, отправился он в свои зимние владения. А весной пошёл в землю маркаттов, владел которыми Хан Тохтабеги. Этот хан присутствовал при битве Чингис-Хана с Таян-Ханом, и тогда, как только уразумел, кто в битве станет победителем, хитро и осторожно поступил. Увёл свою рать к Байраку, другому Хану наиманскому.

]]>Тартарские воины форсируют реку]]>

Тартарские воины форсируют реку

Одолев маркаттов, Чингис-Хан пополнил армию большим числом воинов Тохтабеги-Хана, и выступил к столичному городу Тангут.

Хан тангутский на то время был уже очень старым, поэтому заперся в стольном городе Тангуте и решил пережить осаду за крепостными стенами. Через несколько недель осады войско Чингис-Хана взяло крепость приступом. Старый хан был умерщвлён, а крепостные стены сломаны. Взяты были и прочие крепости, которые находились в землях тангутских, в каждой из них Чингис-Хан оставил по крепкой своей дружине.

Возвратившись из тангутского похода и переждав зиму, Чингис-Хан отправился во владения Байрак-Хана, но не застал его в городе, потому что тот находился на охоте. Тогда, пошед вслед за ним, изловили Байрака и отсекли ему голову. Но один из его офицеров ушёл из могуллских рук и пошёл к Кутшлуку, сыну Таян-Ханову, и к Тохтабеги-Хану Маркаттскому, думая, что там пребудет в безопасности.

Но убоялись Тохтабеги и Кутшлук силы и гнева Чингисова и убежали на берега Иртыша. Встали близь городов Карликов и Цоегератов, которые имели над собой принцев Арссана и Канакабеги. И принцы те, покорившись Чингис-Хану, указали, где прячутся беглецы. Пытались было снова бежать. Тохтабеги попал в руки могуллов и был тут же умерщвлён. Кутшлук же сумел убежать в город Туркестан к Кавер-Хану Кара-Катайскому.

Кавер-Хан хоть и не обрадовался такому гостю, но всё же приютил с почестями и даже отдал ему в жёны одну из своих дочерей.

А Чингис-Хан, не имея больше дел в той местности, удалился в свою землю.

Чингис-Хан, возвратившись из похода, послал двух послов по имени Алтай и Тарамиш к кергизам, владел которыми Урусс-Хан, с предложением покориться. Тот, понимая, что лучше иметь Чингиса в союзниках, чем во врагах, согласился стать данником Чингис-Хана, и отправил с послами ему  подарков, среди которых была редкая птица. У турков она прозывалась шунгар, а у русских кречетом.  Сия птица вся бела, кроме ног, носа и глаз, которые у неё червонные, очень красные.

После смерти Аунек-Хана Караитского, Чамука-Чичен был у Таян-Хана Наиманского, а после возвратился в своё поколение Джиогератское. Но Джиогераты, рассудивши, что Чингис не только государь их, но и кровный родич, помня сколько человек простых и знатных было убито по его пакостям, связали Чамуку-Чичена, и отвезли к Чингис-Хану. Тот велел умертвить Чамуку лютой казнью, отрывая все члены один за другим. Тот умирая, сказал, что поступил бы с Чингисом так же, если бы тот попал ему в руки.

Уйгуры были подданными Кавер-Хана Туркестанского, и платили ему обильную дань. Владел ими сначала Идукут-Хан, но потом Кавер-Хан посадил своего Даруга (Даруг – наместник. Судья и начальник полиции, аналог римского Прокуратора.) по имени Шувак. Уйгуры страдали от бесчинств Шувака, и чтоб освободиться, связали его, и отправили  к Чингис-Хану, прося защиты. Чингис-Хан очень порадовался сему, и благословенно принял уйгров под своё покровительство. Отправил одного из ближних офицеров к Идукут-Хану с известием о своём защищении.

Идукут-Хан так проникся благодарностью, за милость Великого Хана, что просил стать сыном его. Чингис ему не отказал, и даже отдал за него замуж одну из своих дочерей.

Чингис-Хан покорил себе весь Могуллский народ, и намерялся отомстить за все притеснения и обиды, учинённый Алтан - Ханом катайским. Когда он сообщил о намерении всем главам различных поколений, то они все согласно приговорили, чтоб послать одного из офицеров по имени Чахиджер, послом ко двору Алтан-Хана.

Чахиджер сообщил Катайскому Хану, что ежели он согласен немедля признать Чингис-Хана своим государем, то путь тут же даёт ответ. В противном случае, будет война, и победитель станет единственным государем. На это Алтан-Хан прогневался сильно и на Чингиса, и на его министра, и велел передать, что приготовиться к войне. По пути назад, Чахиджер зарисовал все горы, реки, дороги, приходы и прочие подробности мест, лежащих на подходе к городу Алтан-Хана.

Получив ответ Катайского Хана, Чингис тут же выступил в катайские земли. Алтан-Хан так же собрал великое войско, и выставил его в выгодном положении на местности. Между тем, Чингис-Хан взял многие и многие городы. Многие сжёг, а большинство жителей порубил.

Алтан – Хан, для отвращения большего разорения, послал одного из своих Генералов с большим войском. Сей генерал уведомился от одного беглеца о том, что Чингис-Хан взял дин из самых больших городов катайских, и направил своё войско туда, надеясь на внезапность. Но не знал он, что «беглец» был послан намеренно, и угодил в засаду. Войско Чингис-Хана ударило по отряду Алтан-Ханова генерала на марше, и порубили всех. Затем немедля отправились к основному войску катайскому, застали их врасплох, и порубили все 30000.

Алтан – Хан же сбежал, и заперся в городе Камбалу. Сидя в городе, он каждый день получал ведомости о новых городах, взятых Чингис-Ханом, и видя, что войско неприятеля приближается всё ближе, собрал на совет всех главных придворных. Выслушав все голоса, было принято решение о том, чтобы заключить с Чингис-Ханом мир, и отправили к нему посла. Чингис-Хан принял подданство Катая, взял дочь Алтан-Хана в жёны, и удалился в свои владения.

Алтан-Хан же видя, что все его северные земли разорены, оставил править Камбалу своего сына, сам по отошествии могуллов, отправился в город Нанкин, который ещё от отца его был укреплён весьма. Сей город имел три стены, из которых последняя содержала 40 миль в окружности. Он был построен на берегу великой реки, столь широкой, что ехать в судне на гребле от берега до берега, надлежало целый день.

Перед отъездом он казнил нескольких принцев Кара-Китайских, изменивших ему о время войны. И после отъезда начали Кара-Китайцы волнения, и смуты пошли по всем северным провинциям, так, что войско Чингис-Хана снова пошло на север, и был взят город Камбалу.

Как узнал Алтан-Хан о делах прискорбных, о голоде, высоких ценах на хлеб, о бунтах и об разорении всех катайских провинций на севере, так отправил в Камбалу караван верблюдов с хлебом числом в несколько тысяч. Охраняло караван войско великое под командованием двух наилучших генералов. Но полки Чингис-Хана выступили, и всё войско перебили. Генералов в полон взяли, а верблюдов и хлеб себе взяли. Как уведомился об этом Алтан-Хан, так сам себя отравил.

Пять лет Чинис-Хан усмирял смуты в Катае, да всё сокровища Алтан-Хана в Камбалу искал. Посадил в каждом городе своих наместников, и по крепкому гарнизону. Наведши порядок, удалился в земли, в которых обычно обитал.

]]>Улица города великих моголов]]>

Улица города великих моголов

Чингис-Хан, возвратившись из похода, осадил город Акашин в Тангутской земле. (Тут у переводчика имеется сноска, в которой он предполагает, что города Акашина ныне не существует, но вероятно тот находился около Индийской границы. Это всё от того, что переводчик ассоциирует Катай с известным ему Китаем. Но если бы он знал, что описываемые в летописи события, происходили в Сибири, а не в современном Китае, то без труда нашел бы на Алтае город Кашино, стоящий на одном из притоков Оби.)

После взятия Акашина, он вознамерился было взять остальные катайские города, которые продолжали оставаться вне его подданства, но узнал, что поколения, не пожелавшие признать его владычества, покорились Кутшлуку, сыну Таян-Ханову. А Кутшлук, по совету Султана Хорассмского Магомета Шаха напал на Кавер-Хана, отчима своего, и отнял больше половины земель.

К сей ведомости прибавилась ещё и другая, о том, что брат Тохтабеги-Хана Кудат, прибыл с двумя своими племянниками к Наиманнам, и начал оттуда беспокоить подданных Чингис-Хановых. Тогда Чингис-Хан переменил свои намерения, и отправил двух своих генералов, называемых Суида-Баядур и Каму-Тушазар с великим войском против Кудата и его союзников. Оные, заставши его на берегах реки Цуммаран, ударили, большинство побили, оставшихся в полон взяли. Сия баталия учинила окончательный разгром Маркаттов, что случилось в лето 613 (1216г.)

Туматы (народ, населявший берега реки Селенги) так же показали неприятельские действия, и к ним был отправлен генерал Бургу-Наян, с небольшим числом войска. Туматов истребили с особой жестокостью, побивая и мучая.

Против Кутшлука был послан генерал, который назывался Чена-Наян, с великим войском. Кутшлук, вместо того, чтобы укрыться, сам вышел навстречу с большим войском. Но Чена-Наян так на него жестоко напал, что порубил всё великое войско. Кутшлук с небольшим числом своих людей бежал, но их настигли, и всех перебили, только Кутшлуку удалось убежать в город Бадагшан, что в земле, называемой Сареколл.

Но Чена-Наян не перестал гнаться, и встретивши мужика с сохой, спросил, не встречал ли тот новоприезжих. Мужик, не отняв рук от сохи, ответил, что видел четверых, которые отправились в Бадагшан. Тогда нагнали беглецов, пока не успели они укрыться, и всех умертвили.

По возвращении в свои земли, Чена-Наян отдал голову Кутшлука своему Хану. И тот очень был доволен, и одарил своего генерала обильными дарами.

Чингис-Хан имел столь великое число жён и наложниц, что считается, их число в более 500. Все законные его жёны были ханские и княжеские, между которыми было пять особо им любимых:

- Борта Кучин, от которой было 4 сына;
- Кичу, дочь Алтан-Хана Катайского;
- Каризу, вдова Таян-Ханова;
- Милу;
- Чинган.

]]>Любимая жена Чингизхана Борта Кучин]]>

Любимая жена Чингизхана Борта Кучин

Обе последние были родными сёстрами из знатного тартарского рода. Четыре сына от Борта Кучин, звались:

- Чучи,
- Чагатай,
- Угадай,
- Таулай.

У каждого из сыновей было своё дело при дворе. Чучи ведал экономией, Чагатай ведал судом и расправами, Угадай смотрел казённые сборы, принимал счёты из провинций, а Таулай старался о всём том, что относилось к делам военным.

Промеж других своих пяти сынов, Чингис-Хан разделил главные губернаторства в Катае. Дабы никогда не враждовали промеж собой родные братья, собрал он их однажды, и дал каждому по стреле, дабы они их переломили. Братья стрелы сломали, и тогда Чингис дал каждому по фашине (связке из стрел), и вновь велел их преломить. Никто из братьев не смог фашину преломить. Тогда Чингис–Хан сказал сыновьям, что до тех пор, пока они вместе, как фашина, никто их преломить не в силах. Но как только они разделятся, станут лёгкой добычей каждый в отдельности.

Чингис-Хан, утвердивши мир и благоденствия во всех своих землях, послал послом своего человека именем Макинут-Ялаучи к Султану Магомету Шаху Харассмскому с предложением о том, что раз их владения граничат между собой, то не соблаговолит ли Султан почитать Чингиса за отца своего, потому, что согласие будет обоим странам на пользу.

Султан, уединившись с послом, снял с себя пояс с драгоценностями, и отдал его в дар послу, с просьбой о том, чтоб тот говорил только правду, и учинил допрос о том, правда ли, что Чингис-Хану покорились все земли, включая катайские, и правда ли, что так велико могущество Хана, что он предлагает Султану стать сыном его.

Макинут-Ялаучи узрел, что Султан говорит с сердцем (сердится), и дабы не допустить гнева, который ослепляет разум, стал ласково ему говорить, всячески восхваляя его достоинства. И принижая достоинства своего хана. И так он миленько пел, что убедил Султана принять предложение Чингис-Хана. И отправился домой с победой без войны, и с полным обозом подарков.

И хотя Калиф Богдатский писал Чингис-Хану, возбуждая его к войне против Султана, между империями воцарился мир и взаимность, да так, что даже имея в руках золото и серебро можно было ходить из одной земли в другую, не опасаясь за живот свой, и не платя тамги. (Первый таможенный союз!)

На землях Тартарии множество поколений не имели замков и крепостей, а имели деревянные дома на колёсах, чтобы жить там, где вздумается. И с тех пор как воцарился мир и порядок во всех провинциях, стали со всех концов света купцы наезжать, чтобы торговать там, где им выгодно и безопасно.

Однажды Чингис проверку учинил о цене на товары у одних купцов. И те, назвали цены, на что Чингис сказал, что раз вы так высоко их цените, то знать ничего за них не получите. И все сундуки у купцов были отняты, и ничего за них не заплачено. Зато позвали других купцов, которые называли разумные цены, и тогда на торги стало прибывать ещё больше купцов со всех стран, и много денег потекло в казну Чингис-Хана от тамги и торговых сборов. (Теперь это называется тарифное регулирование, стимулирующее развитие экономики.)

Те купцы, которых обласкал Великий Хан были из Харассма. Когда отъезжали они в свои земли, с ними к Султану Магомет Шаху отправились три придворных офицера: - Магомет Харассмский, Али-Ходжа Бухарский, и Юсуф Отрарский, которые были послами Чигис-Хана. Они привезли Султану дружеское письмо от своего Хана, с рассказом о том, как Чингис помог его купцам, и с выражением надежды на то, что и в Харассме так же будут принимать купцов из земель Чингисовых.

Сии послы, прибывши в город Отрар, пришли к Губернатору, которого прежде звали Иналлчик, но Султан дал ему титул Кагир-Хана. Купцы со своей стороны тоже отправили с послами своих людей с подарками, и один из купцов, без злого умысла назвал Кагир-Хана прежним именем Иналлчик.

Кагир-Хан вельми прогневался из-за этого, и приказал всех взять под стражу, и купцов, и послов. И отправил письмо Султану о том, что прибыли купцы с послами, которым он не верит в их добрые намерения, и подозревает в них лазутчиков неприятеля. Султан не разобравшись в обстоятельствах, прислал письмо с повелением лазутчиков умертвить, что и было исполнено.

Люди Кагир-Хана купцов и послов убили, а товары их взяли себе. Но одному купцу чудом удалось избежать смерти, и он убежал к Чингис-Хану и обо всём поведал ему лично. Чингис-Хан пришёл в ярость превеликую, и приказал собирать полки, и отправил письмо Султану о том, что раз тот нарушил уговор о мире, то ему объявляется война. Потом послал сына своего Чучи в Туркестан, выгнать остатки людей Кутшлуковых.

Султан Магомет, как получил известие от Чингис-Хана, так ушёл с войском в Самаркант, а оттуда на Ходжан, навстречу Чингис-Хану. В Ходжане уведомился о том, что часть войска под командованием Чучи отправилась в Туркестан, переменил своё намерение, и решил сначала разбить войско Чучи, для чего пришёл на границу с Туркестаном. Встал меж рек Кабли и Камчи, чтоб пресечь пути войску Чучи, но нашёл здесь великое число воинов побитых недавно. Нашли одного, кто был побит, но мог говорить, и тот поведал, что побил их Чучи. Тех, кто живым остался, взял в полон, и ушёл туда, откуда пришёл.

Султан поспешил нагнать войско Чучи, и скоро приблизился. Чучи собрал своих генералов, и начал совет о том, как далее следует поступить. Один генерал сказал, что разумнее отступить, к тому же Чингис-Хан не приказывал вступать в битву со всеми.

Но Чучи решил, что не найдёт ответа перед отцом и братьями, когда те спросят, почему он бежал. Выстроил войско, и сказал делать битву с радостью. Сам несколько раз проходил ряды сражающихся, подходил к Султану, чтоб его поразить своею саблею. Но Султан все нападки пресёк, и удары отвратил щитом.

]]>Где то в Нагайской Тартарии]]>

Где то в Нагайской Тартарии

Сильно воодушевились воины Чучи, видя его отвагу и удаль. В тот день они совершили великие дела. Могуллы так ободрились храбростью своего предводителя, что начали побивать противника во много раз большего в числе. Султан Магомет устал кричать на своих воинов, чтоб не допустить бегства их со сражения, и бесчестия. Битву прекратила ночь.

Чучи приказал запалить великие огни в своём стане, во многих местах. Сам под покровом ночи тихо вышел из стана. Утром неприятель пошёл с боем, но обнаружилось, что в стане никого нет. А Чучи уже был у отца, и рассказал о великом сражении. Чингис очень радовался сему, и обильно наградил всех отличившихся.

Между тем Султан Магомет уверившись в жестокости воинов Чингис-Хана, отослал полки по разным гарнизонам, и сказал, что раз Чингис решил воевать с ним, то пусть сам попробует его отыскать. Потом возвратившись в свой город, предался беспробудному пьянству, и будучи без ума отдал приказ казнить известного шейха, почитаемого святым, заподозрив его в дружбе с матерью Туркан-Хана.

Утром проспавшись, испугался содеянного, и отправил чашу с золотом другому шейху, почитавшемуся святым, дабы тот вымоли прощение за грех убийства. Но тот шейх чашу не принял, и передал Султану, что не имеет той власти, чтоб искуплять такие грехи.

Султан Магомет ещё много бед учинил. Сверг Калифа Богдатского, а вместо него посадил некого Атимулка из колена Термискисегитского, не упоминая о том, что легко поверил ложному известию Кагир-Ханову, который был причиною убийства послов с купцами, из-за чего началась война.

В Лето 615 (1218г.) Чингис-Хан пошёл в поход с величайшей армией в Великую Бухарию. На пути присовокупились к нему Арслан-Хан Карликский, Идикут-Хан Уйгурский, который жил а земле Бишбалыкской, и Сакнак, верховный владетель земли Амалыкской. И пошли они к городу Отрар. Уведомившись, что Султан Магомет разделил свою армию по крепким городам, послал сынов своих Угадая и Чакотая в Отрар, а сына Чучи – в Наджан. Послал двух генералов именами Алан-Наян и Сукту-Бук с 50000 воинов в Фарнакант и Ходжан.

А сам, с сыном Таулаем и целой армией, выступил в Бухарию. Здесь нужно заметить, что слово «бухар», по могуллски означает «учёный человек». Потому, что все, кто хотел разным наукам обучатся, ехали из всех стран в Бухарию.

Первым городом на пути Чингис-Хана был Сарнук. Вставши под стенами, солдаты устроили столь страшный крик, что жители Сарнука испугавшись, заперли ворота, и приготовились к защищению. Тогда Чингис-Хан послал в город человека по имени Гаджип, известного своим умением увещевать. И тот рассказал защитникам, что такому великому правителю, лучше покориться, чем противиться. Благодаря увещеванию, жители Сарнука переменили намерения, и вышли все из города с дарами для Чингис-Хана.

Чингис отнёсся к жителям очень благожелательно, оказал им всякую милость, и повелел отныне называть город Кутшлук-Балыком. Потом выбрал всех молодых и сильных жителей, взял их в войско, и пошёл в город Нур, где жители так же увещевались, и открыли ворота. Там Чингис-Хан пополнил запасы скота и жита, и направился в провинцию Бухарию.

В первый день месяца Реббиахир лета 616 (1219г.) пришли к стенам Бухары. В сим городе Султан Магомет оставил великий гарнизон под командованием трёх генералов, которые звались Кук-Хан, Сиунч-Хан, и Кутшлук-Хан. Сии генералы учинили вылазку числом 20000 воинов, против осаждавшего войска, но получив урон сильно растеряли свою храбрость, и ночью, надеясь быть незамеченными, пытались скрыться из города со всеми своими семьями и скарбом. Но ночная темнота не спасла их от могуллских воинов. Их конница настигла беглецов у реки Аму, и почти всех порубила.

Жители же Бухары, видя, что гарнизон покинул их, послали за ворота города всех видных учёных, священников и знатных людей с дарами и ключами от города. Чингис-Хан принял ключи,  въехал на коне в самую большую мечеть, и спросил, не это ли палаты Султана Магомета. Услышавши, что это Дом Божий, слез с коня, и отдал уздцы коня главному из учёных, взошёл на возвышенное место в мечети, и сбросил Алкоран под ноги своим лошадям.

Увидевши сие, некто Сеигит, от потомства Магомета, сказал, что так поступать – великий грех. Молчи, сие есть наказание Божие на нашу голову, отвечал другой благочестивый.

Солдаты тот час стали есть и пить посреди мечети, что есть великое святотатство. А Чингис-Хан вышел из мечети, и отправился на площадь, где жители Бухары собирались на праздники, и взошёл на возвышенное место. Велел собрать всех жителей магометанского закона, и сказал им, что Султан нарушил уговор, убив послов его с купцами, а теперь Бог послал его для отмщение за нарушение верности. Что же касается богатств города, то надлежит его добровольно выдать, а упрятанное, через разные муки всё равно будет отыскано.

После, уведомившись, что многие военные скрываются в городе, Чингис-Хан велел сжечь его. И поскольку весь город был деревянным, то сгорело всё, кроме палат Султанских, сложенных из кирпича, и называемых Арк. А все военные люди были найдены и побиты. В таком состоянии Бухара пребывала несколько лет, пока Чингис-Хан заново не отстроил её незадолго перед своей смертью.

]]>Руины в центре Бухары. Жан-Жак Элизе Реклю 1881г.]]>

Руины в центре Бухары. Жан-Жак Элизе Реклю 1881г.

Султан Магомет оставил Гагир-Хана с войском в 50000 человек у города Отрара. Узнав, что туда отправились сыновья Чингис-Хана с великим войском, прислал ещё 10000 во главе с генералом по имени Карача-Гаджип. И гарнизон, числом в 60000 начал приготовляться к защищению Отрара.

Дети Чингис-Хана осадили город, и скоро Карача-Гаджип стал увещевать Гагир-Хана сдать город на договоре. Но тот, зная, что его дела стали одной из причин войны, уразумел, что ему пощады не будет, и сказал, что будет обороняться до последнего.

Тогда Карача-Гаджип взял своих солдат числом в 10000, отпер ночью ворота города, и вышел в лагерь осаждавших. Но дети Чингис-Хана решили, что если он своего законного правителя предал, то значит и их может предать, потому всех их перебили. Потом вошли в город, через незапертые ворота, и выгнали гарнизон за стены, где большинство было порублено.

Гагир-Хан, видя, что город взят, заперся с 20000 воинов в замке. Пребывая в тесноте, внутри замка, начал избавляться от солдат, посылая их на вылазки. Много раз воины Чингис-Хана шли на приступ замка без успеха, но вот взяли его голой саблей. Только Гагир-Хан, укрылся с двумя преданными ему людьми в своих покоях, и отбивался до последнего. Когда люди его были убиты, и у него не осталось ни одной стрелы, смогли наконец взять в полон Гагир-Хана, и заковать его в железо.

Уведомившись о том, что отец их взял Бухару, дети Чингис-Хана отправились туда же, и повезли полонённого Гагир-Хана. В месте, называемом Кук-Сераи, они получили письмо от отца, который повелел убить пленника, что они немедля исполнили.

Чучи, оставивши армию, пошёл в город Синняк, и отправил к жителям человека с именем Ассан-Гаджи, чтобы уговорить их сдаться. Но те не послушали, и умертвили посла.  Чучи, уведомившись о сем убийстве, пришёл в великую ярость. Взял город с набега, и велел убить 10000 жителей в отмщение. Оставивши город под управлением сына, убитого Ассан-Гаджи, Чучи отправился к городу Усган.

Жители Усгана, зная об участи Синнякцев, приняли благоразумие, и вышли навстречу Чучи с богатыми дарами. Чучи приказал своим воинам под страхом наказания не чинить жителям никаких обид, и ничего не брать от них. Оттуда пошёл он в город Асташ.

Гарнизон Асташа дерзнул противиться, за что Чучи перебил всех после взятия города. Видя, что приходит его черёд, правитель Наджана вывел гарнизон загодя, и повёл его в городы Харассмские. Но жители города, не потеряли храбрости, и не хотели сдаться могуллам. Да ещё едва не убили посланника, посланного Чучи с предложением сдаться.

Мужественно оборонялись защитники города, но могулы были сильнее. Чучи, после взятия города, приказал умертвить всех кто участвовал в наглости, показанной его посланнику. Оставшихся жителей, выгнали за стены города, отобрав всё, что у них имелось, а в городе был поставлен крепкий гарнизон под командой офицера по имени Али-Ходжа-Гечдивоны.

Чингисовы генералы Алтан-Наян и Суктубука с 50000 войска взяли город Фарнакант после трёхдневной осады, порубили весь гарнизон, и пошли осаждать Ходжан.

Губернатор Ходжана Тимур-Малик имел славу отважного воина, и чтоб не потерять её при этом случае, не оставил ничего для защищения города. Ходжан стоит на берегу реки, где есть остров. На острове – крепкий замок. В нём и укрылся Тимур-Малик с 1000 отборных воинов. Пустил четыре крытых судна, из которых обстреливались могуллы, что их сильно беспокоило. Тогда могуллские генералы заставили пленников из Фарнаканта кидать камни в реку, чтобы построить переправу на остров.

Защитники острова сопротивлялись до последнего, но видя, что плотина уже подошла к острову, сели в суда, и поплыли вниз по реке. Могуллские генералы, увидевши бегство, отправили погоню великим числом воинов. Воины не теряли суда из виду, полагая, что всё равно беглецам не уйти, потому, что ниже по течению, недалеко от Фарнаканта, через реку была натянута цепь. Но Тимур-Малик, приплыв к цепи, сумел её расковать, и проплыл благополучно. Высадившись в безопасном месте, они пытались скрыться, но могулы на конях быстро настигли пеших беглецов.

Тимур-Малик отстреливался от трёх могулов до последней стрелы, которая была без наконечника. Но и этой стрелой он сумел попасть одному из воинов в глаз. Остальные устрашились сего, и не смогли схватить Тимура.

Так Тимур-Малик спасся и пришёл в ближний город, где стоял гарнизон Султана Магомета. Там собрав в скорости великое войско, пошёл в город Фарнакант, а порубивши могуллов, стоявших там, вернулся к государю своему Султану Магомету, который за верность его хорошо наградил, и позволил жить до смерти в покое, в городе Шам.

Когда генералы Чингис-Хана возвратились к нему, Султан-Магомет, уведомившись о намерении могулов идти на Самаркант, отправил туда войско, числом в 110000, с великим числом слонов, и 30 генералов. Прибывшие, окружили город широким рвом, который был копан до самой воды.

Могулы знали о всех приготовлениях, но это не изменило их намерений. На пути к Самарканту, произошла великая битва с войском, пошедшим на вылазку, но были побиты воины Султана с кровью великой. Пришед к городу, пошли на приступ, и сечь продолжалась весь день. На следующий день продолжилась, а во вторую ночь, бывший в городе Кади, поссорившись с генералами, вышел из города, и отдал ключи Чингис-Хану.

Могуллы вошедши через эти ворота, тут же захватили и другие, и отперли их. Город немедля был захвачен. Чингис-Хан повелел порубить всё войско. Спасся только один Алоуб-Хан с 1000 воинов. Затем Чингис отдал город на разграбление, и отдал своим генералам 30000 граждан с семьями, лошадьми, и имуществом. Прочих обывателей простил, оставив жить в городе, обязав платить дань в 300000 золотых динариев в год.

]]>Самарканд. Макс Бирштейн 1944г.]]>

Самарканд. Макс Бирштейн 1944г.

По завоевании Великой Бухарии и взятии Самарканта, послал Чингис-Хан сынов своих Чучи, Угадая и Чагатая с великой армией в стольный град Харассм, в котором засели четверо особо приближённых к Султану Магомету: - Хамар, Могул, Гаджип и Феридуни-Жери. Главным там был Хамар, как сродник Султана, и имел самое великое войско.

Не имея точных сведений о продвижении войск могуллов, жители Харассма пасли скот на ближних пастбищах, и внезапным налётом передового отряда, всю скотину от города отогнали. Видя это, горожане совершили вылазку в 10000 человек, надеясь одолеть числом, и настигли отряд со скотом у небольшого града, принадлежавшего Харассму, но могулы отважно сражались, и подоспевшие полки взяли в котёл нападавших. Перебили всех. Спаслись не больше сотни.

На следующий день пришла остальная часть войска, и началась осада. Осаждённым, предлагали сдать город в обмен на жизнь, и обещание отпустить с жёнами и детьми. Но не пожелали они сдаться. После семи месяцев осады, могуллы отправили 3000 человек, чтобы отвести реку Цайгун, текущую  под городом, и тем лишить неприятеля воды, но горожане уведомились об этом и послали великое число войска туда, и порубили всех отряженных на рытьё.

Тогда меж братьями возникли противоречия, и стали они ссориться. Прознав о том, Чингис-Хан назначил главным над всеми Угадая, и тот единолично стал править войсками. Наконец город был взят, 100000 порубили, остальных в полон взяли, да такое множество, что каждому воину досталось по 24 человека.

Меж тем, Чингис-Хан всю весну жил в квартирах у взятого города Самарканта, а потом пошёл на город Нахшапу. Взявши город без всякого сопротивления, пошёл оттуда под град Термис, который начал сопротивляться. Порубили всех, кроме одной старухи, которая в обмен на свой живот, обещала дать превеликую жемчужину.

Где жемчужина? – Спросили старуху. А та отвечала, что проглотила её. Тогда взрезали старухе чрево и, истинно нашли там великую жемчужину. Воины могуллские увидев сие, стали всем мёртвым животы вспарывать, думая, что ещё найдут. Но не нашли.

Оттуда Чингис-Хан повёл полки в город Балк, который в то время был столь великим, что в нём размещалось 1200 великих мечетей, не считая малых, и 200 публичных бань. Когда были уже близко, горожане предложили сдаться по уговору, но Чингис, полагая, что до тех пор, пока их правитель Султан Магомет Шах жив, верности от горожан ждать не придётся. И взял город одним приступом, всех порубил, стены разрушил, а дома сжёг.

Потом послал сына своего Таулая с многими заслуженными офицерами и многочисленную армию в город Хорассан. А покоривши все остальные городы в этой местности, отправился к городу Таллхан, который был вельми крепким.

Семь месяцев длилась осада, и только когда Таулай, взявший Хорассан вернулся к отцу с подмогой, город был взят, и все в нём порублены. Город Андераб так же был взят, а его горожан постигла та же участь. Оттуда пошли для осады города Бамиана.

Бамиан защищался ожесточённо, и могулы потеряли там много воинов. Когда же убили сына Чагатая, которого Чингис очень любил, пошли на главный приступ, и взяли таки город, разрушили до основания, разорили и всех порубили. Чингис-Хан приказал звать то место Мау-Балик. Что с могуллского означает Злой Город.

]]>Стены Хорассана Рисунок неизв. худ. 1891г.]]>

Стены Хорассана Рисунок неизв. худ. 1891г.

Прежде, чем отправиться в Самаркант, Чингис-Хан послал трёх своих наивернейших генералов Чена-Нояна, Судай-Баядура, и Тогарач-Кантарета с войском в 30000 конницы за Султаном Магометом, который переправился через реку Аму, чтобы укрыться в Персии.

После многих походов и возвращений, Чингисовы генералы прибыли в город Герат, где командовал Султан-Хан-Малик. Тот объявил им, что является подданным Чингис-Хана, и никакого сопротивления оказывать не собирается. Чена-Ноян и Судай-Баядур пошли вместе с Султан-Хан-Маликом, а Тогачар-Кантарет не доверился красным словам, и учинил приступ городу. Сие предприятие дорого ему стало. Его полки были порублены, а сам он был ранен стрелой в голову, от чего вскоре умер.

Султа-Хан-Малик, с радостью уведомился о прибытии в город Газмиен Султана-Джалалудина, бывшего сыном Султана-Магомета. Послал к нему гонца, с письмом о том, что ежели тот желает, может придти с войском, какое сможет собрать, и учинить баталию с могуллами, бывшими в его городе.

В то самое время Чингис-Хан отрядил 30000 войска под командованием Угара, по прозвищу Калшан, что с могуллского значит «Забавный человек», на отсечение Гачмиена, Сагилла, и Кабулла от прочих областей Султана-Магомета.

Угар разделил войско на малые части, с отдельным генералом во главе, чтобы занять все территории, по которым могли пройти полки и обозы Султана-Магомета. И один из генералов, Кутукту-Ноян, уведомился о выступлении Султан-Хана-Малика с великим войском из Герата для совокупления с войском Султана-Джалалудина, и находятся близко.

Кутукту-Ноян решил ударить по полкам утром, но Султан-Малик проведал это, и спешно, ночью, увёл войско к Султану-Джалалудину.

Табачик и Малкав пришли столь тихо к Сагиллу, что едва не взяли его с набега, потому, что жители их не ждали. Тогда могуллские генералы начали осаду, и начали принудить горожан к сдаче. Но Султан-Джалалудин, приумножив войско полками Султана-Хана-Малика, напал столь поспешно, что могулы понесли потери более 1000 воинов, и отступили к Кутукту-Нояну.

Султан нагнал их, и могулы были вынуждены принять баталию. Левым крылом командовал Султан-Хан-Малик, правым крылом командовал один из старых офицеров Султана Магомета, а по центру встал сам Султан-Джалалудин. В таком расположении и напали на Могуллов. Битва продолжалась с самого утра и до темноты. Ночью Кутукту-Ноян приказал набить соломой все имеющиеся шапки и тулупы, и выставить их позади обоза с верблюдами.

Утром полки Султановы начали битву, но увидели великое число пехоты за обозами, решили, что это подмога, и едва не побежали в страхе, но Султан-Джалалудин разгадал уловку могуллов, и ободрил своих воинов. Те с удвоенной яростью бросились в атаку, и побили почти всех. Очень мало кто смог уцелеть, и в их числе три генерала.

Чингис-Хан, уведомившись о сим несчастии, весьма огорчился, и собрался идти в ту сторону. А люди Султана, меж тем делили добычу, и во время делёжки Султан-Хан-малик поссорился с генералом по имени Сефудин-Малик из-за лошади. В пылу Султан ударил Сефудина плетью по лицу, и тот увёл всё своё войско, бывшее из поколения Канкли, в Кирманские горы (ныне это север Сирии). Надобно пояснить здесь, что Канкли были могуллами, но служили Туркам потому, что мать Султана-Магомета Туркан-Хатун, была из поколения Канкли.

Султан-Хан-Малик  же удалился в Герат, когда Султан-Джалалудин уведомился о выступлении Чингис-Хана, и пошёл к реке Сирр-Инди. Но Чингис-Хан незамедлил за ним, и пришёл в город Газмиен, жители которого безропотно сдались. Уведомившись от горожан, что Джалалудин 15 дней только как отбыл, пошёл за ним в самой скорости.

Нагнали их у реки, пока те не успели переправится. Видя, что его небольшая армия окружена великим войском Могуллов, Султан решил принять битву. С самого начала Чингис-Хан поручил двоим своим людям по имени Кугур-Калшан и Катур-Калшан, примечать султана, дабы взять его живым.

Баталия шла с утра до полудня, когда Султан-Джалалудин видя, что людей осталось совсем мало, теснимый Могуллами предпринял отчаянную попытку пробиться из котла. Выскочил он на берег, и прыгнул в воду на лошади. Та его на другой берег перевезла на глазах у всех, где тот спокойно сел верхом и ускакал.

Чингис-Хан очень был впечатлён удалью Султана, и сказал, что счастливый тот отец, кто имеет такого сына. Послал за ним  погоню во главе с Дубай-Наяном и Балай-Наяном. Те гонялись за ним долго, пока не потеряли у самой индийской границы.

]]>Цитадель Герата. Гравюра XIXв.]]>

Цитадель Герата. Гравюра XIXв.

Когда Тогачар-Кантарета убили под Гератом, его войско перешло под команду к Чена-Нояну и Судай-Баядуру, и те, уведомившись о сем происшествии, отправились в Герат, чтобы отомстить, но жители города открыли ворота, и вышли навстречу с дарами и угощениями, сказали, что они никак не причастны к тому злодеянию с Тогачар-Кантаретом.

Могуллы не причинив никакого вреда жителям, взяли от них только то, что требовалось для похода, и отправились в Нешабур.

Султан Магомет, уведомившись том, что за ним отправлена погоня в 30000 человек, по совету знатных людей ушёл с малым числом человек в город  Качвин в провинции Ирак, а в Нешабуре оставил первых господ своего двора.

В Качвине правил сын его, Султан Рукнудин под командой которого было 30000 воинов. Когда приблизились они к городу, Рукнудин с несколькими людьми, встретил отца и проводил в город, оказывая всяческие знаки почтения.

Между тем, Чена-Ноян и Судай-Баядур пришли в Нешабур, и послали к правящим господам, с предложением сдать город, на что те ответили, что прежде пусть они их владыку Султана Магомета одолеют, тогда они так же покорятся, и откроют врата города. С сим ответом прислали могуллам богатые подарки.

Чена-Ноян и Судай-Баядур рассудили, что ответ им по нраву, и послали копию указа о том, что города, которые откроют ворота, окажутся под защитой, а те, которые станут противиться, подлежат разорению. Сами пошли в город Мачандаран.

Взяв город силою, побили всех жителей, и узнав, что Султан Магомет находится в Качвине, отправились в Ирак.

Султан Магомет уведомился о приближении могулов, и побежал в город Кариндер. По пути столкнулся с несколькими полками могуллов, и чудом не попал в полон, потеряв свою лошадь, в которую попала стрела. Спустя, уведомившись, что могулы подступают к Кариндеру, побежал в землю Гилан, в город Истидар, что на берегу Кулсума (Ещё одно из названий Каспийского моря).

От Истидара на корабле пошёл в землю Абаскум-Кичире (Дагестан), а могуллы, видя, что он уплыл, вернулись в Кариндер, взяли его и разорили. Полонили жену Султана Магомета, и сына его Каясудина, и пошли к городу Илан, который стоял в стране столь дождливой, что не было в Илане ни колодцев, ни реки поблизости, зато воды было довольно всегда.

Но как прибыли могуллы в Илан, жители его пребывали в необычайной нужде, потому, что не было дождя 40 дней. Тогда решили горожане, что это кара господня за то, что ими правил Султан Магомет. И послали они в лагерь к могуллам, для заключения уговора. Как только уговор был подписан, разразился обильный дождь. Такой обильный, что улицы города превратились в реки.

В Илане могулы взяли превеликое множество драгоценных камней, и других ценностей. Послали всё вместе с матерью и детьми Султана Магомета, которые находились в городе,  к Чингис-Хану. А тот приказал всех их убить.

Султан Магомет как узнал о случившемся, заболел и от душевных мук умер. 20 лет он правил богатой страной, но потерял всё, и был похоронен в том платье, в котором пал. Это случилось в лето 617 (1220), называемое Гилан, что означает Змей.

Чена-Ноян и Судай-Баядур пошли в провинции Аран и Адирбейцан (Армения и Азербайджан), и покорили их. Город Шамакия дерзнул оказать противление, за что был разрушен и разорён. Оттуда взявши 10 проводников, отправились в город Дербент. Несмотря на то, что в назидание другим, одного убили, проводники вели могуллов тропами, где тайно стояли кипчаки и аланы.

]]>Житие Чингизхана kadykchanskiy]]>

Видя беду, в которую попали, генералы послали одного из своих офицеров к кипчакам с богатыми дарами. Тот сказал им, что кипчаки с могулами одной крови, и надобно быть заодно. Совокупившись, могулы и кипчаки напали на аланов, и многих побили, а многих в полон взяли.

Видя то, кипчаки усомнились в красных словах могуллов, и ушли к руссам. А совокупившись с руссами, вернулись к могулам. Те, увидев их, сделали вид, что убегают, на 10 дней отошли в землю черкассов, в место для себя полезное.

Вернувшись напали на руссов с кипчаками, и разбили их, многих взяв в полон. Через семь дней привели их через земли кипчакские Чингис-Хану, который встретил их на границе царства Бухарского. Очень был Чингис радостный, и наградил всех дарами и почестями. (Вполне может быть, что здесь идёт речь о том событии, которое нам известно из «Слова о полку Игореве»)

Мы говорили ранее, что Таулай, от отца своего был отправлен с великой армией в город Харассан. В те времена это был великий град, а жители его настолько богаты, что допускали много вольностей, и часто не подчинялись своему владыке Султану Магомету. Недалече стоял град Мевру, который так же был силён.

Таулай отправил к нему двух лучших офицеров с великим войском, но правитель Мевру Шейх Улисан вывел горожан и навстречу, неся великие дары, и ключи от города. Между тем, некто Буга-Туркманн, ушёл с людьми, верными Султану Магомету в леса.

По отбытии могулов вернулся с тадиками и туркманнами, и принудил жителей, чтоб признали его командиром. В то же время, Маджар-Улмулк, который ранее был губернатором в Мевру, и которого Султан Магомет отлучил, узнал о смерти Магомета, сел на быстрого лошака, и прибыл в Мевру.

Буга-Туркманн, собрал жителей города, и сказал им, что отдаёт правление Маджар-Улмулку, бывшему ранее у них губернатором, а сам просит быть простым горожанином, что было встречено с великой радостью.

Человек, который ведал казной в Мевру, послал тайное письмо с рассказом о случившемся, в Хорассм, но гонца перехватили на заставе, и письмо показали Маджар-Улмулку. А тот приказал умертвить изменника.

Когда сие случилось, могуллские генералы ничего от Мевру дурного не ждали, и пошли в земли Мазендарана. Там в стольном граде Ячера, который покорился им мирно, они узнали о случившемся в Мевру. Губернатор Ячеры Бага-Улмук просил генералов дать некоторое войско, чтобы тот вернул Мевру в подданство Чингис-Хана, и те дали ему 7000 человек.

По пути к Мевру, Бага-Улмук уведомился о том, что Маджар-Улмулк увеличил гарнизон до 80000 воинов, остановился, и послал двоих офицеров, дабы те передал о том, что гарнизону надлежит сдаться. Но Маджар-Улмулк повелел убить офицеров, и приготовился к отражению.

Когда могуллы узнали о сием, то убили своего командира Багу-Улмука, и вернулись в Ячеру.

Маджар-Улмулк так этому радовался, что учинил пир великий для всего города. Но не долго радовались. На следующий день приехал комендант города Амуя, с некоторым войском туркманнов, и сказал, что великое войско могуллов приближается. Сам встал у реки, неподалёку от Мевру, чтобы задержать могулов на переправе. Но передовой отряд могулов побил туркманнов. Были убиты многие, в том числе и их  командир, а оставшихся взяли в полон. Это был сам Таулай, покоривший Хорассан.

Прибыл он к Мевру в первый день месяца Муварема, лета 618 (1221). Воины гарнизона совершили многолюдную вылазку, но были побиты, и потеряв 1000 человек убитыми, отступили за стены. Осада длилась три недели. И вот Таулай, который начал приходить в нетерпеливость, велел воинам, имевшим щиты идти впереди, остальных разбил на 200 частей и сам повёл на приступ.

Маджар-Улмулк Вышел из города с дарами, и попросил о договоре. Таулай взял сокровища, и приказал выйти из города всем до единого. Отделил художников, и помиловал. Прочих велел изрубить, а писцу вести учёт каждого побитого. Велик был град Мевру, но даже виды видавшие подивились, когда писец показал более 100000 имён порубленных. До сих пор, Мевру четырежды разоряли, и каждый раз убивали от 10000 до 60000.

Затем Таулай поручил командовать градом некоему человеку по имени Амирчиа-Удин, а казной ведать поставил Ярмисту. Повелел им наладить мир на землях, отдать их уцелевшим, чтобы продолжить земледелие. Сам с войском отправился в Герат, в котором Мелик–Шамсудин–Магомет самовольно взял губернаторство, и вооружил армию около 100000 человек.

Таулай, прибывши в Герат, отправил посла с предложением сдаться, но Мелик–Шамсудин–Магомет убил его, и совершил вылазку. Сечь была столь жестокая, что кровь реками лилась. Одних только офицеров Таулай потерял боле 1700, не считая простых воинов. Перелом наступил, когда Мелик–Шамсудин–Магомет был убит стрелой, попавшей ему в голову. Тогда его воины, оставшись без командира, растеряли свою храбрость, и побежали в город, а за ними и могуллы поспели.

Сняв шишак, Таулай сказал горожанам, что он сын Чингис-Ханов, и даёт слово помиловать их, если добровольно станут данниками Великого Хана, и дань и будет назначена вдвое меньше, нежели та, которую они платили Султану Джалалудину.

Из того, промеж горожан возникли разногласия. Те, кто согласился признать владельцем Чингис-Хана отошли в одну сторону, а те, кто решил не покориться, в основном люди военные, на другую. Таулай взял всех, и побил непокорных, тех же, что присягнули Чингис-Хану, помиловал, и сдержал своё обещание, данное с непокрытым челом, до начала приступа. Губернатором назначил Мелек–Абубакера, а казну вручил Менгетею. И возвратился к отцу своему в город Талкан .

Гератские жители вначале были очень довольны новыми губернатором и интендантом, которые и подлинно были достойными людьми, но немного времени спустя, уверовали в непобедимость Джалалудина, и убили своих правителей. И выбрали себе нового губернатора именем Мелик–Мобарисудин.

О сём уведомился Чингис-Хан, и вельми бранился на  Таулая, что не побил всех гератцев. Отправил своего генерала по имени Илчиктей–Ноян с 80000 воинов, приказав никого в живых не оставить в Герате. Означенный генерал прибыл к Герату, разделил войско на четыре части, и начал приступ с четырёх сторон. Через шесть дней город был взят, а жители все порублены. В живых осталось всего 15 человек. Стены были порушены до основания, после чего вернулись к Чингис-Хану в город Хорассан. Сие случилось в лето 619 (1222).

Чингис-Хан, покоривши всю землю Иран, и умертвив всех, не согласных быть его данниками, уведомился о том, что жители земли Катай начали приходить в движение, по совету своих детей и генералов, отправил сына своего Чагатая с великой армией в Гилан, для поиска Султана - Джалалудина. Третьего сына своего Угадая отправил к Газмиену, для сопротивления предприятиям некоторых господ от двора Султана-Магомета, и для учинения наказания жителям Газмиена. Сам же с сыном Таулаем отправился к Турану (Тураном назывались все земли Сибирские от Енисея до Кавказских гор, и от Ледовитого океана до Туркестана. –  прим. переводчика.), дабы лучше оттуда видеть, что происходит в Катае.

Угадай и Чагатай закончили свои походы полным покорением земель, в которые они ходили, и присоединились к отцу и брату. Не смогли они тогда изловить Султана–Джалалудина, но привезли к отцу учёных из Бухарии. Два из них были допущены к беседе с самодержцем. Сие было весной, в лето 620 (1223г.).

Спросил их Великий Хан, кто они, и чем заняты. Те рассказали, что:

- Они магометане, т.е. слуги всемогущего Бога посланные учить добру;
- Должны раздавать нищим четверть от того, что им удаётся собрать, и от торговли;
- Молиться пять раз в день;
- Поститься всю 12 луну, да так что ничего нельзя внутрь до захода солнца;
- Хотя бы однажды посетить Мекку.

Всё было любо Чингис-Хану, кроме последнего. Ему казалось смешным, что нужно ехать куда то, и что магометане отличают пригодное место для молитвы от непригодного. Ведь Бог он есть везде, к нему нет нужды ехать на молитву. Отпустил он с миром бухарцев, вручив грамоты о том, чтоб податей не платить никому.

Послал Чингис-Хан нарочного к сыну своему Чучи-Хану, который жил недалеко у земель кипчакских, где на границе с Туркестаном в лесах водилось изобилие зверей, чтобы начали люди сгонять зверя для государя, чтоб тот мог охотой себя повеселить.

Чучи собрал много людей, чтоб зверя сгоняли, а сам выехал встречать отца с богатыми дарами, и зная, что в походе лошади отца худые стали, пригнал вместе:

- 20000 белых коней,
- 20000 серых с яблоками,
- 20090 бурых,
- 20000 вороных, и
- 20000 чубарых (с тёмными пятнами по светлой шерсти) коней.

Всего 100090 голов. Кроме того, привёз он подарки и своим братьям. Повеселившись на охоте, Чингис-Хан вернулся в свои земли, и там уведомился о том, что губернатор Тангутский по имени Шидурку, взбунтовался против него, и отправился в поход.

]]>Житие Чингизхана kadykchanskiy]]>

Шидурку дерзнул вывести против Чингис-Хана войско, по численности равное, но все были порублены, а сам он бежал в город Тангут. Между тем, Чингис-Хан порубивши всех, и пожёгши все городы, возвратился с великим числом пленников. За ним последовал посол от Шидурку, чтоб вымолить прощения. Чингис-Хан выслушал посла, и отпустил с добрыми словами.

Как только уехал посол, почувствовал Чингис-Хан болезнь. И видя, что она день ото дня приумножается, вспомнил свой давний сон, виденный в Катае, и понял, что это конец его пришёл. Позвал к себе сыновей, и сыновей большего своего сына Чучи, который в то время уже умер.

У смертного ложа отца, дети его и внуки услышали его последнюю волю о том, чтоб не ссорились они никогда, помогали и поддерживали друг друга, а наследником империи Великих Могуллов, объявил сына своего Угадая. Чтоб все его приняли государем, и беспрекословно подчинялись. И наказал, чтоб смерть его держали в тайне до тех пор, пока не отомстят бунтовщику Шидурку, и не разорят Тангут. Обнял каждого по очереди, и умер.

Принцы сдержали слово, данное отцу, и взявши великое войско пошли на Тангут. Город взяли, разорили, Шидурку умертвили, а оставшихся в живых увели в полон.

После похоронили отца в месте, на которое он сам указал, будучи на охоте. Он заприметил высокое стройное дерево на берегу реки, и завещал похоронить себя под этим деревом. Дети делали всё с величайшими тщанием и почтением.

После, когда на этом месте вырос огромный лес, стали хоронить всех потомков Чингис-Хана, которые были Ханами в этих землях, и называлось место упокоения Бур-Хан Калдин. (что противоречит сведениям, известным из европейских источников, о якобы тайном погребении, на дне русла отведённой реки, и прочих страшилок с истреблением 20000 невинных мирных жителей после похорон. Однако, создаётся устойчивое впечатление о том, что либо автор, либо переводчик, намеренно не указывает города, где Чингис-Хан жил постоянно. Определить его ПМЖ, а значит и предположительно, место захоронения, на основе летописи не возможно. Однако, если брать в расчет средневековые географические карты, то сольный град Чингис-Хана находился где-то в районе плато Путорана)

Чингис-Хан родился в лето 559 (1162), называемое Тонгус (свинья). Объявлен Ханом в тот же год, называемый Тонгус, а умер в лето 624 (1227), которое могулы называли Таух (курица). (здесь явные нестыковки с датировками, вероятно из-за типографской ошибки, потому, что ранее в тексте была указана дата, увеличивающая возраст Чингис-Хана чуть не вдвое. – моё прим.).

Чингис-Хан был правителем великого ума. Он первый создал армию, по образу которой по сей день все войска в Свете формируются.

- Всё войско делилось на корпусы в 10000 во главе с Туман-Агаси, что значит десятитысяцкий;
- Корпусы состояли из батальонов в 1000 человек, командовал каждым из которых, свой командир Мины-Агаси, что значит тысяцкий;
- Батальоны состояли из рот по 100 воинов с Гусь-Агаси (сотником) во главе;
- А сии роты разделялись на плутонги, каждой из которых командовал Ун-Агаси, что значит десятник.

Но все офицеры исполняли приказания одного своего генерала. В армии был введён жестокий порядок, при котором отличившиеся всегда получали награды и подарки, а провинившиеся, допустившие какое преступление, карались смертию.

Один раз в год Чингис-Хан устраивал проверку всему войску и гражданским чиновникам, где проверял их выучку и сообразительность. Самые сметливые и отважные становились офицерами и постоянно росли по службе.

 

Наследники Чингизхана

]]>]]>

Спустя два года после кончины Чингис-Хана, собрались его сыны Чагатай-Хан, Таулай-Хан, и дети Чучи-Хана с главными офицерами Могуллской Империи. Тогда Белгатай-Ноян и Илчектеи-Ноян читали завещание Чингис-Хана, по которому Великим Ханом долженствует стать Угадай-Хану. Но тот отговаривался под тем видом, что имеет дядю с отцовой стороны, и двух братов живых.

40 дней шло собрание, всё никак не могли убедить Угадая, что это воля его отца, и её нужно исполнить. Пришлось братьям его взять за руки, и насильно усадить на трон. Тогда Угадай-Хан согласился с увещеваниями, и одарил всех присутствующих богатыми дарами, и устроил великий пир на весь мир. Было сие в лето 647 (1230).

]]>Блюдо времён Тартарии. Медь, серебро, позолота. Найдено близь Тюмени.]]>

Блюдо времён Тартарии. Медь, серебро, позолота. Найдено близь Тюмени.

Между тем, Султан Джалалудин, будучи в Индии, уведомился о смерти Чингис-Хана, и пришёл с войском в землю Иран, где завладел градами Кирманом и Ширасом (Ширас – город с прямыми улицами, утопающий в персиковых садах, и не имеет никаких укреплений, кроме глубокого рва вокруг города. В древности носил имя Персеполь. – прим переводчика).

Оттуда пошёл в провинцию Адирбеицан, где завладел городом Табрисом, и другими городами, которые принадлежали Чингис-Хану, в этой местности. Уведомившись и сием, Угадай-Хан послал двоих генералов с отборным войском в 30000, и те порубили армию Султана Джалалудина. А сам султан укрылся в землях Барек-Курдистана, где и окончил свою несчастливую жизнь, ибо жители были недовольны им и его людьми, и всех порубили. На нём прервался Род Султана-Магомета-Шаха Хорассмского.

Меж тем, Угадай-Хан удалился в земли Катая, чтобы и там порядок навести. Осадил великий город на реке Кара-Муран (ныне это река Кара, на границе республик Коми и Ямало-Ненецкого автономного округа)

Жители города мужественно сопротивлялись почти сорок дней, а когда город был взят приступом, 12000 знатных жителей на кораблях уплыли в океан. Остальные были порублены и взяты в полон. (Вероятнее всего, река Кара в те времена, была очень полноводной и протяжённой. Ныне, места вокруг, очень заболочены, что может свидетельствовать о недавнем потопе, и описываемых городов, конечно же не осталось. Но памятуя о том, что города всегда возникают на одних и тех - же местах, рискну предположить, что в этом отрывке речь идёт о Воркуте.)

После чего, Угадай-Хан отправился далее в Катай, а брата своего, Таулай-Хана, послал с 10000 человек наперёд. Алтан-Хан уведомившись о поступках братьев, выслал навстречу 100000 войско. И конечно же это войско порубило могулов, если бы Угадай-Хан не упросил одного из волхвов, бывших в его войске, напустить Джада, т.е. зимнее время в летнюю жару. Такие волхвы называются Джададачи, или Чудададжесы.

(На мой взгляд, в этом отрывке речь идёт ни много ни мало, о климатическом оружии. Прослеживается связь между словами «джад», (чудо), и «джед» – посох египетских фараонов определённой конструкции. Теперь возникает вопрос о том, кто дважды в современной истории применял это оружие? Сначала против войск Наполеона, а затем войск Гитлера.)

Волхв исполнил желание командира, и выпало столько снегу, и встал такой мороз, что воины Алтан-Хана, не имевшие с собой тёплой одежды, начали умирать от холода, и не могли оказать никакого сопротивления. Могуллы же налетели, и всех порубили. Только 5000 спаслось, и были они счастливы в плен попасть, а не погибнуть.

Уведомившись о происшествии, Алтан-Хан тотчас пропал. Куда пропал неизвестно, но люди говорят, будто он сам бросился от отчаяния в великий огонь, который велел развести.

Угадай-Хан, узнавши об этом, сообщил брату, и вместе они покорили все городы катайские, а губернатором Катая поставили человека по имени Махмут-Делаучи. Завершив дела, Угадай-Хан вернулся в свой город, потеряв брата своего Таулая, который умер во время похода по Катаю от болезни.

В лето 634 (1237), Угадай-Хан послал своего сына Каюка с сыном Чучи-Хана Бату, а также с Мангу, сыном Таулай-Хановым, и Баидара – сына третьего своего брата Чагатая с превеликой силою против руссов, черкассов, волгаров, башкиров и туранцев (туранцы, или тура – народ живший в землях современных Тюмени и Тобольска – прим. переводчика).

(Черкассы – народ, живший не только на Кубани и севере кавказа, но и на территориях севера нынешнего Казахстана и южного Урала, собственно - казаки. Волгары, скорее всего нынешние казанские татары, ошибочно называющие себя потомками Булгар. Булгары (Bulgari), это европейское название народов, живших на реке Волга (VolgaRha). Поэтому, правильнее говорить «волгарь, волгари, у волгарей, волгарям», и т.д.)

Но сам он ещё находился во своём дворце в стольном граде Кара-Курум, где построил новые палаты, которые для него расписывали самые лучшие катайские живописцы. (Замечу, что это первое упоминание о том, как именно называлась столица империи великих моголов. Современные учёные убеждены в том, что Каракорум находится и всегда находился на территории современной Монголии. Оппоненты ортодоксальных историков идентифицируют легендарный Каракорум с местом на Алтае, но согласно средневековых карт, ставка Великого Хана однозначно указывалась на севере современного Красноярского края, между Енисеем и рекой Таз, выше места впадения в Енисей Нижней Тунгуски.)

]]>Фрагмент карты Даниеля Келлера 1590г.]]>

Фрагмент карты Даниеля Келлера 1590г.

В то же самое время приказал строить вокруг своих палат дома для принцев своей фамилии, и других сродников и знатных людей. Двор украсили фонтаном в виде статуи тигра, в натуральную величину, отлитую из чистого серебра, испускающего воду из рта.

В двух днях езды от города устроили зверинец, где за забором в две сажени высотою (около 4,5 метров - моё прим.) естественным образом обитало множество разных зверей, на которых можно было охотиться для забавы.

Вновь отстроили город Герат, который был разрушен до основания, и многие другие городы. Во время правления Угадай-Хана империя зажила мирно и богато. Умер Угадай-Хан после долгой болезни в лето 642 (1245).

Угадай-Хан был человеком великого разума, и весьма милостив, чему есть немало примеров.

Так некий человек из поколения Уиратов, ненавидящего магометан, пришёл к нему, и объявил, что Чингис-Хан явился ему во сне, и повелел от своего имени передать Угадай-Хану, чтоб тот приказал порубить всех магометан, которые проживают в  его областях. Хан спросил его, сам ли Чингис-Хан разговаривал, или говорил посредством толмача. Человек сказал, что самолично разговаривал. Хан спросил тогда, умеет ли он говорить по могуллски, на что тот ответствовал, что не умеет.

Так Угадай-Хан изобличил лжеца, и повелел казнить его.

В другое время издал Хан указ о том, чтоб умертвлять баранов можно токмо единым способом, ножом в грудь, и боле никак. Один магометанин купил овцу, и привёл к своему дому. Чтобы никто не видел, что он делает, тщательно запер ворота, и думая, что один, отсёк овце голову. А сосед его могулл, видел как магометанин приведши овцу ворота затворяет. Залез на крышу своего дома, и увидел что тот делает. Связал магометанина, и привёл к Хану. Тот выслушал, да и велел казнить могулла, за то, что подсматривал.

Некоторый бедный кузнец сковал шесть шил, и понёс на базар продать их. По дороге встретил Угадай-Хана, и поднял вверх шила, чтобы показать оные. Хан спросил, чего ему надобно, на что кузнец ответствовал, что хочет шесть шил подарить Хану. Хан взял шила, и велел выдать кузнецу по одному золотому динарию за каждое.

Некий больной старик, не имевший ни жены, ни детей, пришёл к Хану с просьбой дать денег на то, чтоб начать торговое дело, и Хан повелел выдать из казны двести золотых динариев. Люди, присутствовавшие при этом, начали отговаривать Хана, что раз нет у него ни жены ни детей, то если умрёт старик, попадут деньги в чужие руки. Но Угадай-Хан встал на своём, и говорил, что негоже отказывать в помощи, когда она требуется, хуже будет если тот умрёт так и не получив помощи. Принесли деньги, вручили старику, а он только взял их в руки, как тот час и умер у всех на глазах.

Некий бедный человек по имени Муфлиес, пришёл к Хану просить денег на еду, и получил 500 динариев. Потратил всё, и опять пришёл. Дали ему ещё 500. Когда и эти деньг  кончились, пришёл в третий раз. Вельможи начали бранить его, что бессовестно так поступать, и Хана тревожить. Услышав шум, пришед Угадай-Хан, и спросил от чего бранятся вельможи на бедного человека. Те рассказали. Хан спросил, на что Муфлиес деньги тратит. Тот отвечал, что на красивое платье, и добрую еду. Выслушав, Хан приказал выдать ещё 500 динариев, но наказал, чтоб тот бережно относился к нм, и не потратил так, как полученную 1000.

Угадай-Хан имел четыре законные жены, и 60 наложниц. Первая жена – Буракчин, вторая – Турагана, про которую одни говорят, что она была из поколения Маркатов, а другие, что из Уиратов, и досталась Угадай-Хану в числе пленников, после разбития её мужа – знатного принца. Её Угадай вельми любил, хоть и лицом она не особливо красна была.

Третья жена называлась Чачин, а имя четвёртой никто не помнит.

Турагана родила пять сынов Угадаю. Первый сын был зачат в земле Памак, и родился слабым. Имя ему дали Каюк. И хотя он так и рос болезным и хилым, однако ж именно ему по завещанию была передана империя по смерти Угадая. (становится ясен смысл выражения «тебе каюк»).

Второй сын звался Кутан, третий – Куку, который имел редкий ум, но умер ещё прежде своего отца. Четвёртому было имя Карачар, а пятому – Каши, который родился в то время, когда Чингис-Хан покорял землю Тангут. Он так любил пить вино, что умер совсем молодым.

Каюк-Хан по восшествии на престол, раздал вельможам такие знатные подарки, что тем превзошёл щедрость всех своих предков. Но понеже был вельми слаб, то царствовал всего один год, и умер в лето 644 (1247). Оставил двух сынов. Больший назывался Ходжа-Огул, меньший – Багу. Оба от одной матери именем Хамит. Багу имел одного сына именем Оку, у которого было 10 сынов.

По смерти Каюк-Хана, долго рассуждали, кому бы вручить империю. Каждый сердечно желал, чтоб Великим Ханом стал потомок Таулай-Хана, от его любимой жены по имени Сюрхохтны–Беги–Геген. Прямым наследником империи был Бату-Хан (современные историки называют его Хан Батый), сын Чучи-Ханов, который жил в земле Кипчаков, но сам он всячески отказывался принять на себя такую тяжкую ношу.

Некоторые вознамерились ехать к Бату-Хану, а некоторые сказали, что Принц сам должен явиться в Кара-Курум. Тогда Сюрхохтны–Беги–Геген сказала, что у Бату вельми больны ноги, и потому нет плохого в том, чтоб к нему поехать.

Таулай-Хан имел от Сюрхохтны–Беги–Геген пять сынов именами:

- Мангу,
- Галаку,
- Арток Буга,
- Коплай (современные историки называют его Хубилаем),
- Мока-Огулл.

Все пять братьев, по совету матери поехали к Бату. Тот оказал им радушный приём, и заслуженные почести. На собрании сказал, что Великим Ханом видит того, кто живёт на земле могуллов, и всё там знает. И предложил выбрать в Ханы большего из братьев Мангу. Братья согласились, и предложили отложить дело на начало нового лета.

]]>Хан Батый повелевает умертвить Князя Михаила Черниговского. Средневековая русская миниатюра.]]>

Хан Батый повелевает умертвить Князя Михаила Черниговского. Средневековая русская миниатюра.

В начале нового лета собрались все вельможи, генералы и прочие знатные люди, и порешили, что править империей могулов должен Мангу-Хан. Тот после торжественной церемонии,  устроил великий пир. Семь дней пировали. Каждый день уходило 2 телеги виноградного вина, 2 телеги горячего (водка), 20 телег кумыса, 300 лошадей, 300 коров, да 2000 овец. Сие случилось в лето 648 (1250).

Спустя некоторое время, Ширамун, один из внуков Угадай-Хановых, затеял заговор против Мангу-Хана, и подговорил братьев, что негоже из их рук империю уводить, а пока Хан в неведении о заговоре, то убить его будет просто.

Ширамун взял 500 человек и две телеги с оружием, и выступил. А некий человек Мангу-Ханов, в то время искал пропавших верблюдов, и узрел лагерь заговорщиков, разбивших в стан на ночь. Явился к Хану, и уведомил о подозрительных людях.

Мангу-Хан собрал 1000 отборных офицеров, бывших при нём, и 2000 солдат. Отправил их на розыски. Скоро отыскались заговорщики, и спросили их куда те путь держат, и с какой надобностью. Ширамун отвечал, что едут к Великому Хану оказать своё почтение.

Привели всех людей и телеги к Мангу-Хану, и тот начал их потчевать. Три дня угощал, и всё выспрашивал разных людей ширамуновых. И будучи во хмелю, выболтали они об истинных целях, с коими они пошли.

Тогда Мангу-Хана велел казнить 80 человек, остальных отпустить с вразумлением, тако же и Ширамуна отпустил, дабы был он за эту милость, предан ему до смерти аки верный пёс, служил верно и рьяно.

Не забыл Мангу-Хан и добрых дел Бату-Хана, стараниями которого на престол взошёл. Слушал его во всём, полагался на него во всех делах, и имя ему переменил. Назвал Сачин-Хан.

Видя у соседей своих злые намерения против империи, послал брата своего Коплая с великой армией на восток, а брата Галаку, с другой армией на запад. Сам пошёл к месту Чинумачин (А вот это уже о современном Китае!). Когда завевал все малые городы в этом месте, приступил к главному городу, который назывался Чину. Осада началась зимой, и продлилась до весны. Могуллские солдаты были непривычны к такой неумеренной жаркости, какая царит в месте Чину. Начали умирать от болезней, и генералы стали советовать Мангу-Хану отойти до конца лета, дабы не начался мор, и не потерять всю армию.

Но Мангу-Хан был непреклонен, и продолжил осаду вопреки советам. Однако вскоре заболел от дурного воздуха, и через восемь дней умер. Сие случилось в лето 655 (1257).

Весть о смерти Мангу-Хана дошла до Катая, где стояла армия Каплай-Хана, и генералы тут же объявили своего владыку Великим Ханом. Однако же бывший в Каркоруме брат Мангу-Хана Арток-Буга, так же объявил себя Великим Ханом. Тогда Каплай-Хан отправил гонца с письмом, в котором уговаривал отступиться. Но Арток-Буга умертвил посла, чем вельми прогневил Каплай-Хана.

Между тем, Бату – Сагин-Хан, правивший кипчаками, умер, а подданные выбрали  на его место его брата. Арток-Буга отправился на него войною, но будучи разбит, бежал в место с названием Каракум. Каплай-Хан так же пришёл в это место, но Арток-Буга опять сбежал. После, он нашёл способ помириться с Каплай-Ханом, и выпросил прощение.

Галаку поступил разумнее. Он отправил Каплай-Хану поздравление с вступлением на престол империи. А тот ему за это отдал во владение всё, чем могулы владели за рекой Аму. Бурга-Хан стал владеть землями кипчаков. Алгу, внук Чагатай-Хана получил всё, что между Алтаем и Аму.

Немного спустя, Каплай-Хан взял-таки город Чину, и подчинил империи могуллов  все провинции земли Чинумачин. (Китай наш! Вероятно, само слово «подЧИНить» возникло именно благодаря этому событию. ПодЧИНение – покорение Чину, который теперь в России называется Китаем, но в других языках, так и сохранил название China(u). Отсюда ЧИН, ЧИНовник, ведь мандарины (не фрукты), как  госслужащие, это изобретение китайской бюрократии. Вот как подмена всего-навсего одного слова «Чину» на «Китай», позволила сфальсифицировать целую эпоху в истории человечества).

А вскоре, после подЧИНения Чину, Каплай-Хан умер, прожив 73 лета, и правив империей 35 лет.

]]>Хан Хубилай. Фрагмент средневековой миниатюры.]]>

Хан Хубилай. Фрагмент средневековой миниатюры.

Забегая далеко вперёд, добавлю, что Каплай-Хан, он же Хан Хубилай, был величайшим правителем – реформатором. Сегодня это кажется невероятным, но… Вот его заслуги, которыми ныне пользуется весь мир:

- Почта,
- Логистика,
- Стандартизация мер и весов,
- Введение в обращение бумажных купюр,
- Социальное страхование,
- Пенсионное обеспечение,
- Организация промышленного производства металлургических изделий, пороха, бумаги, фарфора, тканей (в том числе шёлка).
- Дорожное строительство,
- Образование,
- Регулярные армия, и военно-морской флот.

А теперь поставьте рядом Каплай-Хана и «Петра Великого». Кто из них более достоин звания "Великий? Большой вопрос...

Чагатай-Хан имел лицо вельми свирепое, так, что каждый боялся на него смотреть, однако у него было чрезвычайно много ума. Именно потому, Чингис-Хан отдал ему во владение всю землю Ма-Уреннерскую, и половину того, что принадлежало городам Харассм, Бадагшан, Балк, Гасмиен, земли уйгуров, и всё до самой реки Сирр-Инди. Однако, Чагатай постоянно пребывал при брате своём Угадае, и вверил правление отдельными провинциями самым благоразумным своим офицерам.

При его дворе находился один волхв, который при попытке обмануть его, мог обратиться в целую армию, которой был вид один, а на самом деле никого не было. Чагатай-Хан возымел любопытство такому умению, и так отвратился от того волхва, что по навету одного из вельмож, бросил волхва в темницу со связанными руками, где тот вскоре умер. Недолго и сам Чагатай-Хан прожил, после того, ибо напала на него неисцельная болезнь, и в лето 640 (1243), Хан умер.

Из великого числа жён и наложниц, оставшихся после него, были две любимые, родные сёстры, дочери Каба-Нояна, главы над поколением Конкраттов. Первая называлась Буссулун, и родила Хану множество детей мужского пола, которых отец любил более всего.

Другая жена прозывалась Тархан-Хатун, которую взял за себя после смерти первой жены. Дети Чагатаевы прозывались так:

- Мутуган,
- Мучи,
- Балда-Шаг,
- Сагинлалга,
- Сарманс,
- Буссумунга,
- Баидар.

Сын Мутугана Кара-Галаку стал владельцем земли Ма-Уреннерской, послесмерти Чагатай-Хана. И имел наследника по Правде (По закону) Мубарак-Шага. Но так как по смерти Хана были другие младенцы, жена его Аргата-Хатун, объявила себя правительницею, до срока, пока сын её не вырастет до возраста, годного к государствованию.

По смерти Мубарак-Шага, корону принял сын Баидара Алу, и наследника имел внука Мутуганова, который звался Бакар-Хан, сын Ясунту, который государствовал два лета, и принял магометанский закон, и стал называться Султан Геласудин. Он был первым из потомства Чагатая, в магометанском законе.

По его смерти ханское достоинство перешло к Беги-Хану, сыну Сарманса. Ему наследником стал внук Мутугана  Буга- Тимур. После смерти Буга-Тимур-Хана, скипетр поимел Доичи-Хан (Предок немцев?), сын Барак-Хана, и имел наследника Конча-Хана.

По смерти Конча-Хановой, другой внук Мутугана Балига-Хан принял скипетр. После правил Исан-Бога, второй сын Доичи-Хана, а наследником имел Дуй-Тимура.

Дуй-Тимуру последовал на престоле брат его Тармашир, который вторично принял магометанство, ибо посте Барак-Хана соблюдение магометанского закона совершенно сошло на нет.

Тармашир был убит братом своим Бутан-Ханом, который похитил престол, и который оставил наследником племянника своего Чангши, сына Улугана. Чангши имел брата Янус-Тимура, который завидовал, и вознамерился убить Чангши-Хана тайно. Но вдова Улуганова, бывшая матерью обоим, заподозрила намерения Янус-Тимура, и предупредила о том Чангши-Хана. Тот вышел с войском навстречу брату своему, но потерпел поражение в бою, и был убит. Тогда Янус-Тимур в отместку за то, что мать предупредила о готовящейся измене, отрезал ей груди в отмщение.

Во время государствования Янус-Тимура, принц из поколения Угадай-Хана Алы-Султан, стал так силён и страшен, что Янус-Тимур, и другие принцы от поколения Чагатая-Ханова не могли ему противится. Так вскоре Алы султан присоединил к своим землям землю Ма-Уреннерскую.

Но по его смерти, Качан-Султан, сын Ясура, сына Урек-Тимур-Хана, сына Кутучая, Сына Босайя, сына Мутугана, сына Чаготай-Хана, вернул поколению Чагатая все утраченные земли. И так было всего 16 ханов от Чагатай-Хана, которые непрерывно правили землёй Ма-Уреннерской. Последующие ханы, имели только имя правителей провинций Ма-Уреннерских, при том, не имея никакой власти над ними.

Качан-Султан был принц весьма жестокий. Начал успешно войну против Амир-Качагана, разбил его войско, и принудил спасаться бегством. Однако зима застигла его, и вынужден он был встать на зимовку. И такие жестоки стужи в ту зиму были, что почти все лошади полегли, и осталась кавалерия пешей. Прознав о том, Амир-Качаган ударил по войску Качан-Султана быстрой конницей, разбил его, и отнял у него жизнь и скипетр. Было это в лето 749 (1349).

Так Качан-Султан стал последним правителем поколения Чагатай-Ханова, правившим Ма-Уреннерскими провинциями 109 лет.

Далее автор очень долго и подробно перечисляет прочих принцев, которые формально имели титул Хана, но реальной властью не обладали. По сути, это запутанное перечисление имён и титулов, а так же степени родства указанных принцев тому или иному из именитых предков, Чагатай-Хану, Угадай-Хану, Тамурбек-Хану и пр.

В то время, пока власти единой в земле Ма-Уреннерсой не было, а принцы враждовали, и непрестанно воевали друг с другом, Амир-Тимур, сын Тарагая из поколения Бурлассов (он же Тамурбек, он же ]]>Тамерлан]]>) был сильнее прочих, но война его шла то счастливо, то несчастливо.

]]>Наследники Чингизхана kadykchanskiy]]>

Тогда Тогалак-Тимур-Хан  вторгся с великим войском в земли Ма-Уреннерские, и взял под защиту всех кто пожелал стать его подданными, и порубил всех, кто противился. Оставшиеся ушли с Амир-Тимуром и Амир-Гуссаином в Харассмскую землю.

Тогалак-Тимур-Хан, пробыв целое лето в землях Ма-Уреннерских, отдал правление над ними сыну своему Илы-Асу-Ходже. (вероятно, современное татарское имя Ильяс, это искажённое Илы-Ас), а сам вернулся в Кашгар, где и умер спустя лето.

Как только Амир-Тимур и Амир – Гуссаин уведомились о кончине своего противника, вернулись в Ма-Уриннер, и прогнали в Кашгар Илы-Асу-Ходжу. Разделили землю на две равные части, и правили долго в мире и согласии. Но на последок рассорились, и учинили великую сечу близ города Балка.

В той битве посчастливилось Амир-Тимуру, а Амир-Гуссейну не посчастливилось, и он был убит в бою, оставив Амир-Тимура единовластником в земле Ма-Уреннерской. Правда, Ханом считался тогда Магомет-Султан-Хан, но власти он не имел, а правил Амир-Тимур.

Амир-Тимур, властвовав таким способом 33 лета, вошёл в землю Рум. В той земле учинил Амир-Тимур кровопролитную битву, которая длилась с утра до ночи. Когда войско Рума было порублено, а его предводитель и владелец той земли Султан-Баячет бежал, Амир-Тимур отправил в погоню Магомет-Султан-Хана.

Ранее нам уже встречалось название Рум, которое по смыслу могло было быть применённым к Уралу. В этом же эпизоде совершенно очевидно, что речь идёт о завоевании Тамерланом Малой Азии – Турции, взятие в подданство Константинополя, и пленении Султана Баязета. Соответственно Румом здесь автор называет территорию современной Турции.

Тот догнал малочисленный отряд, порубил всех, а Султана-Баячета запер в клетке, и привёз Амир-Тимуру. Пробыв год в землях Рум, Амир-Тимур вернулся в свои земли, и там умертвил Султана-Баячета, а вместе с ним и названного Магомет-Султан-Хана, после чего сам и принял ханский титул.

Спустя немного времени отправился в Катай, однако токмо до града Отрар и дошёл, а там умер, государствовав 36 лет, и прожив 63 лета. Сие случилось в лето 807 (1405).

Между тем, жители земель Алатах и Уйгуров, городов Кашгар и Еркеен (ныне посёлок Эркен-Шахар в Карачаево-Черкессии), не видя наследников Чагатай-Хана среди своих, вынуждены были позвать Амулл-Ходжу, который государствовал тогда в земле Ма-Уреннерской, и назывался Илсаном Бога-Ханом.

Был он сын Доичи-Хана, сына Барак-Хана, сына Ясунтуя, сына Мутугана, сына Чаготай-Хана. Женой ему была Сатил-Тамиш, которая была бесплодна.

Обременил он рабу свою Манлаги, а Сатил-Тамиш весьма ревновала мужа, и когда тот был на охоте, выдала чреватую рабу за одного могулла именем Ширагола, и приказала ему её увезти в свою землю.

Вернулся с охоты Хан, и уведомился о случившемся, но виду не подал, а так и умер бездетным. Настали напастные времена междоусобиц, в землях Илсан Бога-Хановых. Тогда один из вельмож кашгарских именем Амир-Иолаучи, который был осведомлён об истории с рабой Манлаги, выданной за могулла, будучи чреватой от законного Хана, нанял человека по имени Таш-Тимур. Дал ему скота всяческого, и отправил отыскать Манлаги.

Долго Таш-Тимур искал могулла по имени Ширагола. Объездил многие городы и земли. И когда уже совсем потерял надежду на счастье в исполнении поручения, нашёл одно место, где жили могуллы. Нашёл и жену по имени Манлаги, и мальчика, сына Хана Кашгарского, по имени Тогалак, который играл во дворе с младшим своим братом. Тайно похитил Тогалака, и привёз к Амиру-Иолаучи.

Тот немедля объявил мальчика Ханом, и назвал его Тогалак-Тимур-Ханом. Был большой пир, с исполнением всех обычаев, положенных в таких случаях.

Ставши сильным, сей хан сначала избавился от заговорщиков и смутьянов, положил конец распрям и усобицам, подчинил Земли Алатах и Уйгурскую, а так же город Еркеен. Затем покорил всю землю Ма-Уреннерскую, которую оставил во владение сыну своему Илыаса-Ходже. Сам же правил в Кашгаре до самой смерти. (Современные историки считают, что здесь речь о Кашгаре, который ныне находится в Китае. О нахождении земли Ма-Уреннер, вообще нет единого мнения, несмотря на то, что переводчик в XIX в. Ещё точно знал её местонахождение. Однако руководствуясь косвенными признаками, а так же мнением переводчика рукописи, я осмелюсь предположить, что Кашгар находился не далеко от Еркеена, на территории нынешней Калмыкии.)

]]>Земля Ма-Уреннер на карте Даниеля Келлера.]]>

Земля Ма-Уреннер на карте Даниеля Келлера.

Тогалак-Тимур-Хан был первым из Принцев поколения Чингис-Ханова, государствовавший в Кашгаре, который принял магометанство. А случилось это так:

Довелось ему встретить на охоте некоторых заморских людей, которые оказались в том месте, где зверь должен был находиться. И вельми прогневался он, ибо строго приказал никому не охотиться там, где он охотится, и никому не ходить, там, где он на охоте ходит, дабы через то не пужать дичины.

Путников положили связанными перед ногами Хана, и тот начал допрос чинить, почто не исполняют они запрет ханский. Лучший из путников именем Самалудин Шейх ответствовал, что идут они из земли Катак, и не знали о наличии запрета, на что Хан ещё пуще осердился. Вы, говорит, таджики, оказывается, а для меня таджик хуже собаки.

Шейх Самалудин ответствовал, что были бы они хуже псов, коли не были бы правоверными. Сей ответ лёг на сердце Хану, и он приказал развязать путников. Уединившись с Самалудином, хан спрошал сего о том, что есть закон магометанский, а Шейх всё подробно рассказывал. Та беседа так Хана впечатлила, что он вознамерился было немедля магометанский закон принять, однако мудр был, и знал, что во его государстве есть обстоятельства, которые противствуют на сей день исполнению решения.

Тогда сказал Хан, чтобы Шей возвратился к нему по прошествии времени, пока он готовит обстоятельстсва благоприятствия. Шейх Самалудин убыл тогда, но прибывши на место заболел, и умирая, передал сой разговор с Ханом сыну своему Шейху Рашидудину, с наказом исполнить обещание вместо себя.

Шейх Рашидудин тотчас после похорон отца отправился в Кашгар ко двору Тогалак-Тимур-Хана. Долго он не мог с Ханом свидится, потому, как не пускали его в замок. Тогда рано утром он встал на высокой горке, и обратил молитву громким пением. Тогалак от сна встрепенулся, и повелел привести к нему, того кто молитву пел.

После беседы с Шейхом, хан порешил принять закон магометанский, и вельможам своим велел. Но один из них, по имени Амир-Секуабис, усомнился в законе, и сказал, что тот час примет правоверный закон, когда шейх Рашидудин пошибёт одного из его силачей из могуллов.

Шейх приблизился к могуллу, и махнул дважды. Одной рукой по лицу, другой в грудь, и тем сшиб воина на землю. Тот кинулся шейху в ноги, и попросил привести его к закону правоверному. Видя это, Амир-Секуабис, и все могуллы, что были с ним, числом в 160000 душ, приняли Закон Магометанский.

Амир-Иолаучи, который помогал взойти на престол Тогалак-Тимур-Хану, меж тем умер, и оставил наследником сына, именем Амир-Худаидат, которому в то время было только сем лет. Тогда младший из дядей с отцовой Амир-Худаидата стороны, именем Камарудин, просил Хана, что понеже Амир-Худаидат в рассуждении своего младенчества не может ещё долго исполнять должностей, каковых требует его важное достоинство, то благоволил бы Хан поручить оное ему, Камарудину.

Хан выслушал тщательно, но не рассудил за благо исполнить прошение. Камарудин был человеком сильным и гордым, и весьма прогневался на решение Хана. Затаил обиду, и по смерти Тогалак-Тимур-Хана, восстал против сына его Илыаса-Ходжи, а убивши его и всю семью из восемнадцати человек, похитил правление, и повелел развесить по всем углам его указ о том, что ежели кто найдёт ещё кого из потомства Тогалак-Тимур-Хана, то пусть убьёт его без всякого опасения. (т.е. владение грамотой в Великой Тартарии было всеобщим. Это весомый аргумент в адрес адептов «Теории варварской Руси до её крещения», а так же тех, кто утверждает, что бумага на Руси появилась только во второй половине ХVI века)

Тогалак-Тимур-Хан родился в лето 730(1330), восприял корону в лето 18 от рождения, магометанский Закон принял в лето 24, а умер в лето 34.

Между прочими детьми, оставленными после смерти, и убитыми в восстании Камарудина, был совсем младенец, сосущий молоко у матери именем Амир-Агахатун. Сия мать не ведала, куда спрятать младенца от побития, и поверила его Амир-Худаидату. И тот хранил его, несмотря на просьбы Камарудина о выдаче младенца (Вот и библейский сюжет о побитии младенцев Царём иродом проявился).

А когда началась война между Амир-Тимуром и Камарудином, то Амир-Худаидат послал молодого Принца именем Шиссер-Ходжа в сопровождении верных людей и престарелых женщин к Бадагшанским горам, откуда берут камень Иаспис (яшму), чтобы его там хранить.

Потом было пять великих битв, после которых так и не ясно было, кто станет победителем. Но вскоре Камарудин тяжело заболел, и уведомившись о сием Амир-Тимур пришёл с великим войском, а армия Камарудина оставшись без командира вся разбежалась. Сам Камарудин, пока находился в бреду, был перевезён в степь к востоку от Кашгара, чтобы не попался он в руки неприятеля.

Многия время спустя, прослышал Амир-Тимур о том, что в отдалённом месте, называемом Малик-Адджан (вероятно, это современный Андижан, в Узбекистане) появился некий человек, который мог быть Камарудином, но в точности этого подтвердить так и не удалось.

После, Кашгаром правил Шиссер-Ходжа-Хан, который ранее спасал последнего потомка Тогалак-Тимур-Хана в горах Бадагшанских. А после него, все его потомки правили в Кашгаре, и всех землях Кашгарских.

Когда Таулай-Хан умер в землей Катайской во время похода брата своего Угадай-Хана, то больший сын его Мангу-Хан получил империю над могулами, по смерти сына Угадай-Ханова Каюк-Хана.

 

Абулгази Баядур-Хан о смене полюсов

Вскоре после восшествия на престол, Мангу-Хан послал брата своего Галаку с великим войском, чтоб завоевать землю Иранскую, и определить одного человека из поколения Уираттов именем Аргун-Ака губернатором Хорассана, который и умер спустя 10 лет, оставаясь правителем.

Сам Галаку пошёл вглубь Ирана, и порубил там весь народ, который назывался Мулагаида с их главой именем Калиф-Имотасим. И не положил оружия до тех пор, пока не покорил всех земель Иранских.

Здесь следует обратить внимание на выражение «Положил оружие», которое современные исследователи истолковывают своеобразно, полагая, что надпись на одной из карт из «Горографической чертёжной книги Сибири» С.У. Ремезова, где в устье Амура имеется надпись, гласящая о том, что до сего места доходил Александр Македонский, где «…ружье спрятал, и колокола оставил», означает буквально: - Спрятал ружья (пушки) в тайнике. И который год подряд обследуют берега с помощью металлоискателей.

]]>Абулгази Баядур-Хан о смене полюсов kadykchanskiy]]>

Между тем, всё может быть гораздо проще: «Спрятал ружья» может быть тождественно выражению «положил оружие». И смысл выражения таков: – «Прекратил боевые действия», или «закончил войну». Как у американских индейцев, которые при заключении мира говорили: - «Закопал топор войны в землю».

Что же касается роли самого Мангу-Хана в истории, то автор, как и современные историки «скромно» умалчивает, о заслугах хана перед Русью. Вопреки распространённым мифам о «монголо-татарском» иге, Мангу дружил с русскими князьями и оказывал всяческую помощь. Он бывал и в Новгороде, и в Пскове, и даже предпринял поход против ливонских рыцарей в Нарве, после чего Ливония много лет исправно платила дань Новгороду и Пскову. В Никоновской летописи об этом событии сообщается следующее:

 «…князь велики Ярослав Ярославич, внук Всеволожа, посла к Володимерю собирати воинства, хотя ити на немци, а собрася сила многа, и великий баскак Володимерский Иаргаман и зять его Айдар со многими татары приидоша, и то слышавше немци устрашишася, и вострепетавше прислаша дары послы своя, и добиша челом на всеи воли его, и всех подариша, и великого баскака, и всех князей татарских и татар; зело бо бояхуся и имени Татарского. И тако всю волю сътворивше великого князя Ярослава Ярославича, и Наровы всея отступишася и полон весь возвратиша» (ПСРЛ, т. X, стр. 147).

Затем Мангу умер, и Каплай-Хан отдал все земли Иранские во владение брату своему Галаку, который умер в городе Шам, правив там девять лет. После него правил сын его Абка, который правил Ираном 19 лет.

После смерти Абка-Хана, брат его Ахмат получил владение. Сей Принц принял Магометанский Закон, но был убит племянником своим Аргуном, сыном Абка-Хана прежде, чем успел Магометанский Закон распространить на всех подданных.

Здесь летописец по какой-то причине не указал на тот факт, что фактически, именно во время царствования Ахмата, Московская Тартария стала доминировать. Момент смещения центра из Кара-Курума в Астрахань проследить довольно сложно, а вот время, когда главным политическим и экономическим центром Великой Тартарии стала Москва, представляется вполне определённо. Это время правления Ивана III.

Именно он стал Великим Ханом не формально, а де факто. И время его правления «случайно» совпало с переломным моментом во всей мировой истории. Это был 7000 год от сотворения мира, который знаменателен «открытием» Колумбом Нового Света и введением новой системы летосчисления «от воплощения Бога Слова», т.е. юлианского календаря. На этот момент приходится и одна из самых значительных катастроф, до неузнаваемости изменившей облик Азии, когда гигантский водно-селевый поток из Северного Ледовитого океана смыл напрочь всю Великую Тартарию восточнее Уральского хребта, до самой Монголии.

Это событие положило начало новому устройству мира, ради чего и была полностью переписана вся история. Не случайно по указу Петра Первого, все старинные книги на территории Российской империи изымались и уничтожались. Полагаю, что есть все основания подозревать, что и в оригинале данной рукописи были подробные описания той катастрофы. Именно, потому в начале восемнадцатого века, шведские офицеры охотились за ней по всей Сибири. Нашли в Тюмени. Перевели с арабского на русский (шведского то языка в то время ещё не существовало), и увезли оригинал и перевод домой в Швецию.

И скорее всего, при переводе на французский язык, из летописи были изъяты все упоминания о потопе, а заодно и подправлены в нужном для новых хозяев мира ключе, все остальные сведения. Проверить истинность этого предположения мы уже никогда не сможем, однако имеющиеся факты говорят сами за себя. Все более менее правдивые сведения об истории, которыми мы располагаем сегодня, начинаются после 1492 года. Что было ранее – неизвестно никому из простых смертных.

Именно после этого года Константинополь захватывают турки, а в России начинается строительство «Нового Иерусалима», «Третьего Рима» - Московского кремля. В этот момент под русского царя подкладывают «еврейскую невесту» Зою Палеолог, и на смену символу Московской Тартарии единорогу, приходит масонский двуглавый орёл. Россия начинает ориентироваться на запад и уничтожать всё, что могло бы напоминать о её прошлом, когда она находилась в составе самого великого и сильного государства, которое существовало за всю историю человечества. Назовём этот процесс детартаризацией, по аналогии с процессами, которые как под копирку срисованы нашими нынешними соседними республиками. Десоветизация, это то же самое, чем занимались в своё время Пётр I и Екатерина II. Но к этому мы ещё вернёмся позже, а пока продолжим знакомиться с «Родословной…»

Аргун-Хан правил семь лет, прежде, чем умер. Потом властвовал брат его Качиет, убивши Байду, который был сыном Тарагая. Но спустя всего восемь месяцев, уже его сын Гасан убил Хана, и похитил скипетр.

Гасан-Хан был первым из поколения Таулая, кто восприял магометанский Закон, и распространил его на всех подданных. А чтобы не допустить паки (опять, снова) упасть их в идолопоклонство, повелел всех идолов сжечь, и капища все тоже. Умер в лето 701 (1302), от рождения токмо 30 лет.

Преемником в Иранской земле был больший сын его Илсеиту Правил с многою славою 13 лет, после чего умер. Следом, корону получил сын его Абусаит. Но тогда ему было токмо 12 лет, и до совершеннолетия при нём был правителем вельможа по имени Амир-Чупани, главный над поколением Сулдус. А когда Абусаит-Хан вступил во владение, получил великую славу, через многую храбрость, расширяя границы земель иранских.

Когда Абусаит-Хан умер, царствоваши 19 лет, то из поколения Сулдус, в котором все отцы и сыны  звались Чупани, отдали скипетр Арпа-Хану, который был потомком Артобуга, третьего сына Таулая. В его правление был некто бывший главою над поколением Уиратов, по имени Алы, который имея великую силу в городе Багдат, учинил Ханом Мусу, потомка Тарагай-Хана. Муса-Хан напал на Арпа-Хана, отобрал скипетр, лишил жизни, и подчинил все земли его.

В то время в земле Рум был Шейх Гаджани Бускур. Он уведомился о делах Мусы-Хана, и так же объявил Ханом Магомета, внука Тумура. Получив достоинство, Магомет-Хан собрал великое войско, и пошёл к границам земли Иран. Муса-Хан, уведомившись о походе Магомет-Хана, вышел ему навстречу к городу Табрис. Была великая битва, в которой войско Мусы-Хана было совершенно разбито, а сам он бежал к Уиратам.

Шейх Алы, уведомившись о несчастии Мусы, отправился в Бастан, где учинил Ханом Тагай-Тимура, наследника Чуджирара, брата Чингис-Хана. Уже втроём они совокупились, и пошли на Магомет-Хана, однако Шейх Гаджани-Джалагир вышел им навстречу, и совершенно разбил в месте Ягармурут. Муса-Хан лишился жизни, а Тагай-Тимур и Шейх Алы бежали в землю Хорасан.

Другой Шейх Гаджани – Ходжа, который командовал близь границ с Румом, уведомившись о несчастливом успехе (Успех, оказывается, бывает разным!) Мусы, собрал великое войско, и выступил против Магомета. Было несколько важных битв, до великой баталии у города Наксиван, в которой счастье было Шейху Гаджани-Ходже. Магомет-Хан был убит во время битвы, а Шейх Гаджани-Джалагир бежал в город Султана.

Шейх Гаджани-Ходжа вручил правление Табрисом женщине по имени Сатибик, а сам непрестанно гнал неприятелей. Шейх Гаджани-Джалагир, видя, что проигрывает, вознамерился просить милости, и сдаться добровольно победителю. Тогда тот вернулся в Табрис, где Сатибик вернула ключи от города, а Шейх Гаджани-Ходжа, в благодарность за верную службу, выдал её за муж за знатного вельможу Сулеймана, сына Магомета.

Некоторое время спустя, Шейх Гаджани-Джалагир сумел найти способ сбежать, и прибыл в Богдат, и учинил там Ханом Джаган-Тимура, потомка Галаку-Хана. Собрал войско, и решил ещё раз попытать счастья в войне с Шейхом Гаджани-Ходжой. Но будучи опять разбит, вернулся в Богдат, где низверг Джаган-Тимура, обвинив его в поражении, и сам взял скипетр. Стал он в то время вельми суров и страшен в правлении землями Богдатскими.

Меж тем, имел он в жёнах одну арапку, которая была дружна с неким Якуп-Шагом. И когда Шейх Гаджани-Джалагир приказал взять того под стражу, за какое то другое дело, убоялась эта жена, что Шейх проведал об их дружбе, и перерезала мужу горло, когда тот спал, напившись вина.

Шейх Гаджан-Ходжа взял себе все владения Богдатские, и стал великим правителем, но при этом так и не взял себе ханский титул. После его смерти, его брат Малик-Ашраф был приемником, и учинил Ханом одного из потомков Галаку-Хана Нау-Ширвана, но после раскаявшись в том, низверг его, и сам стал Ханом. Однако жизнь вёл он непорядочную, и подданные его отправились к Джанибек-Хану, который правил в Даште-Кипчаке с жалобою.

Джанибек-Хан пошёл на Малик-Ашрафа войною, и побил его, взявши правление над всеми землями его. Случилось это в лето 756 (1356).

Далее автор (а скорее всего, переводчик) нарушая хронологию, вернулся к описанию событий, которые происходили задолго победы Джанибек-Хана над войском Малик-Ашрафа.

Вполне может быть, что связано это вовсе не с забывчивостью старого хана, а является последствием подделки летописи, когда переводчики  удалили значительную часть текста, содержавшего сведения об истинных причинах гибели Великой Тартарии, а потом грубо «склеили» оставшиеся части повествования. Но «монтаж» оказался весьма корявый.

 Чингис-Хан был в походе, когда Борта-Кучин, мать Чучи-Хана была им беременна. Тогда пришли Маркатты, напали на их жилища, разорили, и увели с собой Борта-Кучин. Но поскольку она являлась невесткой Аунек-Хану Караитскому, бывшему другом Иессуги-Баядур-Хана, отца Чингис-Ханова, то тот час была ей дарована свобода, и охрана для препровождения к мужу.

В пути родила она сына, и не на что было его положить. Тогда сделала она из муки густое тесто, которое положила на камень, и в него укутала младенца.

Когда прибыла к мужу, Чингис-Хан пришёл в великую радость, и воскликнул: - «Слава Богу! Ты уже возвратилась с Чучи»! (Чучи, с могуллского, значит – гость). С того времени все стали называть его Чучи. А когда умер он, при жизни отца своего, в земле Даште-Кипчак, где он государствовал, Ханом стал Бату. (Здесь переводчик делает примечание о том, что народ, который ныне называет себя казаками Запорожскими, Донскими, и Яицкими, происходят от тех самых кипчаков. Шах и мат современным историкам, этнографам, и в первую очередь - националистам.)

На отеческий престол посадил его Белгатай, посланный Чингис-Ханом. Только закончились торжества и пиры, как пришло известие о кончине Чингис-Хана в стольном граде Каракоруме. Тотчас Белгатй с Бату отправились в Кара-Курум, вручив правление на время отсутствия, меньшому брату Тогай-Тимуру.

Когда Бату-Сагин-Хан прибыл в столицу, то долгое время оплакивал смерть отца. После было собрание всех принцев,  главных офицеров и знатных вельмож, для избрания наследника. После восшествия на могуллский престол Угадай-Хана, пять принцев отправились в поход на Катай, результатом которого Угадай-Хан остался вельми доволен, и отметил ум и храбрость Бату-Сагин-Хана. Некоторое время спустя возвращения Бату из катайского похода, Угадай-Хан вверил ему войско великое для похода против Черкассов, Руссов, Башкирцев и Волгар.

Дал ему своего сына Каюка, сына Таулая – Мангу, и сына Чагатая – Бедара. Когда Бату-Сагин-Хан с великим войском прибыл в Даште-Кичак, брат его,   правивший в отсутствии, встретил его, и принцев при нём, со всевозможным великолепием, и вкусными угощениями, которыми все угощались три дня. Потом Бату-Сагин-Хан от своей персоны объявил пир, который длился сорок дней. А по окончании веселий, отправились в поход. Тот поход возымел такой успех, о котором весь свет знает.

Возвратился потом благополучно в Даште-Кипчак, где умер вскоре, в столичном городе, Шоя, в земле, называемой Кокорда.

Современные историки, почему то считают, что Кокорда это некая мифическая Синяя Орда – Кок Орда, и никак не могут найти область на карте, где же она могла располагаться. Однако у переводчика не возникает вопросов даже о точном местоположении великого каменного города Шои. Его руины ещё в XIX веке находились у места впадения реки Уриславы в Волгу. Город был разрушен войсками Тамерлана, и никогда после не отстраивался заново.

 Проблема сейчас только в том, чтоб идентифицировать современное название одного из притоков Волги с тем, который в прошлом носил звонкое имя Урислава. По неподтверждённым сведениям, в недалёком прошлом, в месте впадения реки Ахтубы в Волгу какие то развалины разбирали для использования в качестве стройматериалов. Это прямо на противоположном берегу от Волгограда, который в прошлом назывался Сталинградом, ранее Царицыном, а ещё раньше носил имя Царица. И в этом- то, как раз, и может крыться разгадка. Дело в том, что традиционно, города называли по имени притоков рек. Например, в месте впадения реки Плескавы в реку Великая построили крепость, и она называлась Плескава (ныне Псков).

Следуя этой логике, можно утверждать, что речка Царица, и дала имя городу. Но поскольку Волгоград находится на противоположном берегу, а у слияния Ахтубы и Волги были какие то руины, то так же можно сделать предположение о том, что ранее Царица находилась на левом берегу Волги на месте впадения одноимённой реки в Волгу – Ра. Тогда, это могли быть руины того самого каменного города Хана Батыя - Шоя, на реке Уриславе - Царице.

 И вполне возможно, что город Шуя, в Ивановской области, мог быть привнесённым топонимом. Такое часто случается, когда переселенцы, строя на новом месте город, называют его именем того места, откуда они пришли. И Шуя, вполне могла изначально называться Шоей. Но, безусловно не той, где была столица Кокорды.

 По смерти Бату-Сагин-Хана, брат его Бурга вошёл на престол Даште-Кипчацких земель. Устроил по этому поводу великий пир, и богато одарил всех знатных вельмож и офицеров. Послал великие дары и Каплай-Хану, дабы тот благословил его на престол. И правил он мудро, покрыв себя славою. А соседи его боялись и уважали.

В одно время отправился он ко двору Каплай-Хана, и в пути повстречал купцов бухарских. После бесед с ними, возжелал он тут же принять Закон Магометанский, и подданных всех к нему привести. Однако умер он, не успел осуществить задуманное. Царствовал 25 лет, и наследником ему был брат Менгу-Тимур.

Сей Хан, принявши корону, отдал в вечное владение Баядур-Хану некоторое поколение из числа своих подданных, называемое Ак-Орда (Современные учёные не могут указать на местонахождение Белой Орды, между тем, существует множество косвенных свидетельств о том, что Белая орда находилась на месте нынешних Литвы и Белорусии, включая современны город Липецк. Именно Белая Орда стала основой Великого Княжества Литовского), а Оран-Тимуру, сыну Тогай-Тимура, отдал города Кафу и Крим. (Кафу - Феодосию, которая по версии ортодоксальной истории считается генуэзской колонией, аж до 1475г., после чего, она вроде бы стала принадлежать Османской империи. А город Крим, это современный Симферополь).

Потом пошёл войною на Волгар (Переводчик уточняет, что Волгария, это провинция к востоку от Волги до Орловских гор (Урал), и от Самары до Камы), и вернулся совершив там много славных побед. Однако, вскоре снова выступил, на сей раз в земли Иранские. Там правил его друг Абка-Хан, с которым они каждый год обменивались подарками.

Дружба эта продолжалась до самой смерти Абка-Хана. Наследником был Ахмат, сын Галаку-Хана. Восприял Магометанский Закон, и сел на престол Иранских земель. Но Аргун, сын Абка, его убил, и завладел короною. Уведомившись о том, Менгу-Тимур-Хан послал двух генералов называемых Ташай и Туркатай, с 80000 человек воска.

Аргун-Хан, прознавши о том, послал навстречу лучшего своего офицера именем Амир Тагарат, и следом сам выступил. В месте, называемом Карабах, обе армии сразились, и армия Менгу-Тимур-Хана была побита. Этой новостью Хан так опечалился, что вскоре от этого умер.

По смерти его на престол земель Кипчацких взошёл сын Бату-Сагин-Хана Туда-Мангу, и так отяготил подданных непомерной данью, что Тохтагу, сын Менгу-Тимур-Хана вынужден был показать на несправедливость. И так плохо был принят Ханом, что пришлось и вовсе уехать в соседние земли. Но некоторое время спустя, Тохтагу вернулся с сильным войском, разбил Туда-Мангу-Хана, и отобрал скипетр. Сам стал Ханом Кипчацким, правил шесть лет, был любим подданными, и покрыл себя славой, присоединив множество городов и земель. Погребён в городе Шагарисарайчик.

По смерти его, преемником стал сын Усбек-Хан. И хоть было ему всего 13 лет, правил с великими мудростью и постоянством. Ввёл Магометанский Закон во всех провинциях. Усбек-Хан был столь любим всеми народами, что они приняли на себя его имя на вечные времена, и прозвались Усбеками.

Наследник его, Джанибек-Хан, также ревностно следил за соблюдением магометанского Закона всеми своими подданными, во всех землях Кипчацких, и получил за это славу благочестивого правителя. Во время его царствования, Малик-Эшреф, сын Тимур-Таша, похитил престол Адирбейцана и соседних провинций. Вёл он жизнь непутёвую, и был таким тираном, что многие его подданные сбежали к Джанибек-Хану.

Среди них был один из учителей Закона Магометанского, называемый Могосудин, который публично толковал Закон в мешедах. Он рассказал Хану о том, что если не пресечь неправедную жизнь. Которую ведёт Малик-Эшреф, то глядя на него и его подданные, а следом и подданные Джанибека примут порочные привычки, и тем поставят под угрозу благополучие всех земель. (Вот какое важное значение отводили в прошлом, роли морали и нравственности. Они считались основой безопасности государства) Услышав сие, Джанибек-Хан повелел собрать войско, и выступил на Малик-Эшрефа.

Пришёл, порубил неприятеля, Малик-Шарифа убил, и присоединил его владения к землям Кипчацким. Провинции раздал своим офицерам, а богатства хищника в злате, серебре, каменьях и прочих дорогих вещах, уместилось в обозе из 400 верблюдов. Трон Малик-Шарифа достался сыну Джанибек-Хана Бердибеку. Сам воротился в свои земли с богатой добычей, но тут же занемог, и боясь, что не успеет передать трон сыну, отправил гонца в Адирбеицан, чтобы Бердибек немедля выехал к отцу. Но понимая, что из-за дальности расстояния, не успеет сын воротиться до смерти его. Повелел вельможам, чтоб посадили на трон Бердибека, как только он приедет.

Джанибек-Хан славно правил семь лет. Погребён в городе Шагрисарайчике. Случилось это в лето 758(1348).

Здесь переводчик однозначно указывает на местоположение города Шагрисарайчика:

]]>Абулгази Баядур-Хан о смене полюсов kadykchanskiy]]>

Сын Бердибек оплакивал отца три дня, после чего объявил себя Ханом, и тут же пустился в крайнее тиранство, и так отдался совсем скотской жизни. Очень боялся, что за недостоинства его свергнет кто-либо из сродников, и повелел убить их всех. Однако же развратное житие, лишило его жизни в лето 762 (1361). На нём потомство Менгу-Тимур-Хана пресеклось, и скипетр Кипчацкий был передан другим потомкам Чучи-Хана.

По смерти Бердибек-Хана, Русс-Хан, сын Обдакул-Оглана, сына Ходжая, сына Авас-Тимура, сына Тогай-Тимура, сына Чучи-Хана, сына Чингис-Хана похитил скипетр Кипчацкой земли, и государствовал несколько лет весьма тихо. Наконец Токтамиш, сын Токолы-Ходжа—Оглана, сына Сарицая, сына Авас-Тимура, сына Токай-Тимура, сын Чучи-Хана, решил согнать Русса с престола.

Пошёл на него с войском, но потерпел несчастие в битве, и принужден был бежать в землю Ма-Уриннерскую, к своим родичам. Там взял войско великое,  и выступил против Русс-Хана. На этот раз побил его армию, и сам Русс был убит. Так в лето 777 (1376) Токтамиш-Хан стал владельцем земель Кипчацких.

Когда Токтамиш-Хан узрел некие признаки тайного покушения со стороны родичей на его престол, пошёл он с великим войском в землю Ма-Уреннерскую, взял град Самаркант, и всех порубил. Отступил в свои области, но Амир-Тимур-Хан уведомившись о падении Самарканта, погнался за ним с таким поспешением, что нагнал ещё на берегах реки Ателла (Итиль (Волга-Ра), Ателла, или Атилла, означает «Каменная река». Сходное название существует и ныне, это приток Камы Ак-Идель. С этим гидронимом часто связывают имя легендарного вождя Гуннов – Аттилу, который, по последним данным, являлся одним из первых славянских Князей, основавших гарнизоны западнее Дуная, и которому платила дань Римская империя).

Видя, что не избежать битвы, Токтамиш-Хан принял её в неудобном для себя месте, бился весьма искусно и бесстрашно, не смог одолеть Амир-Тимур-Хана, и потерпел несчастие. Вернувшись в землю Ма-Уреннерскую,  Амир-Тимур-Хан решил собрать всех, кто может держать оружие в руках, и вести назад, чтоб покорить земли Кипчацкие, пока армия Токтамиш-Хана не собрала силы, но его мудрецы отговорили от сего, увещевая, чтоб не губил весь народ.

Принц Каверчик, сын Русс-Хана, похитил скипетр Токтамиш-Хана по смерти его, несмотря на то, что было у того восемь сынов:

- Джалалудин,
- Джабар-Бирди,
- Каюк,
- Карим-Бирди,
- Искандер,
- Абюсаит,
- Ходжа,
- Кадир-Бирди.

С того времени Кипчацкими землями владели только Руссы, а в лето 961 (1554) все Кипчацкие и Волгарские земли покорились Московской Тартарии (имеется в виду взятие Казани и Астрахани Иваном Грозным), и уже не слыхать было о потомках Хаджи-Гарай-Хановых, однако Крымские Ханы все были из этого поколения.

Чучи-Хан ещё при жизни отца своего, собрал войско и провиант со всех земель для похода на Руссов, Черкасов, Башкирцев и Волгар, но смерть не допустила его. Тогда Чингис-Хан отправил вместо него Бату-Сагин-Хна, сына Чучи-Ханова. А когда тому и смерть Чингис-Ханова воспрепятствовала, Угадай-Хан, вернувшись из Катая, вознамерился исполнить сие предприятие. Отправил Бату-Сагин-Хана с великим войском во град Москву, где руссы совокупно с немцами ретраншементом окопались.

Для справки: - Ретраншемент - фортификационное сооружение, внутренняя оборонительная ограда, расположенное позади какой-либо главной позиции обороняющихся, позволяющее обстреливать пространство за нею и принуждающее противника, овладевшего главной позицией, вести дальнейшую атаку. Это крепостная вспомогательная внутренняя постройка в виде вала со рвом впереди, дававшая возможность продолжать оборону после того как противник занял главный вал, и вести обстрел внутренности последнего. Термин употреблён явно переводчиком, а во времена, в которые происходили описываемые события, такие сооружения называли: - абшнит

А кого автор называет немцами, это большой вопрос. Скорее всего балтийских славян из Пруссии

Три месяца тщетно пытались из ретраншемента неприятеля выгнать, пока не разделились. С одной стороны Бату-Сагин-Хан, с другой, брат его Шейбани. Спешились, и схватились в жестокой сече. Руссы потеряли 70000 убитыми из лучшего своего войска.

После великой сей победы, Бату-Сагин-Хан далее вступил в Русские земли, где завладел многими городами, после чего возвратился с великими славою и богатством, а Орда его получила название Ичен. Желая отблагодарить за верность и великую отвагу брата своего Шейбани, подарил ему 15000 фамилий, а так же отдал ему все покорённые города союзников Руссов: - найманнов, карликов, курисов и уйгуров, однако с условием, чтоб самому жить в тех землях, которые лежали между провинциями его державы и землями Орда-Иченовыми. Летом ему надлежало быть близь гор Аральских и реки Яиджика, а зимою около Каракума, Аракума и рек Сирра и Сареса, потому, что сии места сильно подались к полудню.

И вот тут наступает момент истины. Очень похоже на то, что те, кто вносил правки в оригинальный вариант старинной рукописи, банально проморгали одно из свидетельств, прямо указывающее на глобальный катаклизм, изменивший облик Евразии, и весь ход мировой истории. Фальсификаторы забыли вымарать фразу «.. сии места сильно подались к полудню». Никто по сей день не обращает никакого внимания на эти слова, а между тем, они означают буквально: - «Эти земли переместились к северному полюсу».

Что это может означать? Полагаю, что только одно: - Наш континент оказался ближе к арктическому полярному кругу, чем он находился до этого. Точнее, не континент сместился, а северный полюс приблизился к континенту. Это объясняется Теорией смены полюсов.

Если ось вращения Земли раньше имела иной наклон, и северный полюс находился на территории Гренландии, а потом он переместился на его нынешнее место, тогда фраза становится понятна без всяких токований. И тогда становится понятным и механизм произошедшей катастрофы. Евразия словно «взмахнула своим правым крылом», которое буквально поднырнуло под толщу океанских вод. Однако, вернёмся к документу:

Один из сыновей Шейбани поселился далеко в землях Руссов, и все потомки его там так и остались. Все немецкие Ханы ведут родословную от Шейбани-Хана. (Вот откуда взято название Швабия! Швабы – потомки татарина Шейбани)

]]>Абулгази Баядур-Хан о смене полюсов kadykchanskiy]]>

Для справки: - Швабы (нем. Schwaben) — немцы, говорящие на особом швабском диалекте (одном из южнонемецких диалектов) немецкого языка.

Историческую область на юге Германии, где большинство проживающих говорят на этом диалекте, называют Швабия (нем. Schwabenland).

 Когда Шеибани-Хан умер, в землях, которые оставил ему брат его Бату-Сагин-Хан осталось обильное его потомство, среди которого был Кучум-Хан, последний из рода Шейбани, который государствовал в земле Туран. В старости совсем ослеп, царствовав 40 лет. Тогда в лето 1003(1595), Руссы в ступили в его земли, из которых он был принуждён спасаться бегством. От того, с тех времён замлёй Туран завладели Руссы, а Кучум-Хан умер в земле Маркаттов.

Когда умер Менгу-Тимур-Хан, наследие получил третий сын его Фюлат. У него были сыны Даулат-Шейх-Олан, и Араб-Шах, которые и разделили наследство. Летом жили на берегах Яиджика, а зимой Сира. Даулат-Шейх-Оглан имел одного сына именем Абулгаир-Хан, который был вельми страшен всем своим соседям, имел 11 сынов, из которых больший был Шабадах-Султан. А у него было два сына, из которых больший прозывался Магомет, по прозванию Шабахт, а меньший – Магомет-Султан. Он имел сына именем Обеит-Хан, который царствовал в Великой Бухарии.

Второй сын Абулгаир-Хана назывался Ходжа-Магомет, но Усбеки называли его Ходжа Амтинтак, для того, что был он очень глуп. Сын его, Чанибек, так же был дурак. И сын Чанибека Искандер хан тоже был дурак, как отец его и дед. Однако был набожен, и забавлялся токмо соколиной охотой. Его внук Абдулмомин-Хан был последним, из сего поколения Шеибани-Хана.

Спустя два поколения правителей скипетр взял принц великой надежды Тимур-Шейх-Хан, но жил очень мало, ибо Калмаки числом в 2000 человек нападши на его земли, разорили множество жилищ, и взяли в полон великое число его подданных. Уведомившись о том, Тимур-Шейх-Хан с малым числом воинов настиг Калмаков, и с храбростью, достойной лучшего счастья лишился жизни вместе со всеми своими человеками. Умер в цвете молодости, не оставив после себя наследников.

Так, многие из его подданных ушли к другим принцам, а вдова, будучи беременной, и о чём не ведал никто,  осталась с одними Уйгурами, которые тоже хотели покинуть её, но сказали, что остались бы, кабы хоть какая невольница осталась беременной от Хана. Тогда вдова сказала, что она сама беременна уже три месяца. И так Уйгуры её не оставили.

Уведомившись о сём, найманны  остались там, где были, в ожидании кого родит вдова, сына или дочь. Родился сын, которому дали имя Ядигар. Уйгуры послали вестника к найманнам, с сей ведомостью, которые столь возрадовались, что одарили вестника чёрным конём, а сами вернулись под державу молодого государя. По их возвращении, дали уйгуры им левую сторону. С тех пор сие вошло в обычай, когда найманны сходятся с уйгурами, то берут всегда левую сторону. (У магометан, считалось почётным - место за столом по левую руку от хозяинf дома) С тех пор эти поколения пребывали в непоколебимой верности своему государю.

 

Забвение наказов Чингизхана

]]>]]>

Ядигар-Хан имел четырёх сынов:

- Бурга-Султан,
- Абулак,
-Амунак,
- Абак.

Бурга-Султан был Принц велико храбрости. Его грудь была не такой,  как у обычных человеков, с ребрами, а имела одну сплошную плоскую кость. Жил он во время Абулгаир-Хана, и бывшего его весьма старее.

Был в той земле некий Принц из потомков Амир-Тимур-Хановых, именем Абусаит-Мирза, который убив другого Принца именем Абдулатиф-Мирза, завладел всею землею, и принудил сына Мирзу-Магомет-Чуки убежать к Абулгаир-Хану, который принял его очень хорошо, для чего жена его, была тёткой с отцовской стороны Мирзе-Магомет-Чуки.

]]>Музыкант играет на кугиглах во время ярмарки в Тартарии. Фрагмент гравюры восемнадцатого века.]]>

Музыкант играет на кугиглах во время ярмарки в Тартарии. Фрагмент гравюры восемнадцатого века.

Через некотороt время после этого пронёсся слух о том, что Абулсаит-Мирза со всеми силами своими пошёл к провинции Хорассан, и что уже оттуда пришёл к земле Мазандеран, вручив правление в земле Ма-Уреннерской, некоему вельможе поколения Арлатов, именем Амир-Масету. Тогда Мирза-Магомет-Чуки решил, что пробил его час, и стал просить помощи у Абулгаир-Хана. Тот призвал Бурга-Султана, чтоб тот возглавил войско в 30000 человек, для похода под началом Мирзы-Магомет-Чуки против Амирсаит-Мирзы. Бурга-Султан дал своё согласие.

Выступили на Ташкант, который отворил им ворота без всякого противления, а оттуда пошли в город Шаирохоя, который также взяли. Потом переправились через реку Сирр, и поворотились к Самарканту. Губернатор Самарканта, не дождавшись возвращения Абулчаит-Мирзы, вышел с его войском навстречу. Бурга-Султан решил воспользоваться отсутствием конадира у неприятеля, и принял бой. Сам командовал левым флангом, Мирза-Магомет-Чуки серединой, а правым флангом командовать назначили генерала Гишкан-Оглана. В таком расположении они жестоко напали на войско Абулчаит-Мирзы, и вскоре совершенно разбили.

Амир-Масета укрылся за стенами Самарканта, и отправил гонца в землю Мазандеран, для уведомления Абулчаит-Мирзы о случившемся. Тот немедля собрал войско, и отправился к Великой Бухарии.

А Бурга-Султан с Мирзой-Магомет-Чуки тем временем уже взяли все города земель Кучин, Кармина и Ма-Уреннер оставив только Самаркант и Бухару.

Уведомившись о том, что Абулчаит-Мирза приблизился к городу Балку, Бурга-Султан рассудил, что пока в их руках земли Ташкант, Туркестан и Ма-Уреннер, и пока могут надеяться на усердие их жителей, то надобно уклониться от войны всяким образом, и идти на реку Аму, чтобы пресечь проход неприятелю рекою, ибо попытка переправы, повлечёт гибель всей армии. Но вельможи земли Ма-Уреннерской, которые были мнения  Мирзы-Магомет-Чуки, звали на реку Сирр, под город Шагирохой.

Абулчаит-Мирза осадил, и через четыре месяца осады взял его, приобретши вельми добра и скотины. Было это в лето 860 (1463г.)

В скором времени Ходжаш-Мирза и Мюсаби, близкие соседи, рассорившись между собой учинили войну великую, в которой уча изменила Мюсаби. Он бежал к Бурга-Султану, который ещё не был тогда верховным владетелем, а потому решил, что не сможет с пользою стараться о Мусаби. Потому мудро вынес сие дело на Меру (Мера – аналог вече).

Собравшихся самых знатных подданных отца своего, Бурга-Султан так умело смог уговорить, что те единодушно согласились, чтоб отдать самодержавную власть Жадигару, и объявить его Ханом. Тогда Бурга собрал войско, и вместе с Мусаби вышел против Ходжаш-Мирзы. Сначала всё было очень плохо. Дело случилось в начале зимы, и выпало очень много снега. Воины терпели голод и холод, а коням совершенно невозможно было откопать еды из под снега. Офицеры сталь советовать повернуть назад пока не поздно. Но Бурга дал два дня, и если не найдено будет войско Ходжаш-Мирзы, тогда повернёт он назад.

Войско вскоре было найдено. В стан врага были посланы лазутчики, которые взяли языка и уведомились, что это армия Ходжаш-Мирзы. Армия Бурга-Султана внезапно налетела на неприятеля со всех сторон, и все были порублены или в полон взяты. Ходжаш-Мирза был убит, а его дочь взял себе в жёны Бурга-Султан. До весны войско Бурги стояло в соседнем городе.

Далее Алулгази-Баядур-Хан повествует о многочисленных войнах, произошедших между потомками Чингис-Хана. На протяжении несколько глав, описываемые события походят одно на другое, словно вереница кошмарных снов. Меняются только названия до основания разрушенных городов и имена противников, которые позабыв заветы своего великого предка, предались гордыне, жажде власти и богатства, и ослеплённые взаимной ненавистью, без устали истребляли друг друга.

Это была кровопролитная гражданская война, унесшая сотни тысяч жизней и сотни больших и малых городов, которые были полностью стёрты и с лица Земли, и из народной памяти. В этот период была полностью уничтожена и жемчужина Великой Тартарии, величайшая в Туркестане Семипалатная крепость. Символично, что в двадцатом веке именно на её месте был устроен Семипалатинский ядерный полигон, на котором испытывалось самое разрушительно оружие, созданное человеком.

Переводчик в своей сноске подробно описывает великий город из белого камня с Семипалатной цитаделью. Но самое любопытное в его примечании, это упоминание о том, что российский император (какой именно, не уточняется) отрядил команду на руины Семипалатинска, которая вернулась в Петербург с найденной под руинами, библиотекой. Говорится, что великое множество свитков и книг были написаны на бумаге, шёлке и пергаменте, на множестве языков, в том числе и на китайском.

Энтузиастам, изучающим так называемые «звёздные крепости», известно о существовании такой на месте нынешнего посёлка Старая крепость, вблизи Семипалатинска. Но мало кто верит в то, что её строили русские фортификаторы в восемнадцатом веке. А вот сведений о том, что там была найдена целая библиотека периода «джунгарских войн» не встречается нигде, кроме данной рукописи. Как ничего неизвестно и о её дальнейшей судьбе.

]]>Забвение наказов Чингизхана kadykchanskiy]]>

 О падении нравов  в остатках Золотой Орды красноречиво говорит и такой эпизод:

Тимур-Султан, возвратившись в Уассир, поднёс тот час одну ногу барана, отцу своему Акаттай-Хану, который у него спросил, где он её взял. А уведомившись о том, оную ему подарил мужик, что ради подношения он убил тучного барана, сказал сыну: - «Мне уже пятьдесят лет, однако я никому не учинил тягости тем, чтобы меня кто кормил. Тебе же всего пятнадцать лет, а ту же ходишь по мужикам, которые бьют баранов, чтобы тебя угостить. Что же ты будешь делать, когда станешь старше? Тогда станут бить лошадей и коров? А подданные твои с тебя пример будут брать, и тоже начнут к бедным людям за подарками ходить. Так ты в нищету вгонишь тех, о ком печься и заботиться обязан по положению твоему. Это ты должон обеспечить им возможность кормиться, чтобы и твою силу умножать».

Затем раздел Хан своего сына и дел ему пятьдесят плетей, так что рубаха на спине у него вся кровью пропиталась.

Тимур-Султан выучил урок, и в дальнейшем стал хорошим правителем, получив во владение провинцию с 5 или 6 тысячами фамилий туркоманнов. Однако ни писать, ни читать он так и не научился, хотя счёт своим доходам и расходам исправно вёл.

Как мы помним, выше автор не единожды упоминал о фактах, прямо свидетельствующих о том, что раньше, грамотой владели все могуллы от мала до велика, и вне зависимости от положения в обществе. А тот факт, что к середине шестнадцатого века уже даже не все ханы владели грамотой, является свидетельством упадка. Снижение уровня образования, это верный знак, указывающий на приближение краха государства. Другим тревожным знаком является и появление претензий на власть у ближайших соседей:

Ко двору Абдуллы-Хана прибыл посол Пиалаша, от Султана Калифа Румского. Калиф предложил заключить союз, со всеми своими силами, а взамен обещал не нападать на земли Хорассанские и Туркестанские.

Из этого ясно следует, что турки-оттоманы, которые уже владели Константинополем, перестали видеть в могулах серьёзных конкурентов и сделали расчет на то, что империя ослаблена гражданской войной. Кроме того, они считали, что прямых потомков Чингис-Хана в орде уже не осталось, а себя они считали единственными легитимными наследниками трона могуллской империи, которым власть дана от самого Бога.

Поэтому необходимо и нашим современникам строго усвоить, что если сосед относится к вам высокомерно, и имеет территориальные и иные претензии, то это не сосед плох. Это вы утратили способность сопротивляться агрессии. Слабых всегда пытаются поглотить более сильные. И единственным способом для государства не исчезнуть со страниц учебников, это быть сильным.

Когда скипетр Харассмский достался Арап-Магомет-Хану, выехал он летом на берег реки Аму со своими вельможами. А Яиджикские руссы уведомились, что летом в Ургенсе военных сил мало остаётся. Пришли туда числом в 1000 человек, и более 1000 там порубили. Нагрузили 1000 телег разного добра, а что не смогли взять, всё сожгли. Арап-Магомет-Хан уведомился о сём, и пресёк руссам обратный путь некоем опасном месте. Яиджикские руссы совсем деревьев ранее не видели, а у реки Аму в обилии растут густые дубняки, вот там и угодили они в засаду.

Бросили они свой обоз, и пошли в обход. Но Хан опередил их, и паки запер в другом месте, где воды совершенно не было. В живых только 100 человек ушло, и хижину себе поставили. Питались рыбною ловлею, ожидая благополучного случая, чтобы возвратиться. Но Арап-Магомет-Хан уведомился об их убежище, послал туда воинов, которые всех порубили. Было это в окрестностях города Тук.

Здесь автор описывает собственную версию похода отряда уральских казаков под предводительством атамана Беговича (Хивинский поход 1714-1717гг.). Скорее всего, старый хан пытается оправдать бессмысленное варварское истребление отряда, который не ходил на Ургенч, никого не рубил и не грабил. На самом деле экспедиция была предпринята для разведки местности, чтобы выяснить, впадает ли река Кгеселл (северный приток Аму-Дарьи) в Аральское море. По другим селения, основной задачей похода было подтвердить, или опровергнуть слухи о том, что в этой реке богатые россыпи самородного золота.

Шесть месяцев спустя, отряд колмаков в 1000 человек так же был порублен из-за подозрений хана в их недобрых помыслах.

А ещё два года спустя, Арап-Магомет-Хан решил, что наиманны строят козни, дабы похитить его трон.

А после того, как калмаки пришли и отомстили за смерть своих людей, Хан и вовсе начал подозревать измену среди сынов своих, коих у него был семь. Запретил им спать с жёнами целый год, а двоих отправил в поход на Персию.

Велел выкопать от реки Кгесел рвы с затворами, в которую стали пускать воду, и рожь паки начала обильно рожать. И так обильно родилась, что цены на хлеб упали до прежних. За одну тангу можно 200 фунтов купить. (вот и указание на изменение климата в середине восемнадцатого века) Когда нужно было напоить поля с рожью, затворы открывали, и вода из реки заполняла канвы. А потом затворы запирали, и река паки текла своим прежним руслом. (т.е. отцом ирригационных каналов в Туркестане можно считать Арап-Магомет-Хана)

Сыны Хана Илбарс-Султан и Исфандиар-Султан, вернувшись из Персии привезли много добра. А Арап-Магомет-Хан был в отъезде. Возвращаясь домой из града Хаюка, остановился с вельможами на ночёвку в городке, называемом Хасган. Илбарс-Султан уведомился о том, и послал пятьсот человек из свего лучшего войска, и послал их туда. Те захватили Арап-Магомет-Хана и его ближайших людей, и отвезли назад в Хаюк. Обращались с ними как с пленными.

Илбарс-Султан раздал войску казну отца, а ханом сделался брат его Исфандиар-Султан.

Далее следуют подробные описания того, как Илбарс отпустил отца на волю, а сам, понимая, что головы ему не сносить за его поступок, ушёл в леса с шестью верными офицерами. А потом, словно в телевизионном многосерийном телесериале описывается череда дворцовых интриг, измен, предательств, погонь, и т.д. С точки зрения любителей авантюрных романов, наполненных восточной экзотикой, это может оказаться интересным, но нас интересует только историческая сторона событий, а не романтика в стиле кинофильма «Багдадский вор».

По смерти Арап-Магомет-Хана престолом паки завладел Исфандиар-Султан. Государствовал 12 лет и умер в лето 1044 (1647г.) называемое Гилки, что значит лошадь. По смерти его, брат его Шариф-Магомет-Султан восприял ханское достоинство и отправился в Ургенс. Поссорился с калмаками, которые отобрали значимую часть его хорассмских земель. Умер в лето 1052 (1655г.)

Далее автор подробно в деталях описывает рождение, военные подвиги и смерть Абдулгачи-Баядур-Хана в 1677г. А завершается рукопись неожиданно:

Что же касается до меня, Ануша-Магомет-Баядур-Хана, то я исправил и совершил сию книгу в Хаюке, в лето 1076 называемое Гилан, т.е. змий. (на полях имеется типографская заметка – «лето благ.1665», что вызывает вопросы: - что означает «лето благ», и почему 1665? Ведь могуллский календарь короче юлианского на 603 года, а значит должен был быть указан 1679г.) Сие я принужден был делать сам, для того, что мало находится учёных людей в наших провинциях.

 

Читать продолжение...

Читать с самого начала >>>

 

Нажмите Подписаться на канал, чтобы не пропустить наши новые видео.

 
Развернуть комментарии