Куда направлены пирамиды инков. Теория сдвига полюсов

Предлагаю познакомиться с материалами, отражающими тему сдвига полюсов в мифологическом наследии инков. Осировка наиболее крупных пирамид, как минимум, говорит нам о двух продолжительных периодах, в течении которых проживающие севернее майя с невероятной производительностью строгали эти объекты.

Отсутствие прошлого полюса в направлениях, выбираемых строителями, объяснимо его близостью и суровыми условиями.

Приглашаю к ознакомлению с некоторыми цитатами из книги Уильяма Салливана "Тайны инков". Надеюсь на внимание читателей, с навыками работы в астрономических программах, особенно Дмитрия, который когда-то и порекомендовал мне эту книгу (к тому же датировка потопа Салливаном (650 г.) прекрасно укладывается в обозначенный Дмитрием период: 1572-1111-650 гг.). 

Давайте прочтём её вместе.

Итак, некоторые цитаты из книги Уильяма Салливана  "Тайны инков"

Известный с тех пор как Пачакути Инка — «опрокидыватель пространства-времени» — этот царь-воин обернул свое человеческое имя мантией андско-го мифологического наследия и приступил к завоеванию известного мира.]. Во времена испанской конкисты существовали особые термины для разных способов разрушения: лъок-лауну пачакути, или «опрокидывание пространства-времени наводнением», нина пачакути — то же самое огнем и так далее. Эта терминология ставит понятие пачакути непосредственно в рамки различных миров-веков, описанных выше Муруа и включающих последовательные «разрушения» «пространственно-временного мира». (И если читатель начинает испытывать шок от этого признания, задаваясь вопросом, так ли уж отличается пачакути от других традиций, в которых «миры» разрушаются и создаются новые — как, например, в Потопе Девкалиона или древнескандинавском Закате Богов,то, быть может, так же интересно обратить внимание на то, что каждое такое сходство обычно объясняется как некое всеобщее творение разума примитивного человека, встречающееся то здесь, то там во всем мире.)

Андские источники проясняют, что пачакути были крайне редкими событиями, потому что сами Века продолжались в течение весьма длительного периода.Гуаман Пома, например, назначает Векам такие числовые значения, из которых самый короткий период составляет восемь сотен лет, а самый длинный — намного более тысячи. Пачакути Ямки упоминает, что «огромное число лет прошло» («muchissimos amos passaron») в течение века войны. И теперь в обращении к мифам о ламах и потопе и в исследовании вопроса о лисьем хвосте мы подходим к мифическому описанию того потопа, который разрушил весь мир.

....

Но эти андские мифы о надвигающемся потопе говорят не об обычных временах. Шаманы напряжены. Мир на краю гибели. События нарастают.

Я понял, что, так как звезды медленно смещаются в восточном направлении по отношению к солнечному году в результате прецессионного влияния оси Земли, можно датировать временные рамки этих мифов, если попытаться установить точку восхода солнца. Иными словами, Плеяды всходили и всегда будут всходить гелиакически в определенный день года. Но если миф указывал, в какой день солнечного года Плеяды наблюдались восходящими гелиакически, тогда можно было выяснить, когда был сотворен миф.

Теперь я понял, что мифы явственно содержали эту информацию.

....

Поначалу я находил, что один полный значения факт был особенно трудно игнорировать. Для андских астрономов север был «верхом». Для тех из нас, кто живет в умеренных широтах северного полушария, север — это «верх», потому что Полярная Звезда находится высоко в северном небе и потому что зимнее солнце расположено низко в южном небе. В южных Андах северная Полярная Звезда постоянно не видна за северным горизонтом. Наоборот, южный небесный полюс земли находится выше горизонта, и, хотя он не так высоко в небе, как в умеренных широтах, этот полюс мог бы, по крайней мере, быть лучшим кандидатом на «верх», чем север. По сути, солнце декабрьского солнцестояния находится только на десять градусов южнее зенита в полдень на широте Куско (тринадцати градусов южной широты), в то время как солнце июньского солнцестояния заметно ниже, примерно на тридцать шесть градусов от (и севернее) зенита в полдень. На этой широте около четырех часов дня в декабрьское солнцестояние солнечного света больше, чем в июньское солнцестояние. Тем не менее в андской мысли север находился «выше» юга. «Верхний Куско» был северной половиной города. «Высочайшая» гора стояла за июньским солнцестоянием. Северная граница империи инков обозначалась рекой, называемой «самой высокой частью лазурного здания».

....

Логика этих идей была столь же непреклонной, сколь и податливой. Ограничения «небесной земли» были идентичны ограничениям эклиптической плоскости. Отсюда метафорические ассоциации струились без усилия. Поскольку самая высокая отметка на земле — гора, то самый высокий — означающий самый северный — указывает на «небесную землю», которая, определяемая положением солнца среди звезд в июньское солнцестояние, должна называться «горой». Та же логика требует, чтобы раковина звучала в декабрьское солнцестояние. Далее, и вполне логично, если имелось три «мира» и было известно, что границы среднего мира, кай пача, простирались к тропикам, тогда точное расположение «мира наверху», анак пача, и «мира внизу», пача уку, были также известны. Землей богов был весь сектор небесной сферы к северу от северного тропика, а землей усопших — весь сектор небесной сферы к югу от южного тропика[41][Черное облако Змеи, мачакуай, согласно Уртону, — это «большая темная полоса в форме буквы «S» между Адхарой и Южным Крестом».]. Эта идея изображена на рисунке 3.14.

И теперь я узнал, почему потоп 650 года н. э. был настолько важен для андских жрецов-астрономов: «мост» на землю богов был разрушен — не потому что солнце больше не пересекалось путями с галактической плоскостью, а потому что это пересечение больше не вело к земле богов. Вот почему Виракоча ушел, и ушел «навсегда». Этот мост имел название — чакамарка, «мост на самую высокую точку дома» — и это название означало северный тропик, самую высокую точку «Всемирного Дома». Но мост исчезал — ради точности: под северным тропиком — «опущенный» прецессионным движением. Млечный Путь больше не всходил бы там и тогда, где и когда солнце коснулось северного тропика.

....

Это был, как мы видели, именно астрономический подход мифов о «потопе». Небесный аналог «входа к богам» — то есть «мост» в анак пача — был разрушен. Впервые, поскольку Млечный Путь «пришел на землю» в 200 году до н. э., это соединение — видимое проявление основ андской духовной жизни, великое знамение взаимной гармонии, запечатленное на небесах самим Творцом, — исчезло.

....

В конце концов я решил, что затраченное время не давало оснований для отчаяния. Это было время, чтобы научиться доверять изучаемой мною традиции. Жрецы-астрономы, сотворившие мифы о 650 годе н. э., были серьезными людьми. Я достаточно хорошо был знаком с археологическими данными, чтобы знать, что годы, непосредственно прилегающие к 650 году н. э., были одним из наиболее беспокойных периодов во всей истории Анд — именно тогда впервые организованная война охватила андское общество. Следовательно, внедрение силы в ткань андской жизни могло быть не чем иным, как тяжелым ударом по великому фундаменту взаимных обязательств, на котором покоилось андское понимание справедливости. В этом смысле должно было казаться, что дух Виракочи определенно «покинул землю». И если великая небесная идея-форма, воплощавшая наставления бога, действительно испытала свою собственную, параллельную катастрофу с разрушением «моста» между мирами проживания и высшими силами, я не мог отрицать мудрость вечного воспоминания об этом моменте.

....

С другой стороны, не подлежало сомнению важное значение мифов о ламе и потопе. Иначе зачем бы еще было составлять и помнить их? Мне казалось абсурдным, на первый взгляд, полагать, что такие мифы не были тесно связаны с основой андской духовной мысли. Иначе в поиске религии пришлось бы наблюдать нелепое зрелище космологии.

В этот момент я думал, что передо мной было две отдельных проблемы: одна — «техническая», имеющая отношение к «недостающей» оси небесной сферы, другая — «правого полушария», относящаяся к «недостающей» связи между андской традицией астрономического наблюдения и андской религией. Мне еще предстояло понять, что решение обеих этих проблем скрывалось в очевидной достопримечательности. Виракоча, как вы видите, нес посох.

....

Бессмысленное совпадение я оставляю в стороне, ибо в настоящее время нет приемлемого исторического объяснения, почему этот образ должен был появиться в южных Андах. Дехенд пыталась добиться более полного понимания деус фабер, «творца» бога, след которого просматривается во всех мифах высокоразвитых культур от Океании до Скандинавии, и в конечном счете понимания того, что этим богом, обладавшим мельницей, была планета Сатурн. За единственным и долго игнорировавшимся исключением, определенные сведения относительно андских представлений о планетах почти полностью лишены первоисточников, равно как и современных этнографических исследований. Кроме того, евразийская «мельница», несомненно, образовывалась полярно-экваториальными координатами, в то время как, согласно принятой в настоящее время парадигме, андская астрономия основывалась на горизонте, системе средних широт, используя круг горизонта и оси зенита солнца как первичные — на самом деле единственные — средства ориентации. Теперь трудно воссоздать в памяти тот шок, который я испытал после прочтения одной этой словарной статьи. Она открыла огромное хранилище тайн.

....

Огромное потрясение, вызванное открытием прецессии, в полной мере отразилось в таком же потрясающем образе (кастрировании), призванном увековечить память об этом событии. С незапамятных времен человечество целую вечность жило в великом цикле времен года, будто пребывая в райской невиновности. С осознанием, что прошлое происходило под другими небесами, пришел и неизбежный вывод о том, что это «настоящее», прежде понимавшееся как вечно повторяющийся цикл, также пройдет. Именно здесь началось Время. Отныне и навсегда часы были запущены. Круг в конце концов приобрел начало, отныне для настоящего на небесном своде появилась отметина, расположенная на эклиптике в точке ее соединения с небесным экватором. Теперь разные объекты, вселенские родители — Уран и Гея, в равноденственном совокуплении, живот к животу, экватор к эклиптике, перемалывающие Мировые века, — возникли (были осмыслены) как раз в момент появления их собственного результата. Времени («Хроноса, который есть Кронос»).

Не потребовалось никаких особых исследовательских подвигов, чтобы обнаружить это предание также и в Америке. Бирхорст подробно пересказал его североамериканскую версию:

«В большом цикле ирокезских мифов, например, представлялось, что докультурное состояние существовало в мире наверху, которое, как говорилось, было невестой, соблазненной драконом. В результате ее соблазнения небеса открываются и ее ноги оказываются «свисающими в пропасть»; поскольку она соскальзывает в реальный мир общества и культуры, сам змей передает необходимое зерно и домашнюю утварь… Ирокезский составитель Ритуала Соболезнования, наблюдая серьезное нарушение социальной этики, возвращается к происхождению мифа и предупреждает о будущем времени, когда «ноги людей», подобно ногам первой невесты, «будут свисать над пропастью оторванной земли…»

....

Теперь, как уже сказано, образ мельницы в Старом Свете как вариант горы/вселенского древа/столпа дает средства для описания времени и движения. Эти ассоциации также присущи андской балансирной мельнице. Среди синонимов туны, перечисленных (выше) Ольгином, фигурирует кутана. Это слово, буквально означающее «для помола», происходит от кечуанского глагола кутай, «молоть». Кутай использует тот же корень кут-, что и другой глагол в кечуа, уже упоминавшийся кутий, «опрокидывать или оборачиваться», тот же самый глагол, который использован в терминологии о последовательной смене миров-веков, а именно пачакути. В старом фрагменте мифа, записанном Авилой, время и движение объективируются как трение гор друг о друга в момент, когда «солнце умирает», то есть в конце долгого мира-века.

Думаю, что я уже заинтересовал этими несколькими цитатами не только специалистов по данной теме, но и всех, кто пытается понять прошлое.

Подписаться на секретный telegram-канал, чтобы не пропустить эксклюзивную информацию, не представленную больше нигде.