Просто отдай Европу России: рассекречены переговоры Ельцина и Клинтон

В рассекреченных на днях в США телефонных разговорах Бориса Ельцина с Биллом Клинтоном за 1993-1999 годы — много поразительного. И заверения Ельцина в октябре 1993 года о том, что его поддерживают 90% россиян (спустя два месяца первые выборы в Госдуму выиграет ЛДПР). И просьба Ельцина в марте 1996 года выделить России кредит на $2,5 млрд для успеха его предвыборной кампании. И предложение в 1999-м: «Просто отдай Европу России» — за 8 лет до Мюнхенской речи Путина.

Оригинал на английском языке по этой ]]>ссылке]]> (всего библиотека Клинтона опубликовала 600 страниц разговоров), ниже портал Крамола предлагает читателям несколько фрагментов:

После подавления путча (октябрь 1993 года):

Ельцин: Теперь, когда эти события завершились, у нас больше нет препятствий для демократических выборов в России и нашего перехода к демократии и рыночной экономике. Фашистские организации, которые участвовали в этих событиях, запрещены, и теперь, я надеюсь, все будет в порядке.

Клинтон: Какое у вас расписание выборов? Вы оставите его по плану?

Ельцин: Да, выборы пройдут 11 декабря. Я подумаю над проведением досрочных президентских выборов вместе с парламентскими. Не уверен, но, возможно, я попаду в книгу рекордов Гиннеса за проведение выборов трижды за три года.

Клинтон (смеется): Да, я не знаю, что бы я делал, если бы был вынужден трижды баллотироваться в течение трех лет. Но ты становишься все сильнее и лучше.

Ельцин: Да, сейчас конкурентов для меня не видно. Мои рейтинги поддержки сейчас на уровне 90%.

Справка: через 2 месяца первые выборы в Госдуму выиграет ЛДПР

Ельцин о расширении НАТО (1995 год)

Ельцин: К вопросу о безопасности в Европе. Мне хочется четко понимать твою идею расширения НАТО, потому что сейчас я не вижу в ней ничего кроме унижения для России. Как, ты думаешь, это выглядит с нашей точки зрения, если Варшавский договор был распущен, а блок [НАТО] продолжает существовать? <…> Чего вы хотите этим добиться, если Россия ваш партнер? <…> Нам нужна новая структура общеевропейской безопасности, а не эта старая система!

Об увеличении кредита МВФ России (февраль 1996 года)

Ельцин: У меня к тебе кое-какая просьба. Речь о кредите от Международного валютного фонда на $9 млрд. У меня будет встреча с [Мишелем] Камдессю (глава МВФ в 1987-2000 годах) и мне нужно, чтобы ты воспользовался своим влиянием и помог немного увеличить сумму кредита — с $9 до $13 млрд. Они нужны для решения общественных проблем в этот важный предвыборный период.

Клинтон: Посмотрю, что можно будет сделать.

О финансировании избирательной кампании Ельцина (март 1996 года):

Ельцин: У меня есть еще один вопрос. Пожалуйста, пойми меня правильно. Билл, для моей избирательной кампании мне срочно нужен кредит в $2,5 млрд.

Клинтон: Могу ли я спросить: разве не было достаточно помощи Парижского клуба [кредиторов] по реструктуризации долга России? Я думал, что это привело к притоку в вашу страну нескольких миллиардов долларов.

Ельцин: Нет, они появятся только во второй половине года. А в первой половине у нас будет только $300 млн по условиям МВФ. Ты знаешь, что когда здесь был Комдессю, я говорил с ним. Но он сказал про $300 млн в первую половину [года] и $1 млрд — во вторую. Но мне нужны деньги для выплаты пенсий и зарплат. Без решения проблемы пенсий и зарплат будет очень сложно вести эту избирательную кампанию.

О коммунистах и Крыме (апрель 1996 года):

Ельцин: В американской прессе проходит кампания, что людям не надо бояться коммунистов, что они хорошие, честные и милые люди. Я предупреждаю людей не верить этому. Больше половины из них фанатики, они все разрушат. Это [их приход к власти] будет означать гражданскую войну. Они сотрут границы между республиками (бывшего СССР). Они хотят забрать Крым, они даже намекают на Аляску <…> Есть два пути для развития России. Мне не нужна власть. Но когда я почувствовал угрозу коммунизма, я решил, что обязан выдвигаться. Мы этого не допустим.

О начале бомбардировок в Косово (март 1998 года):

Ельцин: Здравствуй, Билл.

Клинтон: Спасибо, что ответил мне. Хочу поговорить с тобой о ситуации в Сербии и Косово. Ты уже знаешь <…> что мы в скором времени должны нанести воздушные удары по военным объектам в Сербии. Мои люди тесно контактировали с твоими на протяжении многих дней и пытались открыто говорить о том, как развивается ситуация и что нам с этим делать. Но, как ты знаешь, [Слободан] Милошевич <…> не оставил нам выбора. Я знаю, что ты против того, что мы делаем, но я хочу, чтобы ты знал: я не допущу того, что наши разногласия разрушили все, что мы сделали и все, чего достигли за прошлые годы.

Ельцин: Я боюсь, что нам это не удастся. Если ты пойдешь на это, то (неразборчиво) очень сильно по нашей стороне. Потому что то, что надо было делать, это снова и снова вести политический диалог, а не бомбить и уничтожать людей <…> Во имя нашего будущего, во имя тебя и меня, во имя будущего наших стран, во имя безопасности Европы, я прошу тебя отказаться от этих ударов, где-нибудь встретиться и разработать тактику борьбы с Милошевичем, борьбы с ним лично.

О финансовой ситуации накануне дефолта (14 августа 1998 года):

Клинтон: Я переживаю по поводу финансовой ситуации в мире. Я следил за Японией, Китаем, Южной Кореей и другими. Я знаю, что ты испытываешь сильное политическое и экономическое давление в России <…> Я позвонил, чтобы узнать твои мысли о том, что происходит, и о том, что необходимо сделать.

Ельцин: Конечно, я очень переживаю по поводу всей этой финансовой ситуации на наших финансовых рынках. И я думаю, что твое решение будет очень важным — имею в виду решение МВФ по второму траншу России. Я думаю, что это решение должно быть принято не позднее 15 сентября.

Клинтон: Что ж, Борис, что я хочу помогать настолько, насколько могу. Я думаю, что проблема с МВФ заключается в том, что это недостаточная сумма денег, чтобы изменить уверенность [в России] международных инвесторов <…> Мы должны что-то придумать, чтобы Дума больше тебе помогала. Если хочешь, то время своего визита в сентябре я могу встретиться с ними [депутатами] в небольших группах.

Ельцин: <…> если президент США приедет в Россию и вместе с президентом России, ты и я, пойдем в Думу и обратимся к ним, это будет очень сильный ход с нашей стороны.

О просьбе Ельцина «отдать» Европу России (ноябрь 1999 года):

Ельцин: Билл, я прошу тебя об одном. Просто отдай Европу России. США не в Европе. Европой должны заниматься европейцы. Россия — наполовину Европа, наполовину Азия.

Клинтон: То есть Азию ты тоже хочешь?

Ельцин: Конечно, конечно, Билл. В конце концов мы договоримся обо всем этом.

Клинтон: Я не думаю, что европейцам это очень понравится.

Ельцин: Не всем. Но я европеец. Я живу в Москве. Москва это Европа, и мне это нравится. Ты можешь взять все другие страны в мире и обеспечивать их безопасность. А я возьму Европу и буду обеспечивать ее безопасность. Ну, не я, а Россия.

О тайных переговорах о Косово на подводной лодке (13 июня 1999 года):

Ельцин: Билл, я думаю, что эти вопросы [разговор происходит на следующий день после того, как российские десантники без согласования с британцами заняли аэропорт в столице Косово Приштине] должны обсуждаться только между двумя президентами. То есть между мной и тобой <…> У меня есть одно предложение — встретиться в уединенном месте. Мы можем встретиться или на подводной лодке или на острове, чтобы ни один человек не мог помешать нам.

О Владимире Путине (сентябрь 1999 года):

Ельцин: Мне понадобилось много времени на размышления о том, кто мог бы стать президентом России в 2000 году. <…> Я изучил его [Путина] биографию, его интересы, его окружение и так далее. Я выяснил, что это твердый человек, который находится в курсе всего, что происходит под его контролем. Он обстоятельный, сильный, очень общительный и легко может наладить хорошие отношения и контакты с партнерами. Я уверен, что ты увидишь в нем очень высококвалифицированного партнера. Мы работаем над тем, чтобы поддержать его как кандидата в президенты в 2000 году.

Ноябрь 1999 года:

Клинтон: Кто выиграет выборы?

Ельцин: Путин, конечно. Он станет наследником Бориса Ельцина. Он демократ и знает Запад.

Клинтон: Он очень умен.

Ельцин: У него есть внутренний стержень. Он тверд внутри, и я сделаю все возможное, чтобы он победил —законно, конечно. И он победит. Вы будете работать вместе. Он продолжит линию Ельцина в развитии демократии и экономики и в расширении внешних контактов России.

Перед объявлением об уходе с поста президента (31 декабря 1999 года):

Ельцин: Это было непростым решением для меня, и ты понимаешь это как никто другой. Но я хочу на сто процентов поддержать Путина. Сейчас я дал ему три месяца, по Конституции, на работу в качестве [исполняющего обязанности] президента, за эти три месяца люди привыкнут к нему. Я уверен, что его выберут на предстоящих выборах. Я также уверен, что он демократ и человек с большой душой, что он очень силен и очень умен, во многих случаях я мог сам в этом убедиться.

 

Нажмите Подписаться на канал, чтобы не пропустить наши новые видео.