Порнозависимость: Индустрия полового извращения

И все-таки: просмотр порно вредит психическому здоровью и отношениям? Или эта безобидная слабость никак на них не сказывается? Пытаемся наконец разобраться.

«Просмотр порно порождает нереалистические ожидания» — таков самый распространенный ответ, который мы получали от специалистов. Выходит, если делать в уме поправку насчет размера пениса и количества партнеров в единицу времени, порно безвредно? Интуиция подсказывает, что это не так…

Порнография опасна или может стать опасной. Именно это ощущение заставляет жен волноваться насчет мужей (а родителей — беспокоиться о своих подростках), если у первых появляются основания предположить, что последние увлекаются просмотром секс-продукции интернета. А в чем конкретно опасность? Мнения специалистов неоднозначны. Некоторые говорят, что, сравнивая себя с порнозвездами, зритель рискует понизить свою самооценку. Другие вовсе не видят в порно вреда и даже считают, что его мягкий подвид может служить способом (по крайней мере, одним из многих) сексуального просвещения. Но если дело лишь в нелестном для любителя сравнении своих средних данных с выдающейся одаренностью профессионалов в этой области, два вопроса остаются без ответа. Первый — эмоциональный: неужели наша интуиция врет? Второй — рациональный: откуда тогда берется порнозависимость? Ответы на них я нашла в книге американского психотерапевта ]]>Брэнди Энглер «Мужчины на моей кушетке»]]>*.

Интуиция нас не подводит — порно действительно опасно:

  • для смотрящего его — тем, что создает завесу между ним самим и его реальными потребностями,
  • для отношений — тем, что нарушает контакт между двумя людьми.

А теперь ответ на второй вопрос: как возникает порнозависимость?

Для начала обратим внимание на то, что порносюжет, в котором участники радуются друг другу, ласкают друг друга, выражают удовольствие по поводу происходящего между ними, — редкость**. Гораздо чаще мы встретим сцены механистического, обезличенного взаимодействия либо насилие и принуждение разной степени. То есть в дополнительных эмоциональных линиях, которые создатели прибавляют к основному, собственно сексуальному сюжету (проще говоря, половому акту) задействованы не мотивы наслаждения, а проявления власти и гнева. Это как раз те чувства, которые лежат в основе наших основных неразрешенных конфликтов. Что это значит?

Большинство наших внутренних конфликтов начинается в детстве. (Обсуждение детства в этом контексте могло бы кому-то показаться кощунственным, но надеемся, читатель учтет: делается это с целью прояснить суть дела.) Родители нам приказывают, мы вынуждены слушаться, даже когда не хотим. Мы подавляем свой гнев на родителей — из страха наказания или из страха расстроить их. Мы жаждем родительской заботы и внимания, но не получаем их в том объеме, какого нам хотелось бы. Мы бросаемся к родителям с выражением своей горячей привязанности, а в ответ слышим: «Не мешай», «Ты что, не видишь, мама занята». В итоге мы раз за разом подавляем свои чувства и желания, и это подавление становится привычным, неосознанным и автоматическим. Будучи подавленными, они создают резервуар «запертой» внутри нас энергии, которая ищет и не находит выхода.

Как «работает» порно

Отрывок из книги Брэнди Энглер «Мужчины на моей кушетке»

«Из-за вездесущности интернет-порно мы можем впадать в заблуждение, считая, что если мужчины его смотрят и оно им нравится, то именно этого они и хотят. Нам надо быть осторожнее в оценках.

Порнография не раскрывает никаких фатальных истин о мужчинах.

Интернет-порно предлагает бесконечное множество обновляющихся, эксцентричных и ужасных образов, призванных обеспечивать моментальное удовлетворение, которого человек не находит в реальной жизни. Тела большинства людей реагируют на эти образы, они оказывают мощное воздействие на мозг, каждый оргазм усиливается мощной смесью нейрохимических «вознаграждений». Эрекция является биологически обусловленной реакцией, которая может психологически связаться с любым изображением, на которое человек мастурбирует… <…> Онлайн-порно — это фальшивый эротизм. Это продукт корпоративного производства. Задача любого веб-сайта — соревноваться с конкурентами за выручку, создавая сексуальные сценарии. Авторы берут ряд сексуальных актов, добавляют к нему весьма узкий ассортимент эмоциональных тем, рассчитанных на то, чтобы сыграть на психологии зрителя. Наиболее распространенные дополнительные темы — демонстрация власти и гнева.

Я беседовала с работниками этой индустрии, и — да, они действительно намеренно извращают наши обычные садистские и мазохистские импульсы. Хотя зрители-мужчины — сложные существа, чья сексуальность не ограничивается какой-нибудь парой возбудителей, эти конкретные темы намеренно апеллируют к наиболее низменной мужской мотивации. Создатели желают повышать прибыльность, демонстрируя утрированные образы основополагающих эмоциональных конфликтов, поскольку именно они с большей вероятностью провоцируют психологическую зависимость.

Я знаю, сторонники порнографии говорят, что она нужна для того, чтобы продавать фантазии для безвредных взрослых «дразнилок» или постельного вдохновения. Но воздействие порно на некоторых моих клиентов заканчивается отчуждением от самих себя и реальных людей, с которыми они спят».

alt

Что делают создатели порнороликов? Они соединяют эти чувства (которые изначально могли иметь, а могли и не иметь вообще никакой сексуальной подоплеки) с сексуальным сюжетом. Сексуальное напряжение подпитывается эмоциональным. И вместе с реальной сексуальной разрядкой зритель получает иллюзию эмоциональной разрядки — и еще более сильную фрустрацию в скором будущем, поскольку его основной конфликт остается неразрешенным.

Потом наступает «похмелье» — чувства стыда, вины, тревоги. Они могут выражаться в мыслях: «я поступаю дурно и не могу остановиться», «я испорченный», «со мной что-то не так» или в общей подавленности, беспричинной раздражительности. Ведь гнев, власть, секс — это как раз те импульсы, которые в соответствии с культурными нормами (и, соответственно, воспитанием) должны подавляться, поэтому у некоторых проявление их или даже возникновение влечет за собой чувство вины. После этого весь цикл повторяется: возрастающее напряжение снова приводит своего «хозяина» к источнику суррогатного удовлетворения.

Так «невинный» просмотр порно постепенно переходит в порнозависимость. Которая, в свою очередь, препятствует разрешению внутреннего конфликта (в частности, потому что клиент, возможно, даже не догадывается о его существовании и не ищет способов его разрешить) и возможности достичь близости с реальной, живой женщиной. (Поскольку порно становится фактором, влияющим на вкусы и привычки, женщина превращается из сексуальной личности в сексуальный объект, инструмент. Ее индивидуальность обесценивается, но и самого себя мужчина при этом низводит до роли чистого потребителя и обесценивает или отрицает свои эмоциональные запросы. Ситуация усугубляется тем, что масс-культура поощряет такой подход***: мужчина с эмоциональными потребностями — нюня и рохля, а с сексуальными — мачо и секс-гигант).

Речь до сих пор шла о мужчинах — именно на них ориентировано в первую очередь производство порно, как явствует из сюжетов. Но это не значит, что пристрастие к нему свойственно исключительно мужчинам. Неразрешенные конфликты, проблемы с близостью и сексуальные потребности есть и у женщин. Так что они тоже не застрахованы от того психологического вреда, который может нанести привычка получать удовлетворение при помощи порно.

Какой же вывод? Прежде всего тот, что если мы застали близкого (или самих себя) за просмотром порно, кричать «Не смей!» и пугать мрачными перспективами не то чтобы плохо, а бесполезно. Пристрастие к порно не причина, а следствие. Причина же — недостаток душевной близости, тепла, понимания, человеческого контакта. Возможно, любитель порно сам тому виной, возможно, именно он не умеет выстраивать контакт, не умеет открываться навстречу другому, он закрыт и зажат, но упреки и наказание определенно не приведут к улучшению. Вопрос жен и возлюбленных «Ему что, меня мало?» чаще всего не имеет под собой оснований. Потому что дело не в сексуальной неудовлетворенности, а в эмоциональной. Мужчины (чаще, чем женщины) склонны сублимировать потребность любви через секс. Говоря проще, когда им не хватает любви, сами они субъективно воспринимают это как сексуальную неудовлетворенность. Так что решать эту проблему следует в психологическом пространстве.

* Брэнди Энглер «Мужчины на моей кушетке. Реальные истории о любви, сексе и психотерапии». (Эксмо, 2013).

Это не специальная психологическая литература, а художественное произведение — автор рассказывает не только о клиентах, но и о себе, о своих реакциях на происходящее как в ее кабинете, так и за его пределами, о своей влюбленности, сомнениях и попытках расстаться. Сочетание личной искренности и профессионального подхода составляет особый шарм этой книги. Каждое переживание, которое в ней описано, одновременно подвергается тщательному и убедительному анализу.

** По окончании садомазороликов нередко показывают исполнительницу роли «жертвы», которая с улыбкой на лице заявляет, что вреда ей не причинили и вообще ей все понравилось. Но они не в счет, поскольку этот монолог разворачивается вне сексуального сюжета и призван не дополнить его, а смягчить совесть щепетильного зрителя и возможные претензии закона. А по ходу действия жертва, как ей и положено, проявляет признаки страдания.

*** Причина довольно очевидна: следствие такого подхода — отчужденность между потенциальными сексуальными партнерами, которая имеет коммерческую ценность: потребителю предлагают купить разнообразные средства, чтобы стать желанным (а затем еще более желанным — и так до бесконечности). Тогда как для подлинной близости участникам не требуется ничего, кроме самих себя.

Подписаться на секретный telegram-канал, чтобы не пропустить эксклюзивную информацию, не представленную больше нигде.