Защитники веры Христовой

Шихаб-ад-дин Абдаллах ибн Фазлаллах, родом из Шираза в Южном Иране, известный под почетным прозвищем «Вассаф-и-хазрет» – «панегирист его величества», находился под покровительством Рашид-ад-дина. В шабане 699 г. (22 апреля – 20 мая 1300) Вассаф начал писать свое сочинение в качестве продолжения трудов Джувейни. Вот что он пишет о Батые:


"Ставкою Бату были окрестности реки Итиль. Он основал город, пространство которого было столь обширно, как помыслы его, и эту весело распевающую местность назвал «Сарай». Хотя он был веры христианской, а христианство это противно здравому смыслу, но (у него) не было наклонности и расположения ни к одному из религиозных вероисповеданий и учений, и он был чужд нетерпимости и хвастовства."

Почему то сложилось считать первым русским царем Ивана Грозного. Однако нельзя отрицать того факта, что ханов-Чингизидов также называли на Руси царями и они были признаны русскими князьями в качестве таковых. Они не были этнически русскими? Мало ли общепризнанных российских самодержцев имели иностранные корни. Симеон Бекбулатович тоже был татарином, Екатерина - немка, а у последних Романовых русской крови было не на грош.

Но речь сейчас об отношении к религии. Из вышесказанного видно, что по мнению Шихаб-ад-дин Абдаллах ибн Фазлаллаха Батый какое-то время принадлежал к христианской религии. Возможно, у него было и христианское имя. И это не новость для Чингизидов, поскольку его родные тети тоже были христианками. Вот что пишет об этом Л.Гумилев: «Чингис женил своих сыновей на христианках: Угедея – на меркитке Туракине, Толуя – на кераитской царевне Соркактани-бэги. Несторианские церкви были воздвигнуты в ханской ставке, и внуки Чингиса воспитывались в уважении к христианской вере».

Наверное от отца унаследовал религию его сын Сартак - наш второй Император всего Джучи-улуса (и всея Руси в том числе). Он так и заявил своему дяде (брату Батыя) - хану Берке: „Ты мусульманин, я же держусь веры христианской; видеть лицо мусульманское для меня несчастье“, после чего был отравлен. Если тут есть причинно-следственная связь, Сартака можно считать пострадавшим за христианскую веру.


На рис. Александр Невский и Сартак в Орде.Фрагмет картины Ф. А. Москвитина. 2002 год.

Еще один племянник хана Берке (возможно, тоже сын Батыя) был канонизирован РПЦ под именем преподобный Петр царевич ордынский. Вот что о нем написано в Житие святых:

В то время, когда Россия терпела иго Золотой Орды, епископ Ростовский Кирилл пошел в Орду к хану Беркаю с ходатайством по делам Ростовской кафедры. Хан с интересом выслушал епископа, рассказавшего ему о подвигах просветителей Ростова, о первом просветителе Леонтии, который пришел крестить чужой и жестокий народ, и о том, какие чудеса совершаются с тех пор над мощами великого праведника.

Никто так до сих пор и не знает, поверил ли Беркай в чудеса, описываемые красноречивым епископом, но по прошествии некоторого времени хан позвал епископа, чтобы тот исцелил его заболевшего сына.

Епископ перед отъездом из Ростова отпел молебен у раки святого Леонтия и, освятив воду, взял ее с собой в Орду - Окропив святой водой ханского сына и прочтя молитву, епископ, обратившись к хану, сказал: «Выживет твой сын и станет таким же сильным, как ты». Ребенок выздоровел, а Беркай с той поры распорядился, чтобы вся дань, собираемая с Ростова, шла в Ростовский Успенский собор.

Свидетелем чудесного исцеления двоюродного брата стал племянник хана, который буквально по пятам ходил за епископом во время его визита в Орду; он внимательно следил за всем происходящим и часто слушал беседы своего дяди с епископом Кириллом.

После отъезда владыки Кирилла мальчик стал часто искать одиночества. Уединяясь, он размышлял: «Почему у нас верят солнцу, месяцу, звездам и огню? Это ведь не боги, но кто есть истинный Бог?» От людей, сопровождавших епископа Кирилла, он слышал о прекрасных храмах и чудесных иконах и о том, как красиво звучат православные молитвы... Мальчику так хотелось увидеть все это, он хотел сам убедиться, что на свете бывают чудеса. Подрастая, он понял, что судьба его должна быть связана с Россией и ее народом.

И вот он уже на Руси... Юноше казалось, что он наконец-то вернулся на родину, которую когда-то оставил. Молодой человек, придя в Ростов, вошел в храм Успения Богоматери. И именно тут, в этом тихом и в то же время ярком святилище, сердце юноши наполнилось верой, и, как писал о нем летописец, «новая луна взошла в сердце царевича». Юноша попросил епископа Кирилла окрестить его. Но сделать это сразу епископ не мог: он боялся мести хана Беркая русскому народу. Когда хан умер и в Орде прекратились разговоры о пропавшем царевиче, епископ окрестил его. При крещении царевич Ордынский получил имя Петр Царевич Петр жил в доме епископа Кирилла, а после его смерти — в доме епископа Игнатия. Петр изучал Русский язык, знакомился с христианскими обычаями и часто охотился на берегу озера Неро. Почему же монгола, обратившегося в православную веру, русские люди почитают как святого? Большей частью проливают свет на жизнь Петра Ордынского летописи.

Так, в одной из летописей говорится, что царевичу Петру, заснувшему как-то на берегу озера Неро после охоты, приснился удивительный сон: два человека, от которых исходил неземной свет, разбудили его, сказав: «Петр, твоя молитва услышана, и милостыня твоя взошла перед Богом...» Петр сначала испугался — мужчины были намного выше человеческого роста, и их окружало яркое сияние.

«Не бойся, Петр, мы посланы к тебе от Бога. Возьми вот эти два мешка от нас, один с серебром, а другой с золотом, утром иди в город и купи иконы — Пречистой Богоматери с Предвечным Младенцем и святых», — сказали посланцы. «Кто же вы?» — спросил царевич. «Петр и Павел — апостолы Христовы», — ответили они и тут же исчезли. А далее услышал царевич голос, который указал ему идти к епископу со словами: «Апостолы Петр и Павел послали меня к тебе, чтобы ты построил церковь, названную их именами, на том месте, где я заснул».

В ту же ночь апостолы предстали и самому епископу Игнатию, прося устроить церковь во имя апостолов Петра и Павла через царевича Ордынского, которому они вручили много денег для вклада в Ростовскую кафедру. В удивлении проснувшись, епископ призвал князя и рассказал ему свой сон. В это время появился на церковном дворе царевич, несший три иконы, сияющие у него в руках... «Так это был не сон!» — воскликнул епископ, выйдя навстречу царевичу. «Это правда, владыка», — тихо произнес Петр Ордынский.

На берегу озера, где царевичу приснился сон, был отслужен молебен и огорожено место, предназначенное для церкви. И вскоре здесь возник храм первоверховных апостолов Петра и Павла и при нем обитель иноков.

Царевич Петр Ордынский стал жить в миру и через некоторое время женился на дочери ордынского вельможи, поселившегося в Ростове. Петр Ордынский навсегда остался в России и до самой смерти находился в Ростове, пережив и святителя Игнатия, и князя Бориса Ростовского.

Только в глубокой старости Петр принял постриг в монастыре, который сам когда-то основал на берегу Неро. Блаженный царевич Петр Ордынский умер в 1280 году, отойдя к Богу, который от язычества призвал его к свету православной веры..."

После смерти Улагчи - малолетнего сына Сартака, власть перешла к хану Берке. Он и последующие ему Чингизиды исповедовали ислам. Но это ничего не меняло - хан Джучиева улуса продолжал быть Русским царем, независимо от вероисповедания. Значит ли это, что РПЦ стала подвергаться гонениям? Отнюдь, нет. Приведу текст ярлыка хана Узбека митрополиту Петру от 1313 года:



«А се Ярлык Язбяка Царя, Петру Митрополиту, всея Руссии чюдотворцу.

Вышняго и безсмертнаго Бога силою и волею и величеством и милостию его многою. Язбяково слово. Всем нашим Князем великим и средним и нижним, и сильным Воеводам и Вельможам, и Князем нашим удельным, и Дорогам славным, и Польским Князем высоким и нижним, и Книжником, Уставодержальником, и учительным людским Повестником, и Сбирателем и Баскаком, и Послом нашим и Гонцом, и Данщиком, и Писцом, и мимоездящим Послом, и Ловцом нашим, и Сокольником, и Пардусником, и всем людям, высоким и нижним, малым и великим, нашего царства, по всем нашим странам, по всем нашим улусам, где наша, Бога безсмертнаго силою, власть держит и слово наше владеет.

Да никто же обидит на Руси соборную церковь Митрополита Петра, и его людей и церковных его; да никто же взимает ни стяжаний, ни имений, ни людей. А знает Петр Митрополит в правду, и право судит, и управляет люди своя в правду, в чем ни будь: и в разбои, и в поличном, и в татьбе, и во всяких делах ведает сам Петр Митрополит един, или кому прикажет. Да вси покоряются и повинуются Митрополиту, вся его церковныя причты, по первым изначала законом их, и по первым грамотам нашим, первых Царей великих грамот и Дефтерем.

Да не вступаются в церковное и Митрополиче никто же, занеже то Божие все суть; а кто вступится, а наш ярлык и наше слово преслушает, тот есть Богу повинен, и гнев на себя от него приимет, а от нас казнь ему будет смертная. А Митрополит правым путем ходит, да правым путем пребывает и спешится, да правым сердцем и правою мыслию вся своя церковная управляет и судит и ведает, или кому повелит таковая деяши и управляти.

А нам в то не вступатися ни во что, ни детям нашим, ни всем нашим Князем нашего царства и всех наших стран, и всех наших улусов; да не вступаются никто же, ни чем., в церковныя и в Митрополичи, ни в волости их, ни в села их, ни во всякия ловли их, ни в борти их, ни в земли их, ни в улусы их, ни в лесы их, ни во ограды, ни в волостныя места их, ни винограды их, ни в мельницы их, ни в зимовища их, ни в стада их конныя, ни во всякия скотские стада, но вся стяжания и имения их церковныя, и люди их, и вся причты их, и вся законы их уложенные старые от начала их – то все ведает Митрополит, или кому прикажет; да не будет ничто же перечинено, или порушено, или кем изобижено; да пребывает Митрополит в тихом и кротком житии безо всякия толки; да правым сердцем и правою мыслию молит Бога за нас, и за наши жены, и за наши дети, и за наши племя.

И мы бо такоже управляем и жалуем, якоже и прежние Цари Ярлыки им давали и жаловали их; а мы, по томуж пути, темиж Ярлыки жалуем их, да Бог нас пожалует, заступит; а мы Божия брежем, и даннаго Богу не взимаем: а кто взимает Божия, и тот будет Богу повинен; а гнев Божий на него же будет, а от нас будет казнен смертною казнью; да то видя, и иныя в боязни будут. А поедут наши Баскаки, и Таможники, Данщики, Поборщики, Писцы, – по сим нашим грамотам, как наше слово молвило и уставило, да все будут целы соборные церкви Митрополичи, ни кем, ни от кого не изобижены вся его люди и вся его стяжания, как ярлык имеет: Архимандриты, и Игумены, и Попы и вся причты церковныя, ни чем ни кто да не будет изобижен. Дань ли на нас емлют, или иное что ни буди: тамга ли, поплужское ли, ям ли, мыт ли, мостовщина ли, война ли, ловитва ли коя ни буди наша; или егда на службу нашу с наших улусов повелим рать сбираши, где восхотим воеваши, а от соборныя церкви и от Петра Митрополита ни кто же да не взимает, и от их людей и от всего его причта: те бо за нас Бога молят, и нас блюдут, и наше воинство укрепляют; кто бо того и преж нас не ведает, что Бога безсмертнаго силою и волею живут все и воюют? то все ведают.

И мы, Богу моляся, по первым же Царей грамотам, грамоты им давали жалованныя, а не изыначивали ни в чем. Как то было преж нас, так молвя, и наше слово уставило. По первому пути которая дань наша будет, ни запросы наши накинем, или поплужное, или Послы наши будут, или кормы наши и коней наших, или подводы, или корм Послов наших, или наших Цариц, или наших детей, и кто ни есть, и кто ни будь, да не взимают, да не просят ничто же; а что возмут, и они отдадут назад третицею, аще будет взяли за нужду великую; а от нас им будет не кротко, а наше око тихо на них не смотрит. А что будут церковныя люди, ремесленицы кои, или Писцы, или каменные здатели, или древянные, или иные мастеры каковы ни буди, или Ловцы какова лова ни буди, или Сокольницы, а в то наши никто не вступаются и на наше дело да не емлют их; и Пардусницы наши, и Ловцы наши, и Сокольницы наши, и Побережницы наши да не вступаются в них, и да не взимают у них их дельных орудий, да не отнимают ничего же.

А что закон их, и в законе их церкви, и монастыри, и часовни их, ничем да не вредят их, ни хулят; а кто учнет веру хулити или осуждати, и тот человек не извинится ни чим же и умрет злою смертию. А что Попы и Дьяконы их, един хлеб ядят, и во едином дому живут, у кого брат или сын, и тем, по томуж пути, наше жалованье; ож кто будет от них не выступил, а Митрополиту не служит, а живет тот себе именем поповским, да отыимается, но дает дань. А Попы, и Дьяконы, и причты церковные пожалованы от нас по перьвой нашей грамоте, и стоят молящеся за нас Богу правым сердцем и правою мыслию; а кто учнет не правым сердцем о нас молитися Богу, то грех на нем будет. А кто будет Поп, или Диакон, или Причетник церковный, или Людин, кто ни буде, откуду ни есть, Митрополиту похотят служити и о нас Бога молити, что будет о них у Митрополита в мысли, то ведает Митрополит.

Так слово наше учинило, и дали есмя Петру Митрополиту грамоту сию крепости ему для, да сию грамоту видяще и слышаще вси людие, и все церкви, и все монастыри, и все причты церковные, да не преслушают его ни в чем, но послушни ему будут, по их закону и по старине, как у них исстари идет. Да пребывает Митрополит правым сердцем, без всякия скорби и без печали, Бога моля о нас и о нашем царстве. А кто вступится в церковное и в Митрополичье, и на того гнев будет Божий, а по нашему великому истязанию не извинится ничим же, и умрет злою казнью. Так ярлык дан. Так молвя, слово наше учинило. Таковой крепостию утвердило Заечьего лета, осеньняго перваго месяца 4 Ветха. На полних писан и дан» (Ярлык приведен по изданию: Цепков А. И. «Воскресенская летопись»).
 

Из текста ярлыка видно, что несмотря на религиозные расхождения, отношения между РПЦ и Чингизидами строились на основе дружбы и согласия. А так ли это стало после их падения с приходом истинно русских царей?

Проблемы начались еще до падения династии Чингизидов. В 1378 году митрополит Киприан (впоследствии канонизированный) предал анафеме князя Дмитрия Донского (тоже впоследствии канонизированного). Я так и не понял, была ли снята эта анафема. Если нет, то формально канонизировали вообще не православного человека, поскольку анафема предполагает отлучение от церкви.

В 1551 году  "первый" русский царь резко ограничил права РПЦ в земельном вопросе.

В 1721 году Петр I отменяет патриаршество (не считая прочих нововведений).

В общем досталось церкви и от Рюриковичей и от Романовых. Про большевиков я уже вообще не говорю. Наверное не раз они вспомнили старые - добрые времена татарского ига, когда жили под защитой ханского ярлыка. 

Подписаться на секретный telegram-канал, чтобы не пропустить эксклюзивную информацию, не представленную больше нигде.