Чем мы торгуем помимо нефти и газа? Россия и высокотехнологичный экспорт

Пятая колонна упорно твердит о России-бензоколонке, способной только поставлять «цивилизованным» странам нефть, газ и другие ресурсы. Что же ответить русофобам? Как и чем торгует Россия помимо нефти и газа?...

Вернёмся к развенчанию мифов о лапотной России и отсутствию у нас высокотехнологичного экспорта. Чем же торгует Россия помимо нефти и газа? Причём, как мы выяснили во второй части, и в этой категории тоже велика доля топливно-энергетических товаров с высокой добавочной стоимостью. Будем говорить наглядно и усреднённо, не привязываясь к ещё не просчитанному ушедшему году.

Отбросив «деревянную соху», согласно цифрам официальной статистики, мы увидим, что российский экспорт машин, оборудования и транспортных средств уже несколько лет стабильно находится в районе $26-29 млрд. Львиная доля в этом разделе: ядерные реакторы, котлы, оборудование и механические устройства; их части.

Как видим, первая на планете атомная отрасль даёт хороший прирост к экспорту. Никто другой не строит 34 энергоблока в 12 странах по всему миру. Нет, не так. Вернее было бы сказать, что никто другой почти ничего уже и не строит – ни Япония, ни США, ни Франция.

Ооо! Ядерная энергетика – это вообще отдельная песня! Жалкие потуги американцев в Китае обернулись постоянными сдвигами сроков, срывами поставок и многократным удорожанием сметы. Там вообще поначалу одряхлевший Дядя Сэм проталкивал мега-сделку, где речь шла о ста (!) реакторах АР-1000 (на 1000МВт). Но с помощью красивых презентаций в 3D, добрым словом и пистолетом удалось уломать китайских товарищей только на 4 реактора. Пистолетом, потому как сами американцы оценивали контракт 2006 года как большой дипломатический успех всей администрации Буша.

Тут выяснилось, что производить сталь для трубопроводов первого контура – у них некому, производить компенсаторы объема и парогенераторы – некому, никто не способен изготовить и корпус реактора, а также заготовки для него и для парогенераторов. Вот 3D накатать, предоставить адвокатов и менеджеров, обеспечить уже их – психоаналитиками, парикмахерами, визажистами и массажистами – этого добра сколько угодно – а вы всё со своими железяками. Тоже мне, критикуете их, «страна от сохи»...

Тогда часть контракта американцы отдали Mitsubishi, задействовали пару итальянских компаний, часть перенаправили корейцам. Но будем объективны, шесть американских компаний всё-таки что-то там ковыряли, заливали бетон и делали прочие нужности. Правда, одна из них почему-то называлась Siemens – ну ведь завод-то на территории США. Итого – в проекте участвовали 12 подрядчиков, не считая Toshiba.

Но, поверьте, эта цифра не верх цирка. То, что устроили французы, выступив клоунами на финской арене, превышает её на два (!) порядка. Это в России «от сохи» есть государственный концерн Росатом, и все наши АЭС проектируются, строятся и управляются госструктурами. Тем более у нас как-то по старинке всё, да по старинке, не доросли мы ещё до 3D и прочего виртуального впаривания. Хочешь купить – приезжай, посмотри, пощупай – продаём только работающее и отлаженное.

Американцы китайские АЭС должны были запустить в 2012 году, потом в 2013, в 2014… ныне называют 2019. И какие такие 1 200 долларов за 1 кВт? Последняя цифра, которую сквозь зубы процедили офонаревшие от происходящего китайцы – 3 900, но было это в 2011 году. Сейчас неофициально считается, что получится не менее 8 500!

 

У французов с их AREVA и Атомной Анной (Анн Ловержон) в Финляндии случился не меньший цирк, если не больший. Краткие итоги – 2018-й год ( и то, ещё не запущена) вместо 2009-го и 8,5 млрд евро вместо начальных 3,2 млрд евро – тоже пока еще не предел.

Видите ли, говоря языком китайской натурфилософии, на дворе у нас с вами Планетарная Зима и выживать и здравствовать могут только крупные, завязанные на государство корпорации, что нам наглядно весь этот балаган и продемонстрировал.

Но вернёмся к нашим российским барашкам. Также более трети в этом озвученном экспортном машинном объёме занимают электрические машины и оборудование, звукоаппаратура, телеаппаратура; их части. На два миллиарда улетает за рубеж турбореактивных и турбовинтовых двигателей. Грузовых и легковых автомобилей где-то на 1-1,5 млрд долларов.

Химическая промышленность, которую могут себе позволить далеко не все страны. В среднем торгуем на $20-25 млрд. Основная доля в этом экспортном куше – минеральные удобрения. На составляющие этот товарный сегмент раскладывается следующим образом:

  • Минеральные удобрения – 41.7%
  • Органические химсоединения – 21.3%
  • Продукты неорганической химии – 18.2%
  • Фармацевтическая продукция – 4.3%
  • Эфирные масла и резиноиды; парфюмерные, косметические, туалетные средства – 3.7%
  • Мыло, ПАВ, моющие средства, смазочные материалы, воски, свечи, пасты, пластилин – 3.3%
  • Прочие – 7.5%

Далее. Всем хорошо известная продукция ВПК. Самая высокотехнологичная, качественная, надёжная. Мировой бренд. Как поговаривают в разных уголках планеты: «Если у вас много денег – вы покупаете американское. Если мало – Б/У или китайское. А вот если вы реально собираетесь воевать, то только русское». В этой сфере мы занимаем уже долгое время своё законное второе место по объёму продаж, после уходящего гегемона. В среднем в год выходит на 14-17 млрд. долларов, но, на мой взгляд, эта цифра существенно выше.

Не всё выставлено на всеобщее обозрение по политическим и некоторым другим мотивам. Это всего лишь идентифицированные поставки основных видов обычных вооружений согласно классификации Регистра ООН. Военным экспертам хорошо известно, что у передовых мировых игроков этот "неучтенный" сегмент составляет от 3 до 5% от общего объема экспорта. Для России этот показатель существенно выше, потому как помимо политической составляющей, это связано со спецификой заключения контрактов в сегменте поставки запчастей, сервиса и ремонта.

Следующее. Металлы и изделия из них – на $30-36 млрд. Тут вам и никель, и алюминий, и медь. Добудь и переработай – заводы, оборудование, инфраструктура, энергетическая составляющая, транспорт, НИИ и прочее. Целые области и города живут этим.

Переживающее подъём сельское хозяйство, да и весь АПК (хотя рыбу туда с натяжкой бы отнёс) – живительные санкции и во многом грамотная инвестиционная политика, различные программы поддержки и тому подобное. «Бог в помощь» в виде рекордных урожаев, – видимо не только «Генерал мороз» на нашей стороне. Результат налицо. Семнадцатый год, экспорт - 20,7 млрд. долл. (рост на 21,3% с 16-го или на $3,63 млрд. ) – считался абсолютным рекордом (прежний составлял 19 млрд. долл. в 2014 г.)

Ан вот и нет! По предварительным подсчётам Россия увеличила экспорт продукции АПК в 2018 г. на 20%, до почти $25 млрд. - темпы космические. Уверенное первое место в мире по продажам зерна – 32 881 тыс. тонн в 2017 на 5,77 млрд. долларов. И уже не зависимо от урожая (а он всё равно был в этом году не плохой, где-то лучше, где-то хуже – страна-то огромная), накопленные запасы позволяют держать лидерство в этой сфере.

Кстати, чтобы уже два раза не вставать, и раз речь ведётся о нашей промышленности «от сохи» - Россия занимает четвёртое место в мире по объёму промышленного производства по состоянию на 2017 год, обгоняя Японию с Германией и уступая лишь Китаю, США и Индии. Вот цифры для первой семёрки (млрд. долларов):

1. Китай: $9 082
2. США: $3 860
3. Индия: $2 572
4. Россия: $1 340
5. Япония: $1 311
6. Индонезия: $1 295
7. Германия: $1 201.     

Есть ещё одна область на нашей бензоколонке, с воткнутой посередине сохой, о которой бы хотелось сказать отдельно – это экспорт услуг. В различных отчётах и диаграммах вам его либо не отразят, ибо они «товарные», либо закинут в серую зону «прочего».

Основные виды международных услуг включают транспортные услуги, поездки (туристические услуги), услуги связи и строительные услуги, страховые и финансовые услуги, компьютерные и информационные услуги, лизинговые вознаграждения, а также прочие деловые услуги, услуги физическим лицам и услуги в сфере культуры и отдыха, образования, медицины, государственные услуги, а также прочие виды услуг, не вошедшие в перечисленные. Вот для наглядности диаграмма, пускай и не за этот год:

В самом «тучном» 13-м году эта цифра достигала $70 млрд. Просел рубль, просел и объём отрасли в долларовом эквиваленте, хотя сам объём услуг сократился незначительно. В 15-16 годах показатель держался на уровне $50 млрд. В 17-м – уже в районе $55 млрд. И вот новые цифры от Банка России: за первые 6 месяцев прошедшего года РФ продала за рубеж услуг на более чем 30 млрд. долларов. Это на 14% больше, чем за аналогичный период годом ранее.

Наиболее экспортируемыми услугами стали транспорт, туризм, строительство и ИТ, что не мудрено с таким бешеным ростом туризма в обеих столицах и прошедшим Мундиалем. А далее в своей сводке регулятор отмечает, что экспорт ИТ-услуг в январе-июне 2018 года впервые превысил импорт. Объемы продаж в стоимостном выражении составили 2.55 млрд. долларов, в то время как объемы закупок – 2.52 млрд. долларов.

Тут сказывается и упорное продвижение наших за рубежом, и программа импортозамещения на отечественный софт, которая, кстати, только-только набирает обороты. В экспорте же российского ПО мы уверенно продвигаемся в таких сегментах, как разработка игр, интернета вещей и мобильных приложений.

Также действуют такие монстры, как Paragon (утилиты, касающиеся данных на жёстких дисках), Abbey (система распознавания и электронные словари), Spirit (программное обеспечение для передачи видео, голоса и информации), Prompt (ПО автоматического перевода), Parallels Acronics (восстановление данных, резервное копирование), Kaspersky Lab (антивирусные программы).

И есть небезосновательные прогнозы, что к 2024 году доля рынка ИТ в ВВП России может вырасти до 10% с нынешних 3-4%. Ведь объем зарубежных продаж российского ПО и услуг по его разработке в 2017 г. составил примерно $8,5 млрд. Ещё раз, для тех, кто в «матричном танке». Россия продаёт за рубеж собственные ИТ на $8.5 млрд., и цифра эта уверенно из года в год растёт. Мы же и у себя строим «цифровую экономику».

Таким образом, доля ИТ-сегмента в общей структуре экспорта может вырасти до 20%. Нас, конечно, подзажали санкционно в Америке и несколько стеснили в Европе, а на них у нас приходится 46% всех продаж. Тогда как на развивающиеся страны приходится лишь 7−8%. А ведь «третий мир» обеспечивает около 40% общепланетарных расходов на информационно-коммуникационные технологии (ИКТ) – вот куда нам расти и расти.

Такие вот новости «экономики от сохи».

В предыдущем материале мы обратили внимание на головокружительный рост российского экспорта на четверть объёма второй год подряд и на рекордный за новейшую историю показатель положительного сальдо торгового баланса. Не обошли без внимания и увеличение почти на 20% всего оборота внешней торговли (до $629 млрд. за 11 месяцев истекшего года), что, конечно же, сказалось на рекордных показателях ВВП в 103 трлн. рублей (почти 1,6 трлн долларов) и его росте на 2.3%.

«Да это же всё нефтедоллары!», - тут же раздастся дружный хор из иной реальности. Действительно, доля их высока, но не настолько, как пытаются декларировать некоторые. Количество же их в общем объёме экономики и её зависимость от волатильности нефтяных цен неуклонно сокращается с каждым годом.

Если брать в структуре экспорта, то в 2017 году топливно-энергетическая доля составила 59,2%. Это немного больше, чем в 2016 г. (58,1%), но существенно меньше, чем в любой из предшествовавших 11 годов, когда она составляла от 63 до 70,5%. В первом квартале 2018 года цифра была 61.7%. Вот её-то мы и разложим на составляющие: 61.7=27.4+12+3.6+18.7. Самих «нефтедолларов» тут только на 27.4%. Да, есть газ (12%) и уголь (3.6%).

А вот остальное (18.7%) – это продукция с высокой добавленной стоимостью – бензин, дизель, керосин и прочее подобное. Нефтеперерабатывающие заводы у нас строятся и модернизируются по всей стране, их продукция на экспорт разлетается, как горячие пирожки, и доля этой составляющей неуклонно растёт от года в год. Всё подобное весьма сказывается на европейских НПЗ, давно уже недополучающих прежнюю прибыль из-за низкой загрузки: та нефть, которая раньше поступала к ним на переработку, теперь перерабатывается в России.

Да, в структуре нашего бюджета вся эта энергетическая составляющая играет немаловажную роль. Вот картинка «На заре тысячелетия»:

Видно, как в откровенно слабом, ничтожном с нынешних позиций бюджете, они играли невеликую роль. Потом, до 2003-2004 года, по графику легко отслеживается борьба за наше национальное достояние. Видно, как постепенно национализировалось до 65% нефтяной промышленности и 95% газовой, вводился мораторий на применение кабального соглашения о разделе продукции (СРП) и 265 (!) различных месторождений вернулось к нам. Также была введена совокупная рента на нефтегазовую отрасль примерно в 84%.

Про то, что крупный бизнес наконец-то соизволил полностью выплачивать налоги в казну, и какие для этого были приложены усилия, я промолчу. А дальше рывок и бурное развитие. Нам что, предложат отказаться от курочки, несущей золотые яйца, которую мы с боем возвратили? Из-за того, что, видите ли, некоторые, как мантру, повторяют: страна-бензоколонка? А не пойти ли им в... свою виртуальность!

Давайте теперь назовём Британию страной-углеколонкой, когда в 19-м веке это был крупнейший поставщик угля в мире, и поставляла она его, в значительной степени, в Москву и Петербург. Да ещё заявим, что мы подсадили их на угольную иглу. Но нет, «бабушка в короне» - священное в либеральной матричной парадигме, и в эту сторону ни у кого из них даже мыслей не возникает. А, может, оглянемся на бывшего гегемона, на этот нео-либеральный «град на холме»? Ведь крупнейшим на планете экспортёром нефти и её производных в первую половину 20-го века были именно они.

 

В 1950-е годы половина всей нефти, продававшейся на мировых рынках, имела американское происхождение. Но нет, в головах, погружённых в виртуальность, это эталон экономического развития, никто из матричных обитателей не будет упрекать «священный град на холме» в той роли, какую нефть играла в их экономике и экспорте. К тому же это аспект геополитического влияния. Историю о том, как ОПЕК постепенно уплыл из цепких, но уже дряхлых рук Дяди Сэма, и превратился в ОПЕК +, в инструмент с серьёзной долей влияния России, будут рассказывать детям.

Плюс ко всему, как уже было замечено, роль нефтегазовых доходов в федеральном бюджете неуклонно идёт на снижение. Так, их поступления в бюджет РФ за 2011- 2016 гг. в среднем ежегодно уменьшилось на 162 млрд руб. (или на 3,1%), а ненефтегазовые, наоборот, увеличивались в среднем ежегодно на 580,4 млрд. руб. (или на 8,6%), в основном, за счет доходов, связанных с внутренним производством.

И не забываем, что «нефтегазовые доходы», это не просто перегоняемые танкерами и по трубам сырая нефть и газ, как мы это разобрали выше относительно экспортной составляющей. К нефтегазовым доходам, согласно Бюджетному Кодексу РФ (БК РФ) ст. 96.6 «Нефтегазовые доходы федерального бюджета», относятся доходы от уплаты:

1) налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) в виде углеводородного сырья;

2) вывозных таможенных пошлин на нефть сырую;

3) вывозных таможенных пошлин на газ природный;

4) вывозных таможенных пошлин на товары, выработанные из нефти.

Где п.4 четыре занимает весьма весомую долю и растёт в денежном эквиваленте от года в год.

Далее, вбивая очередной гвоздь в миф о бензоколонке, стоит обратить внимание ещё на одни цифры. В реальности, добыча полезных ископаемых в структуре промышленности (определение «промышленность» - смотрим ОКВЭД-2 от Росстандарта) по состоянию на 2016 год составляла всего 35,9% (в фактических ценах), плюс 52,3% - обрабатывающие производства, плюс 11,8% — производство/распределение электроэнергии, газа и воды.

Вклад же доходов от экспорта топливно-энергетических товаров в ВВП России вообще минимален и колеблется в зависимости от годов и методологии подсчёта от 8 до 15.5%.

А вот как выглядит нефтяная игла по исследованию ООН:

Подводя черту, отмечу, что правительство задекларировало рост неэнергетического экспорта в 2019 году на 1/5 и активная реализация нацпроектов должна способствовать этому, в чём лично у меня нет ни малейшего сомнения.

Подписаться на секретный telegram-канал, чтобы не пропустить эксклюзивную информацию, не представленную больше нигде.