Древние руины на Урале

Директор Пермского географического клуба Гарипов Радик Рауфисович рассказывает о своём опыте наблюдения на Уральских горах руин древних построек.

Фрагмент интервью газете «АиФ-Прикамье»:

"После ампутации ноги я обратился к Создателю: «Если ты отнял ногу, то дай что-нибудь взамен, чтобы я мог максимально служить тебе». Так и вышло. После потери ноги я заметил, что у меня увеличилась скорость мышления. Появилось более тонкое чувство мира и окружающих людей. (Хотя, чего таить, и обиды возникали. Пока не было машины, много насмотрелся в общественном транспорте, как относятся к людям с ограниченными возможностями). А в 1997 году словно получил наказ свыше: «Иди и изучай древние музыкальные инструменты». До этого я как-то равнодушен был к музыке, хотя в родне очень много музыкантов. Я принадлежу к роду катайских башкир, кочевавшим по склонам Уральских гор. Поэтому, естественно, обратил внимание на наши традиционные инструменты.

Для меня музыка не развлечение, а духовная практика. Кроме того, надо понимать, что музыка – настоящее информационное оружие, способ воздействия на массовое сознание. Я убеждён, что мы должны дать альтернативу той безвкусице, которая царит сегодня вокруг. Этому афроамериканскому стандарту,  заполонившему буквально всё информационное поле.  Если человек не чувствует своих корней, не опирается на тысячелетний фундамент, который выстроили его предки, то он так и будет плавать в этой жиже массовой культуры. И куда он приплывёт? Надо обязательно почувствовать свою аутентичность. Это я всем говорю: и башкирам, и русским, и коми-пермякам, и представителям других народов. Изучая информационное пространство Перми, я пришёл к печальному выводу: у нас видимо всё делается для того, чтобы с самого детства люди варились в этом афроамериканском стандарте. Но он чужой для нашего генетического кода.

Родовой памятью объясняет Радик Гарипов и свою страсть к путешествиям. В тайге, тундре или на склонах гор – везде чувствует себя как дома. Водит школьников и взрослых в дальние походы. И страшная травма в этом деле ему не помеха.

Будучи лесничим Вишерского заповедника в 1994 году при переходе через хребет Тулымского камня он наткнулся на несколько правильных кубов с гранью около 2 метров. Через год случилась ампутация, и экспедицию в труднодоступный Тулым пришлось отложить на долгие годы. Оказия случилась только этим летом. И сразу – сенсация. Гарипов убеждён, что на Урале множество таких необычных объектов, которые могут заставить полностью пересмотреть официальную историографию. 

- Этим летом на Косьвинском камне коллеги обнаружили артефакт, очень похожий на тот, что мы нашли на Тулыме. Тоже каменная плита с очевидными следами высокотехнической обработки и плавным пропилом. Находка на Кваркуше менее очевидна, надо изучать. Коллеги, глядя с высоты, обнаружили, что некоторые останцы Кваркуша образуют ровную геометрическую фигуру. Уж слишком курумы аккуратно стоят. Наконец, на нас вышли люди, которые ещё пять лет назад на территории Вишерского заповедника, но значительно севернее Тулымского камня, обнаружили и сфотографировали огромные отвалы. Видимо, там была какая-то горная выработка. Как чужеродный объект появился в тундре? Очень любопытно.

- Наверняка, у вас есть гипотезы, что же всё-таки обнаружили нынче на Тулыме?

 - Я убеждён, что наши находки на Тулыме – следы древнейшей цивилизации, которая владела очень высокими технологиями. Не верю, что это (например, идеальная шлифовка камня, так что лишайник не растёт) мог сделать ледник. Я понимаю, что наша позиция может пошатнуть официальную науку. Мне кажется, что на Тулыме был расположен целый технологический комплекс. Может, обсерватория или, как мне подсказывает мой авиационный опыт, посадочная площадка. Следы разрушения на найденной плите и разбросанность фрагментов могут свидетельствовать о взрыве. Как вариант, в результате военного конфликта.   

И если так подумать, подобных удивительных и таинственных следов на Урале наверняка гораздо больше. Хотелось бы составить карту этих находок. Не факт, что в следующем году нас пустят на Тулымский хребет. Поэтому пока чётко обозначены две экспедиции – на Косьвинский камень и Кваркуш. Возьмём образцы пород, сделаем деталировку, снимем размеры обнаруженных там артефактов. Попытаемся определить химический состав, возможно, найдём следы инструмента. Вопросов и загадок много. Будем изучать, искать.

 

Загрузка...
Развернуть комментарии